Бесконечная игра - Тея Лав

Я задумываюсь, приподняв подбородок.

– Не расстраивайтесь, вы еще победите. Удачи.

Чейз откровенно смеется, сгибаясь пополам.

– Ну спасибо.

Ноэль не смеется. Он снова хмурит брови. Таким он кажется еще привлекательней. Твердая челюсть, покрытая едва заметной темной щетиной плотно сжата. Плечи напряжены. В данный момент я очень сильно его раздражаю. Он пытается это скрыть, но тщетно. Это выглядит даже забавно.

– У меня есть предложение, – вмешивается Чейз. – Мы репетируем в «Саунде». Ребята будут примерно через час. Можем убить время, посидев где-нибудь недалеко от клуба.

Он делает это для своего друга. Ноэль с благодарностью смотрит на него. Боже, они ведут себя, как дети.

– Только не запирайтесь в подсобке, – тихо добавляет Чейз.

Я метаю молнии в его сторону. Ноэль замечает мой взгляд.

– Что? – улыбается он. – Чейз меня нашел там.

– Ага, – фыркает тот. – Он был похож на побитую собаку. Что ты с ним сделала?

Я вздергиваю подбородок.

– Не имею представления, о чем вы.

Ноэль качает головой, тяжело вздохнув. Словно я маленькая капризная девочка.

– Давайте попьем что-нибудь со льдом?

Таким образом я оказываюсь зажатой между двумя мощными хоккеистами, которые и слушать не хотят мои возражения. На парковке Ноэль подходит к серому «Понтиаку» и открывает пассажирскую дверь.

– Прошу вас, – издевательским тоном произносит он.

– Надеюсь, ты водишь осторожно, – тем же тоном отвечаю я, забираясь в его машину.

Ноэль хитро улыбается и прежде чем закрыть дверцу, произносит:

– А вот и нет.

Мы занимаем один из многочисленных столиков рядом с пиццей, мороженным, кофе и всем прочим. Пока друзья Чейза еще не приехали, а я наотрез отказалась идти в «Саунд», мы пришли на роллердром. Площадка находится в нескольких метрах от зоны отдыха и отделена невысоким ограждением. Стоит шум. Я смотрю на проносящихся по кругу детей, подростков и нескольких взрослых.

– Не хочешь покататься? – интересуется Ноэль.

Я качаю головой, присосавшись к трубочке с молочным коктейлем.

– Не сегодня.

Чейз уже несколько минут не обращает на нас никакого внимания. Он печатает что-то в телефоне, нетронутая кола со льдом стоит рядом.

Ноэль смотрит по сторонам, потягивая свой напиток. Почувствовав мой взгляд на себе, он удивленно приподнимает брови.

– Что?

– Ты сегодня странный.

Несмотря на наши стычки, он действительно ведет себя немного даже сдержанно. Не то чтобы я против, просто непривычно.

Он вздыхает, потирая подбородок.

– Ну да.

– Я знаю причину, была свидетелем.

Несколько секунд он молчит.

– Мы еще отыграемся.

Кивнув, я громко тяну из трубочки напиток.

– Только не затягивайте с этим.

Глаза Ноэля превращаются в щели. Но кажется, ему нравится, как я это сказала. Он же не ждет от меня мотивирующих цитат. Работайте и побеждайте, все просто. Ну на самом деле, нет, но все же смысл вполне понятен.

– Ты пришла посмотреть игру.

Ноэль не спрашивает. Он кладет руки на стол, придвигаясь чуть ближе ко мне.

Не подумав, я ляпаю:

– Ну, это не впервые.

Его брови снова взмывают вверх.

Черт. Поскольку мы по обоюдному безмолвному договору не говорим о моем дяде, я не могу сказать, что ходила на игры только из-за него.

Ноэль широко улыбается.

– Не думай то, чего на самом деле нет.

– А о чем я думаю?

Он улыбается. этот парень неисправим.

