Братья Карилло. Когда мы упали - Тилли Коул

– Я буду наблюдать отсюда, как ты доберешься до дома.

Мы укрылись за почтовым ящиком.

– Ладно.

Остин смотрел на меня какое-то время, слишком долго для простого дружеского жеста. А потом шагнул ближе. Так близко, что я почувствовала в его дыхании легкий запах мяты и аромат дождя на коже.

Нервно сглотнув, я почти потеряла самообладание, когда он посмотрел мне в глаза.

– Спасибо. – Остин опустил голову и откашлялся. – Спасибо за сегодняшний вечер. И за вчерашний тоже. Пока я рыдал там, как придурок, у меня немного крышу снесло.

– Не стоит благодарности, Остин. Я счастлива, что смогла увидеть тебя с этой стороны. Знаешь, когда ты ведешь себя как сегодня, ты почти не страшный. Хотя порой и производишь подобное впечатление.

Тяжело сглотнув, Остин провел рукой по спутанным волосам и спросил:

– Значит… я все еще тебя пугаю?

Услышав этот вопрос, я непроизвольно отступила на шаг назад.

Остин сжал мою руку. И меня будто пронзило электрическим током. На миг я задохнулась.

– Раньше, несколько недель назад. Ты сказала, что боялась меня, – напомнил он.

Я искренне удивилась, что он вообще об этом вспомнил. И поверить не могла, что эта мысль его мучила.

– Зависит от обстоятельств, – ответила я.

– От каких именно?

– Например, будешь ли ты и дальше угрожать мне, заставляя держать рот на замке. И закончится ли наша новая дружба, как только я войду в эту дверь?

Услышав мой ответ, он рассмеялся. И от его глубокого гортанного смеха я ощутила покалывание между ног. И чуть не упала, ведь для меня подобное оказалось внове. Я сжала бедра и ощутила волну жара, будто бы шагнула в пламя.

– Нет, больше никаких угроз, – искренне проговорил Остин. – Я знаю, что ты сохранишь мою тайну.

– Тогда ты больше меня не пугаешь. Твоего брата я боюсь, а тебя нет, – честно призналась я. Мне вовсе не хотелось снова столкнуться с Акселем. Остин ведь говорил, что тот смертельно опасен. Я лишь молилась, чтобы ему удалось убедить брата прекратить торговлю в кампусе.

Остин шагнул ближе ко мне, и от его взгляда я задрожала.

– Акс может стать для нас проблемой. Он хочет, чтобы ты исчезла из поля зрения Холмчих. Так что нам придется узнавать друг друга, не привлекая внимания. И больше разговаривать… наедине.

– Очередная тайна? – пошутила я. Сердце воспарило ввысь, ведь он хотел быть рядом со мной.

– Точно, очередная тайна, – серьезно подтвердил Остин.

Я опустила глаза.

– Так ты еще хочешь со мной разговаривать? Узнать меня поближе?

Вид наших ног, постепенно придвигающихся друг к другу, не очень-то помогал справиться с нервами.

– Да. Хочу, – отрывисто проговорил Остин.

Подняв глаза, я заметила, что Остин склонил ко мне голову. И мышцы во всем теле перестали двигаться. Лицо его оказалось так близко, что я ощущала грубую щетину на щеках. Остин тяжело дышал, а я, похоже, вовсе лишилась этой способности. По телу побежали мурашки, а руки, неподвижно висевшие по бокам, заныли от напряжения.

Не в силах справиться с его близостью, я зажмурилась и ощутила возле уха теплое дыхание Остина.

– Buona notte^[32], эльфенок, – прошептал Остин.

Я почувствовала, как его губы мягко скользнули по моим губам. Потом он отстранился.

Когда я вновь открыла глаза, Остин стоял в паре футов от меня с непроницаемым выражением на лице.

– А теперь вперед, эльфенок. Я прослежу, чтобы ты благополучно добралась.

Беспомощно кивнув, я отвернулась, намереваясь уйти, а потом вдруг вновь взглянула на Остина.

– Каким бы плохим ни оказался для тебя прошлый вечер, я рада, что оказалась там. Иначе сегодня бы просто не случилось.

Остин лишь коротко кивнул.

– Увидимся позже, эльфенок.

Я поспешила вниз по тропинке к женскому общежитию, но услышала окрик Остина:

– Эльфенок?

Остановившись, я обернулась. Он вышел из тени на лунный свет. И сердце сжалось при виде прекрасного зрелища.

– К чему боевая раскраска?

Я откинула назад волосы с лица и ответила:

– А зачем татуировки?

Остин лишь улыбнулся моему ответу, сверкнув белыми зубами. А потом покачал головой и поднял вверх два пальца в знак прощания.

Я снова зашагала по дорожке и, добравшись до входной двери безмолвного женского общежития, поспешила в свою комнату. Я бодро прошагала в ванную. Но стоило мне взглянуть на себя в зеркало, и все новообретенное волнение спало.

На меня в ответ смотрела уродина.

Сегодня вечером я почти забыла обо всех своих проблемах. Но отражение вернуло все на место.

Потянувшись к туалетному столику, я достала косметические салфетки и приступила к ежевечернему занятию. Как только темный макияж сошел, вся неуверенность вернулась.

«Кажется, ты нравишься мальчику, Лексингтон. Но ведь он мог бы полюбить тебя еще больше. Нам нужно сбросить десять фунтов, и он станет хотеть тебя, как никого прежде. Представь, как он будет впечатлен, если ты немного похудеешь».

Прислушиваясь к голосу, я поняла, что согласна. На Остина произвело бы впечатление, если бы я сбросила вес.

Всего десять фунтов, и все в моей жизни станет намного лучше… А еще десять помогут мне достичь совершенства…