Уроки правильной ориентации - Александра Ермакова

Я и не замечаю, как уже сижу на древней парте, что тут, под лестницей, доживала свой век. Когда Вампир отрывается от моих губ, у меня уже кислорода нет вообще, секундочки три до асфиксии. не больше.

— С каким другОМ ты пойдёшь встречаться? — тихим рыком требует признания Вампир, сжав мой подбородок, а я. ну просто сама себя не узнаю, хищно улыбаюсь в ответ:

— А тебе что? — руки сами лезут под его толстовку, забираются на спину, к лопаткам. Бессовестно льну к нему, будто знаю, что в чём-то виновата и заранее вымаливаю прощение.

— Ты — моя! В курсе? — припечатывает Вампир своим красивым шёпотом. Ах, мурашки по коже. Ну он просто треш как хорош.

После него на Великого даже не гляну. надеюсь.

— Н-да? — всё же мурчу, подливая масла в огонь.

— Нда! — ещё более категорично парирует Вампир.

— И кто тебе это сказал? — мой шёпот еле слышим, потому что утыкаюсь ему в шею и оставляю на ней короткие, жалящие поцелуи. Медленно спускаюсь ниже, к ключицам. Дальше не даёт тугой ворот толстовки.

Разочарованно стону.

Кажется, я так хорошо знаю запах Вампира, что он мне уже везде мерещится. По крайней мере, чувство такое, что он со мной весь день. глюки!

— Ты меня хочешь вывести на откровенность? — он зарывается в мои волосы, целует макушку, лоб, щёки.

— М-м-м, мечтаю об откровенности! — рычу в ответ, прижимаясь к его губам, но он на поцелуй не отвечает. Держится молодцом, и мне остаётся только пожать плечами.

Дурак!

Возвращаюсь к его шее и посмеиваясь про себя, оставляю на Вампире первый в моей жизни засос. Он глухо мычит, коротк отстраняется, а затем меня целует. Крепко целует, со вкусом. Так что голова идёт кругом.

Совсем с ума схожу от него.

Сладкий, сладкий, сладкий Вампир, так бы и съела.

— Н-да?

— Н-да! — где-то я это уже слышала…

— Ты — моя, вот тебе откровенность. Нравится? — внушительно и так, словно гвоздь в стену заколачивает.

— Очень! — киваю с улыбкой.

— И я тебя ни с кем видеть больше не хочу. Нравится? — ещё один гвоздь в разнесчастную стену.

— Безумно! — чуть ли не танцую от удовольствия.

— Я. — он замолкает, снова жадно целует меня, прежде чем оторваться с явной неохотой, — хочу тебя.

— Здорово! — мурчу в ответ и тоже изнывая от желания.

— А ты — меня! — поражает наглым заявлением.

— Уверен?

— Абсолютно, — его шёпот так глубоко проникает под кожу, будто всегда там и был, облеплял мои мышцы, сокращал их, чтобы я дрожала от одного прикосновения рук Вампира, шороха его дыхания.

— Я хочу тебя увидеть.

— Нет.

— Почему?

— Ещё не время!

— А когда оно будет?

— Когда скажу, что пора.

— Ты мной играешь? — осеняет жуткая мысль.

— У нас ролевая и я пока не решил, что между нами будет дальше.

— Тогда, ты прав. Лучше разобраться с собой и решить: зачем я вообще тебе! Зачем ты преследуешь меня?

— Я тебя? — хмыкает Вампир. — Помися, это ты ко мне ввалилась, а потом… потом закружилось…

— Но зачем потом.

— Моё дело позвать, твоё. Ты сама ко мне пришла, — он явно улыбается, а потом снова звереет и хватает за подбородок.

Я уже привыкаю к нашей темноте и мне нравится, что мы с ним в ней видимся. Она будто делает всё волшебным. Обожаю эту таинство между нами, несмотря на то, что страстно хочу знать его имя.

— Пойдёшь на свидание с другОМ? — рычит с чувством. Я дрожу от этого проникновенного голосашуршания.

От ужаса смешанного с восторгом.

Вот, блин, мазохи-и-истка.

— А если да, то что?

— Найду его и.

— Ищи, я с радостью посмотрю на тебя днём, трусишка! — и я целую его так, чтобы после того, как сбегу, ещё долго это помнил.

Примечание:

*“целительного м***а”

Тут само собой:

"Целительный молот!"

А вы что подумали??