Качнув головой, я смотрю в сторону.

– Тебе нужно поговорить с психологом о своем эго. Специалист объяснит тебе, что преувеличенно завышенное мнение о себе не очень хорошо влияет на личную жизнь.

– Вижу, тебе психолог уже это объяснил, – колкостью на колкость отвечает он.

И попадает в точку. Как же он прав. Но я не подаю вида.

– Я просто даю тебе хороший совет.

Ноэль откидывается на спинку стула.

– Существует большая разница между самомнением и самоуверенностью.

– Ты называешь самоуверенностью то, что считаешь, что все вертится вокруг тебя?

– Я так не считаю.

– Да ну. Ты уверен в том, что я приходила на игры из-за тебя.

– Я этого не сказал.

– Тебе и не нужно было. На твоем лице все прекрасно написано.

– Ты принимаешь желаемое за действительное.

– Что ты имеешь в виду?

– А то, что ты хочешь, чтобы я казался самодовольным индюком. Тем самым прикрывая свое влечение за якобы моим эгоизмом.

– Что за бред?

– Разве не так?

– Не так. Откуда в твоей голове рождается такая бессмысленная чушь?

– А почему ты такая упертая? Разве сложно признаться, что ты хочешь меня?

– А разве ты в этом признался?

– В том, что я хочу себя?

– О господи.

Голова Чейза сейчас похожа на мячик из пинг-понга. Мы и не заметили, как он пристально наблюдает за нашей перепалкой.

– Ребят! – громко произносит он, и мы затыкаемся, будто нас выключили. – Вам нужно заняться сексом.

Даже у Ноэля округляются глаза, когда он произносит это.

Чейз усмехается, проведя рукой по своим волосам.

– Точно-точно. После этого вы оба успокоитесь.

Ноэль игриво смотрит на меня, подмигнув. Я закатываю глаза, откинув голову.

– Куда я попала?

Чейз как ни в чем не бывало продолжает таращиться на экран своего телефона. Его пальцы с молниеносной скоростью порхают по экрану.

Я наклоняюсь чуть вперед.

– Что ты постоянно печатаешь?

Он не поднимает глаз.

– М?

– Он ВСЕГДА что-то печатает, – вмешивается Ноэль.

– Переписываешься с кем-то? – добавляю я.

Чейз, наконец-то поднимет голову и смотрит сначала на меня, затем на Ноэля. Он довольно ловко нас заткнул. Пусть теперь включается в разговор. По крайней мере, мы с Ноэлем перестанем ссориться.

– Песни.

– Что? – Ноэль заглядывает в телефон Чейза.

– Ты пишешь песни на телефоне? – уточняю я.

Чейз кивает.

– Ну да.

– Ничего себе, старик. – Ноэль усмехается. – Ты же каждую свободную секунду в телефоне.

– Моя муза никогда не спит.

Его телефон оживает, и он быстро подскакивает с места и хватает свою сумку, висящую на спинке стула.

– Приятно было с вами поболтать, – саркастично заявляет Чейз. – Не забудьте, что я вам сказал. До встречи.

И уходит.

Я чувствую на себе взгляд Ноэля.

– Мне нравится его совет.

Мои губы растягиваются в устрашающей улыбке.

– Ну еще бы.

– Тебе тоже нравится.

– Я устала, мой язык уже болит с тобой спорить.

– Могу помочь.

Не обращая внимания, я допиваю свой коктейль. В это же время Ноэль тянется за нетронутой колой Чейза и вдруг резко шипит.

– Вот дерьмо.

Он хватается за правый бок и морщится. Вспоминая, как именно его уложили на лед, я невольно морщусь тоже. Даже представить не могу, как это больно.

– Это жесткий спорт, – заявляю я.

Ноэль, все еще морщась, смотрит на меня. Сквозь гримасу боли он умудряется усмехнуться.

– Спасибо, Маккензи,