Репетитор для Бунтаря - Лена Лорен

К: «Время уже 17:55. Ты не забыла, что тебе сегодня нужно быть у меня? Мои учебники покрылись толстым слоем пыли. Спасай!»

Хочется в голос у самой себя спросить: кого в данном случае нужно спасать? Его? Меня? Учебники?

Б: «У меня встречный вопрос: Ты не забыл, что ты — кусок дерьма?»

К: «Чёрт, ты права. Извини, я был груб с тобой. Плохое настроение, всё разом навалилось. Я правда не хотел, чтобы так вышло. Надеюсь, ты простишь меня?»

Б: «Нет! Иди к чёрту!»

К: «Очень далеко! Где ты, Бри?»

Б: «В Аду!»

К: «По счастливой случайности эту дорогу я как раз знаю!»

Когда, наконец, добираюсь домой, обрадованная сообщением Джареда о том, что его не будет до самого позднего вечера, соответственно, мне не придётся смотреть ему в глаза и снова лгать, я не придумываю ничего лучше, чем хорошенечко выспаться. Мне бы развалиться пластом на постели и впитать все свои порочные мысли в подушку, но не успеваю я приземлиться на кровать, как кто-то трезвонит в дверной звонок, да ещё и чрезвычайно настойчиво.

Кто это может быть? Неужели я снова кому-то перегородила выезд своей машиной?

Распахиваю настежь дверь и прихожу в шок, ликование, и в смятение одновременно. От такого количества различных эмоций моё сердце может не выдержать.

— Что ты здесь забыл? — пытаюсь быть бесстрастной, первым делом оглядываясь по сторонам, чтобы исключить тот факт, что кто-то из соседей следит за нами.

— Это я у тебя и хотел спросить. Что ты забыла дома? Почему ты не отвечаешь на мои сообщения? — опершись о стену, спокойно спрашивает Кай.

Хм. Странно. Где он забыл свою наглость? Неужто засунул себе в зад?

— Ты разве что-то писал мне?

— Нет, — слегка улыбнувшись, вскидывает бровь.

— Ты меня за дуру держишь? — дерзко спрашиваю, складывая руки на груди. — Что тебе нужно?

— Просто хотел ещё раз увидеть это выражение лица, — он смотрит на меня так, будто хочет сказать что-то очень важное, но по каким-то причинам ему приходится держать язык за зубами.

Интересно.

— Какое это ТАКОЕ выражение?

— Такое, когда ты злишься, но ещё не до конца понимаешь есть ли в этом смысл, — он так мило улыбается, и мне хочется расплыться в ответной улыбке, но я вспоминаю, что мне всё-таки не 13 лет.

— Очень смешно!

— Снежная Королева, не беси меня, — искрится его взгляд исподлобья, который разгоняет мою кровь по венам с новой силой. — Уже 20 минут как твоё время началось. С каждой минутой ты на шаг приближаешься ко встрече с моим гневом, а в гневе я страшен, знаешь ли!

Встречалась уже! Мне хватило!

— Научись управлять своим гневом для начала! — со злостью выплёвываю, хотя самой не помешало бы овладеть контролем над своими собственными эмоциями.

— По рукам! Поехали! — довольно кивает и подхватывает меня под руку, а затем вдруг подходит ближе и очень тихо говорит: — Правда, если хочешь, то можем позаниматься этим делом у тебя.

Мне кажется или звучит это уж больно двусмысленно?

— Поз-заниматься э-эти-им у меня? Вот ещё! — рывком одёргиваю руку.

— Тогда, надеюсь, мы определились? На моём поедем или как?

— На твоём, что прости?

Кай медленно оглядывается и указывает на дорогу, где стоит его байк. Чёрный. Блестящий. Опасный.

— Чёрта с два. Если я и поеду, то только на своей машине, — сама не понимаю, как уже почти согласилась.

— Хорошо! — снова кивнув, довольно улыбается. — Встретимся у меня. Я жду тебя!

Утратив последние клетки мозга, я быстро напяливаю на себя простенькую юбку и кремовый свитер. Спускаюсь на первый этаж, намеренно обхожу доску с посланиями, и без угрызений совести ухожу из дома. Когда приезжаю к Каю, он гостеприимно встречает меня на крыльце, позабыв о своей прежней заносчивости, да и в целом ведёт себя всё последующее время занятий как вполне порядочный и образованный человек.

Может же, когда хочет!

Ни каких двусмысленных намёков, неуместных подколов и агрессии в мою сторону. Даже былая неловкость и напряжение, которые витали в воздухе в первые минуты нашего уединения в его комнате, растворились бесследно. Оказывается, что на днях у Кая намечается итоговый экзамен по математике. Поразительно, но он вроде как решил взяться за ум и именно поэтому у меня в запасе остался ровно час на то, чтобы погонять его по темам, в которых он не преуспел. Всё-таки и у Кая имеется ахиллесова пята — теория инвариантов, но я попыталась её искоренить. Кажется, вышло.

Два часа быстро подходят к концу. Когда я уже намереваюсь уходить, подхожу к высокому комоду, где оставила свою сумку. На нём замечаю множество старых фотографий, постеров и заметок с упоминанием Лос-Анджелеса.

— Мечтаешь покорить Голливуд? — спрашиваю его, держа в руках один из снимков, где изображён знаменитый памятный знак на Голливудских холмах.

Он переводит взгляд с меня на фотографию в моей руке и сразу же меняется в лице. Если до этого Кай был беззаботным и живым, то сейчас будто все позитивные эмоции вынули из него одной лишь моей фразой.

— Нет, там я вырос. Лос-Анджелес — мой родной дом, — берёт фотографию у меня из рук, затем сгребает всю кучу и прячет в нижний ящик комода. — А в Голливуде, думаю, меня никто не ждёт. Кому я там нужен?

— О, извини меня, — прискорбно выдыхаю, пряча свою неловкость от него.

Не нужно было совать свой нос…

— Да ничего, — натянуто улыбается, засмотревшись на меня.

Я моргаю и быстрее отвожу глаза в сторону. Соображаю, что пересечение взглядами дольше, чем на пять секунд, плохо на мне скажется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Эм-м… а где Кэролайн? — слетает с языка первое, что приходит в голову. — Кажется, я её сегодня не видела.