Уроки правильной ориентации - Александра Ермакова

“Как перевоспитать гея ”

Запрос довольно популярный, видимо. По крайней мере, список ссылок впечатлил.

Три совета от ребят из церкви. Пара ссылок на “ответы”. Несколько статей о провальных способах из лохматых времён. И пара фанфиков. В общем, есть чем поживиться.

Церковь советовала молиться!

“Ответы” советовали встретить ТУ САМУЮ! Прям вот так, капсом.

Умный сайт сообщал, что есть два вида геев. Геи “генетические” и геи “приобретённые”. С первыми — всё. пиши пропало, и вычислить их можно по крепкой нерасшатанной психике. А вот “приобретённые” стали такими из-за психологических травм. И чтобы вернуться к традиционному, им эту травму нужно просто залечить целительным м****м.

Истории прошлого рассказывали про электрошок, ледяные ванны, побои и молитвы.

Короче, советовали “выбить из Великого дурь”.

Смотрю на это всё и диву даюсь. до чего смешной народ!

По итогу:

— Оттащить Великого в церковь;

— Выяснить нет ли психологических травм;

— Совершить акт “целительного м***а”;

— Хорошенько отжахать, чтоб неповадно было.

Сказано — сделано!

И?

Получается, с намеченным делом разбираюсь за каких-то полчаса… и ещё целый огромный вагонище времени впереди. Натыкаюсь на видео Дудя и залипаю минут на двадцать — раньше не посмотрела, пока оно было на пике популярности. Даже мыслишка пробегает не показать ли Великому вместо романтической параши, по которой многие танцоры, будто сговорившись, с ума сходят. У Рони при разговорах о мюзиклах, аж башню рвёт.

Только вхожу во вкус, удобненько устроившись на подоконнике, как на тебе, СМС от Великого. Сердце подлетает так, что бьётся о рёбра и, видимо, выдаёт лишнюю порцию крови, которая немедленно приливает к щекам.

Шумно дышу.

Мне страшновато открывать — чувствую, если он меня сейчас позовёт — побегу, теряя тапки. Не оттого что у меня не все дома или гормональный взрыв, а просто. Да пофиг! Взрыв! Сумасшествие. как-то так!

На секунду прикрываю глаза в ожидании, когда сердце немного отойдёт, а улыбка погаснет.

Вампир

Привет!)

Привет))

Какие планы?)

Три окна впереди! Потом репетиция)

А потом?)

Планы!..

С кем?)

Да так, с другом)

С другОМ?

Да, верно! Что-то не так?

Жду тебя под лестницей!

Сердце, только что колотившееся как сумасшедшее, теперь останавливается, точно заглохший мотор “девятки”.

Выйти в окно. лучше бы ничего не писала!

Хотя с другой стороны… Я даже имени Вампира не знаю!

Просто… мальчик в толстовке, от которого умопомрачительно пахнет… и у которого умопомрачительный шёпот. и губы.

Ну всё, поплыла девочка.

Вскакиваю с подоконника, озираясь по сторонам. Ладно, про перевоспитание я всё уяснила, пора смиренно принимать наказание за болтливость. И почему-то от мысли, что сейчас Вампир включит ревность — всё внутри волнительно ликует в нетерпении.

Батюшки! Мазохистка!!! Это ж надо, с нетерпением ждать. наказания? Серьёзно? Мы так это называем теперь?

Мысль-то может и верная, но бегу. бегу, как и предсказывала: теряя тапки.

Сергей Анатольевич меня провожает подозрительным взглядом, даже не останавливая блеяние Нестерова, и только кричит в спину:

— И даже не думай явиться без стиха! Если не написала — нос ко мне не суй!

— Ладно! — отзываюсь и с самым невозмутимым видом вхожу в гримёрку.

Ворошу костюмы, платья, пиджаки, чтобы добраться до двери. На ходу цепляю на голову кошачьи ушки и обворачиваю шею меховым боа — шутки ради.

Дверь, миленькая, не подведи!

Выскакиваю в коридор с шумным выдохом. Сердце колотится, нервы на пределе, а мне сегодня, блин, Великого соблазнять!

Чёрт! Чёрт!

Нельзя так волноваться перед кем-то, собираясь перевоспитывать другого. Мысль улетучивается — ловлю своё отражение в грязном окне и не узнаю девушку.

Накрученные мамой кудри венчают милые ушки. Глаза горят, как новогодние огоньки. Грудь яростно вздымается. Я вся как наэлектризованный лист бумаги, висящий в воздухе и готовый шарашить любого, кто приблизится.

— Ты прекрасна! — шепчу себе и бросаюсь к лестнице с удвоенной энергией.

И. почти скатываясь по ней, сразу попадаю в крепкие, горячие руки человека, который ночами снится и не даёт спокойно жить.

С каким-то звериным рычанием целую Вампира, кусаю губы, сжимаю бёдрами его талию, уже оказавшись прижатой к стене и сидящей на нём. Капец, как соскучилась, по этому странному существу, творящему со мной что — то неладное.

Он жадно обнимает меня в ответ, и я ощущаю в каждом его жесте, вдохе, рвущуюся наружу. ярость?

Он в ярости!

Тащусь.

Никогда бы не подумала, что я из тех девчонок, дёргающих тигров за усы, это скорее по Никиной части… Но оказывается во мне сидит ещё та коварная злючка, кайфующая от вот таких подлестничнокладовочных монстров, рычащих в ответ на её рычание.

Вампир крепко придерживая меня за затылок, нападает, перехватывая инициативу. Он так напорист, голоден, что кажется, будто сожрёт меня как есть, и без соуса.

У-ух! Ещё сильнее стал нравиться.