Болевой порог - Ольга Рузанова

Вести переписку с анонимом необходимости больше не было. Но я не могла проигнорировать его новое сообщение. Потому что, если я хочу уехать из города незаметно, никто не должен знать, что Шевц меня отпускает.

«Хорошо. Как только все будет готово, я сообщу».

«Отлично. Жду». – ответила на письмо, пришедшее через два дня после дня рождения Димы.

После этого я позвонила бабушке и предупредила, что, возможно, скоро нам предстоит уехать из города. Долго думала, как объяснить ей причину, но так и не придумала ничего правдоподобного. Очень просила не волноваться и пообещала, что объясню все при встрече.

Теперь Глущенко. Страх перед ним стал непроходящим. Я терзала себя мыслями, как исчезнуть из города незамеченной. О моем исчезновении не должен узнать вообще никто из моих знакомых. Ведь тем вечером в «Палладиуме» его не было, кто-то из присутствующих там сообщил ему о моем исчезновении.

И тут меня осенило. Как вспышка молнии. Это же мог быть кто-то из охраны Шевца!!! Слова анонима о том, что здесь работает его человек, натолкнули меня на эту мысль.

Твою мать!!! Если это так, свалить из города не получится!!! Глушак возьмет меня тепленькой, едва я переступлю порог этого дома.

Я проворочалась без сна до утра. Кружила по комнате, сидела на подоконнике, встречая поздний рассвет. В итоге решение было одно – рассказать Шевцу о переписке с «доброжелателем».

***

На пятый день утром меня разбудила Валентина Ивановна.

-Олечка, прости, что так рано. Мне уехать надо…

- Что случилось?

- Моя сестра в больницу попала, - женщина выглядела очень расстроенной.

- Что с ней?

- Вчера около подъезда поскользнулась… В результате – перелом шейки бедра…

- Господи… - я знала, что в пожилом возрасте такие травмы опасны, - езжайте, конечно!

- Завтра прилетит ее дочь из Новгорода, и я вернусь.

- Хорошо.

- Я там наготовила на день. Мужиков покормишь?

- Не переживайте, Валентина Ивановна, я разберусь.

За делами на кухне день пролетел незаметно. Шутка ли, накормить шестерых здоровых мужиков. И как только она все успевала?! И готовить, и мыть после них.

К ужину, в дополнение к тому, что оставила Валентина Ивановна, все же решила испечь пирог с рыбой. Рецепт я запомнила еще с прошлого раза. На вид получился такой же. Надеюсь, что и на вкус тоже.

- Что ты делаешь? – глубокий низкий голос заставил сильно вздрогнуть.

Я в этот момент вытаскивала горячий противень из духовки, и мне понадобилось все мое самообладание, чтобы не выронить его из рук. С горем пополам поставила его на подставку, заправила за ухо выбившуюся прядь волос и повернулась к двери.

В проеме стоял Шевц. Скрещенные на груди руки и взгляд исподлобья яснее ясного давали понять, что он не доволен увиденным.

- А ты не видишь? – огрызнулась я. Злость и обида, дремавшие во мне последние пять дней, вновь проснулись.

- Вижу, - подойдя ближе, кивнул на пирог, - ты умеешь готовить?

Я не ответила. Не потому, что не хотела разговаривать. Язык прирос к небу и коленки задрожали, когда меня окутало его тяжелой аурой.

- С чем он?

- Рыба… - прочистила горло, - с форелью.

- Мой любимый, - улыбнулся он, отчего на щеке появилась ямочка.

- Я не знала, что ты сегодня приедешь, - не хотела, чтобы он подумал, что старалась для него, - Ты сказал, вернешься через неделю… Если б знала…

- Добавила бы мышьяка… - закончил он.

Подтвердить его слова я не успела, потому что как раз в этот момент у него зазвонил телефон. С облегчением выдохнув, протиснулась мимо него и пошла к себе. Ругаться с Шевцем себе дороже. Особенно сейчас, когда предстоял серьезный разговор.

Жаль, не получится отсидеться вечер в комнате. Валентины Ивановны нет. Кухня на мне. Блин, почему именно сегодня?! Потому что, удача мое второе имя!!!

Ополоснула лицо, расчесала волосы, заплела их в рыхлую косу. Бросила взгляд в окно на резвящихся алабаев и увидела, как во двор въезжает черный Range Rover. Черт, только гостей сегодня не хватало!

Я поспешила вниз. Играть роль радушной хозяюшки.

- Оля! Здравствуй!

- Никита?! – так и застыла с разинутым ртом на предпоследней ступени лестницы.

У входной двери стояли Шевц и Никита Дронов, мой давний поклонник.

- Привет, - промямлила я и перевела взгляд на Диму.

И зря. Внешне спокойный, он излучал волны агрессии. Если бы глазами можно было резать, я и Никита уже истекали бы кровью. Только, Дронов, похоже, не чуял опасности, исходящей от Шевца. С легкой улыбкой скользил по мне глазами, задерживаясь на груди, потом на голых коленях.