Солнце - Анна Джейн

- Оно мне не идет? - запустив в его волосы пальцы, спросила Лилит. Положа руку на сердце, она бы и сама была рада избавиться от платья. Но... не здесь. Не сейчас.

- Тебе больше идет быть без ничего, - сообщил ей Октавий, чуть задирая кверху пышную молочную юбку - слабые протесты девушки не остановили его. И стоило ему поцеловать Лилит в губы, как она перестала отбиваться, забыв обо всем на свете.

Есть только он - Октавий.

Есть его манящие руки и губы, удивительно нежные и в то же время дерзкие.

И аромат дорогого холодного парфюма, к которому она почти привыкла. Изысканный флердоранж, хвоя и немного сладковатой ванили.

Поцелуй становился все жарче, объятия - крепче и вызывающе, а юбка поднималась все выше и выше. Кажется, Октавий не собирался отпускать Лилит просто так, ему было плевать, где они находятся, и плевать, что их могут увидеть. Плевать на все. Только он и Лилит. И огни этого города, каждый из которых, казалось, смотрел на них и сиял во тьме только для них одних.

Они упали на диванчик - тот самый, на котором еще недавно сидели Санни и Лестерс. И почему-то именно эта мысль вдруг отрезвила Лилит.

Так, как она увидела подругу, так и ее саму может кто-то увидеть.

- Все, хватит! - вдруг отстранилась Лилит - все-таки нашла в себе силы. Она уперлась руками в тяжело поднимающуюся грудь Октавия, не давая ему возможности заключить себя в объятия.

- Что такое, Лил? - с недоумением спросил он.

- Мы заключили сделку: я - твоя подружка на публике. Какого черта происходит, а? Что ты делаешь? - спросила Лилит, нервно натягивая платье обратно и отсаживаясь подальше от Октавия.

- Тебе не нравится? - прямо спросил он, пристально на нее глядя.

- Почему мне должно нравиться это? - вырвалось у Лилит, верх над которой снова взяла гордость.

- Думаешь, непонятно, что ты чувствуешь? - криво улыбнулся Октавий. - Говори, что угодно, Лил, но я же знаю, что тебе в кайф. Об этом сигнализирует твое тело и...

- Перестань! Мы играем пару из-за твоей матери, но у меня такое чувство, что... что я - твой обслуживающий персонал! - выпалила Лилит.

- Вот как? - приподнял бровь Октавий, который явно был недоволен тем, что она так оттолкнула его. Для него в их странных отношениях все было куда проще, чем для нее, хотя он и сам не думал, что его будет тянуть к этой забавной девушке.

- Ты платишь мне за то, чтобы я играла роль твоей подружки или была твоей подружкой? - спросила рассерженно Лилит.

- Ты хочешь сказать - спала со мной? - полюбопытствовал он.

- Идиот! - рассерженно выкрикнула она и вскочила на ноги. - Ты думаешь, я твоя кукла, что ли? Можешь пользоваться мной?

- Что ты несешь? - потер руками лицо Октавий. - Зачем ты все так усложняешь? Просто иди ко мне, - похлопал он по дивану рядом с собой, делая последнюю попытку. - И перестань, злиться не из-за чего.

- Не из-за чего? - еще больше вспылила Лилит. - Ты слышишь себя?

- А ты? Несешь какую-то чушь.

- Не чушь. Ты просто придурок.

- Не думаю, что это хорошая идея - повышать на меня голос, - холодно сказал Октавий.

Наверное, они бы поругались, если бы их не нашла Элинор.

- Вот вы где, - сказала она весело. - А я вас обыскалась...

На этом певица замолчала - поняла, что между сыном и его девушкой что-то произошло.

- Все в порядке? - спросила Элинор, настороженно глядя на Октавия.

- Да, - натянуто улыбнулся тот.

- Конечно, - одновременно с ним ответила Лилит. Ее улыбка получилась куда более естественной - актриса как-никак.

- Надеюсь, вы не ссоритесь из-за пустяков? - поинтересовалась Элинор.

- Нет, что ты, - раздраженно ответил Октавий.

- Что-то подсказывает обратное, - усмехнулась его мать и обратилась к Лилит: - Дорогая, не обращай внимания на перепады его настроения. Ричард с детства подвержен им. Я нашла вас, чтобы сказать, что уезжаю - завтра с утра фотосессия, и мне нужно выспаться. Надеюсь, вы хорошо повеселитесь, - добавила Элинор с явным намеком, прекрасно понимая, почему они решили уединиться в столь укромном местечке.

- Пожалуй, мы тоже поедем домой, - решил Октавий. Он встал и, ни слова не говоря, направился на террасу. Обиженная Лилит про себя пожелала ему провалиться, однако внешне оставалось спокойной - даже улыбнулась. Она отлично отыгрывает свои роли. Всегда.

- Лил, не обращай внимания, - повторила Элинор, кладя руку ей на плечо. - Рич - хороший мальчик. Но иногда ужасно себя ведет. Идем.

Она взяла Лилит под руку и повела к хозяевам дома, чтобы попрощаться с ними. С Октавием они встретились уже в холле - он был холоден и отстранен. И в какой-то момент Лилит даже подумала, что он обиделся на нее.

Втроем они спустились на лифте и направились на подземную стоянку, где Элинор ждал автомобиль с водителем, а Лилит и Октавия - его машина.

- Если вы поссорились, надеюсь, что найдете силы помириться, - напоследок сказала Элинор. - И, Ричард, ты можешь просто уступить девушке.

Она потрепала сына по волосам - как маленького - и умчалась, оставив после себя шлейф утончённых духов. Тонкий аромат застывших во льду голубых гортензий, морозного утра и северного сияния.

- Садись за руль, - бросил Октавий Лилит и оказался на пассажирском месте. Она вздохнула и послушно опустилась на водительское кресло.

- А если я пила? - спросила она, пристегивая ремень безопасности.

- Я же видел, что не пила, - отозвался Октавий.

- Как? Ты на меня вообще внимания не обращал!

Он одарил ее тяжелым взглядом.

- Просто отвези меня домой.

- Эй, ты обиделся? - осторожно спросила Лилит, включая зажигание.

- Нет.

- Серьезно?

- Просто веди машину, - сказал Октавий и отвернулся к окну.

Отлично! Подставная девушка, любовница, еще и личный водитель! Но Лилит сдержалась. Пусть ведет себя как скотина. Будет меньше нравиться ей.

Ехали они молча - стоило Лилит включить радио, как Октавий попросил выключить его. Он не ругался, не повышал голос, но был так холоден, что девушке стало не по себе. И Лилит опять подумала, что уже в который раз забыла, кто он и кто она

И что между ними пропасть.

Единственное, что ее радовало - отсутствие пробок. Ночью дороги были более-менее пусты.

- Приехали, - сказала девушка, резко тормозя.

- И куда ты меня привезла? - спросил Октавий, открывая глаза. Он то ли спал, то ли притворялся спящим весь путь.

И только тогда Лилит поняла, как сглупила.