Женщина не прощает - Наталья Будянская

Ветер играл остатками воскресного мусора, гоняя пакеты от тротуара к тротуару, слякоть упрямо не сдавала позиции сухим пятнам на асфальте, голуби прятались в подворотнях, ругали голодные дни и пересказывали вчерашние новости. Липы тянули свои голые ветки к солнцу, как будто жаловались на недостаток тепла и света. Город мигал огнями, скрашивая фальшивой радостью капризы погоды. Я зажгла свечи, приготовила утку с медом в соусе ткемали и устроила мужу романтический вечер.

— Вадим, у тебя есть проблемы с банком? — спросила, как только закончился ужин.

— С каким банком? — удивился муж.

— «Капитал»

— Почему спрашиваешь?

— Интересуюсь.

Он посмотрел мне в глаза, поправил галстук и негромко произнес:

— Я их почти уладил.

— Почти?

— Эта командировка позволила получить финансовую помощь из другого источника. Перекрою долг за крымский недострой и надеюсь больше никогда не слышать о «Капитале».

— Но это твой банк-партнер, — я развела руками и процитировала слоган: «Ковригин строит, банк «Капитал» гарантирует».

— Был. Он был партнером.

— Он финансировал все твои проекты, все строительные объекты.

— Да, так и было.

— Что же случилось сейчас?

— Это сложная игра, малышка, тебе не понять.

— А если вкратце, по-простому?

— Настя, я приехал домой измученный долгими переговорами. Я рад, что все прошло удачно и я наконец-то дома.

— Я все понимаю, родной.

Подняла бровки домиком и жалобно проворковала:

— Мне очень нужно знать, правда. Я волнуюсь за тебя. Мне кажется, от банка исходит опасность.

Вадим вздохнул:

— Не от банка. От людей, которым он принадлежит.

Банкиры — люди хитрые и расчетливые. Они рассыпаются в реверансах перед клиентом только в том случае, если надо заманить птичку в клетку. Обещают высокие проценты, стабильные дивиденды и прочие красивые сказки. Но как только ты отдаешь свои кровно заработанные в банк, мышеловка захлопывается. И вернуть назад деньги практически невозможно.

Помню те времена, когда мои родители пытались отвоевать у финансового дракона обратно свой вклад. Писали письма, обращались в полицию, прокуратуру и даже в суд. Но все эти действия не принесли никакого результата. Было до слез обидно за свою человеческую беспомощность. Я злилась на правоохранительную и исполнительную власти, которых проблемы граждан не волновали.

В обратном порядке — когда человек берет деньги у банка в кредит — действует подобный механизм. Ты легко получаешь необходимую сумму, но в течение срока договора происходят изменения, разрешенные в документе каким-то едва заметно пропечатанным пунктом, и ты попадаешь в финансовую дыру. Ты стараешься выбраться из этой сети, бесконечно перезанимая необходимые суммы, но так и не можешь освободиться из капкана. На почве беспомощности и страха перед будущим случаются самоубийства, убийства и прочие негативные действия, совершенные человеком в стадии крайнего отчаяния.

Вадим рассказал мне схему, по которой сотрудничал с банком «Капитал», и причины, вынудившие его расторгнуть сотрудничество несколько месяцев назад. Я прикинула в уме, что по срокам все смерти на крымском объекте совершились после расторжения договора с банком. Неужели все зло идет от него?

Снежана бросилась обниматься. Я тоже рада была ее видеть.

— Сегодня встречаюсь с Леньчиком, — заявила она. — Моя экстрасенс говорит, что Уран открыт на три четверти и помогает возродить любовные отношения.

— Скажи, ты веришь во всю эту чушь?!

— Конечно.

Снежана надула губы.

— А Дионис твой что же?

— Борисфен!

— Черт, никак не запомню его имя. Помню, что-то греческое из мифологии…

— Он в прошлом, — отмахнулась Снежана.

— Быстро. Такая страсть была ошеломляющая.

— Когда Леньчик меня бросил…

— Танцор тоже бросил, — закончила я.

— Уехал на гастроли.

— Это одно и то же.

Мгновение мы молча смотрели друг на друга. Потом улыбнулись, как бы договорившись оставить прошлое в прошлом.

— Как твое расследование? — вспомнила подруга.

— Ой, не спрашивай. Очередной раз запуталась.

Мы заказали по молочному коктейлю, и я поведала ей новости последних дней в подробностях.

— Зачем банкиру смерть работников корпорации «Тезарус»?

Снежана непонимающе пожимала плечами. Я вздохнула:

— Не представляешь, сколько раз я сама себе задавала этот вопрос.

— А вдруг это не банк?

— Кто тогда?

— Не знаю.

— Спасибо, помогла, — съязвила я.

— Поговори с кем-нибудь. Кто в этом банке работает.

— Снежана, это не так-то просто.

— Ты всегда так говоришь, — отмахнулась она, — но в результате все всегда получается.

— Я не об этом. Кто может знать о том, что творится в голове злого гения, кроме него самого?

— Такой же злой гений.

— Что ты имеешь в виду?

— Найди какого-нибудь махинатора, «злого гения», как ты его назвала, и пообщайся с ним.

Я замерла с вопросительным выражением лица.

— Можешь с моим мужем пообщаться, — продолжала Снежана. — Если Вадим против твоего вмешательства в его дела, то Леньчику все фиолетово. Он как феодал, владелец земли, а мозги у них у всех одинаково устроены. После того как он со мной поступил, я никогда не назову его добрым. Злой он, хоть и финансовый гений.

Снежана продолжала щебетать, а я очередной раз подумала, что ее советы иногда приходят на помощь моему расследованию.

Май катился к закату, весна распустилась запахами, как будто наконец вспомнила о том, что пора уступать позиции лету и столько всего надо успеть. Липы трепыхали на ветру светло-зелеными листочками, березы украсили сережками тонкие ветви, в парки вернулись ласточки, небо стало выше и светлее.

— Настя, рад тебя видеть, — протянул руку Леонид Яковлевич. Попросту Леньчик, для нас со Снежанкой.

— Добрый день, — я пожала протянутую руку.

— Как Вадим? Давно его не видел.

— Хорошо, спасибо.

— Надеюсь, твой визит не связан с моей женой?

Он насупил брови. Деловой человек. Говорит отрывисто, резко. К сантиментам и долгому обмену любезностями не расположен. Какой там Уран? Какие экстрасенсы? Подруга зря теряет время.

— Нет, в общем-то. Я по делу.