Если бы не ты… - Лилия Фандеева

Два следующих дня прошли без посетителей и температурой тридцать семь с небольшим. Сергей в пятницу вышел на работу, а ближе к обеду Милану навестил Илья.

– Отец говорил, что ты болеешь и лежишь. Зачем ты встала? – спросил он, протягивая ей пакет и без приглашения хозяйки снимая верхнюю одежду. – Чем так вкусно пахнет? Папаша говорил – ты вкусно готовишь.

– Ты видишь в моём доме прислугу или швейцара? Встала, хотя бы для того, чтобы тебе дверь открыть, обед приготовить. Я делаю то, что мне по силам. Не верь всему, что говорят, а лучше попробуй. Ты обедать будешь?

– Конечно, буду. У меня уже аппетит проснулся от запаха. Лана, ты на отца сердишься из-за меня? Из-за того, что не поехала в Сочи? – спросил он, моя руки под кухонным краном.

– Глупости не говори. Я сама предложила взять тебя вместо себя в поездку. Отец твой, как все мы не без греха. Просто я не всё могу понять, не всё принять, отсюда и недоверие, которое в свою очередь ведёт к размолвкам. Ешь.

К вечеру погода стала портиться, а впереди были крещенские морозы. Отменив по телефону все свои визиты в выходной, Милана осталась дома.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Сергей за ужином в субботу. – Мне, кажется, нам стоит изменить схему лечения.

– Что с ней не так? Меня уже ничего не беспокоит, – не чувствуя подвоха, сказала Милана.

– Это плохо. Я очень надеялся на проявление побочных эффектов, – чуть не смеялся Затонский. – Хотел предложить тебе курс сексотерапии. Скажем, два-три раза в неделю перед сном.

– Думаешь, поможет? – улыбнулась Милана, оценив шутку.

– Думаю, с первого раза вряд ли, но три-четыре сеанса должны дать результат, – смеялся Сергей, подхватывая её на руки…

Прошёл месяц. Февральская погода не радовала. Снежные заносы заставляли Милану всё чаще пользоваться общественным транспортом. Теперь она возвращалась с работы на полчаса позже.

– Замёрзла? – спросил Сергей. – Давай сюда ноги. Хочешь опять заболеть? Странно. Ноги не холодные.

– Да я даже не озябла, – ответила Милана. – Ты чего такой потерянный? Что случилось? Рассказывай.

– Думаю и не могу принять решение, – говорил Затонский, ставя ужин в микроволновку. – Мне предложили двухнедельную стажировку в клинике Израиля. Стажировка бесплатная, но перелёт и проживание я должен оплатить сам.

– Давай по порядку: кто предложил, когда и как? – спросила Милана, беря в руки вилку. – Это важно.

– Я учился с Борисом два курса. В девяносто восьмом он уехал с семьёй в Израиль. Окончил там учёбу, получил профессию и через десять лет стал ведущим специалистом. Это он мне такое предложение сделал. Все организаторские вопросы он берёт на себя. Я же прекрасно знаю, что по линии Минздрава мне туда не попасть. Только в частном порядке и только через агентства, – с сожалением говорил он.

– Тебе самому этого хочется? Полететь, посмотреть, что-то узнать, чему-то научиться. Скажи мне честно: вопрос упирается в финансы или ты боишься, что твой сокурсник заткнёт тебя за пояс? Ты хороший диагност, врач высшей категории с приличным стажем. Да, у нас не та медицина, но для него это не новость. Тебе нужно ехать. Возможно, тебе не доверят какие-то манипуляции, но у тебя есть глаза и разумная голова. Соглашайся.

– Ты думаешь? – спросил, сомневаясь, Сергей.

– Я не думаю. Я тебе советую не отказываться. Поговори с главным, возьми очередной отпуск. Пригласи своего знакомого в гости и обговорите всё спокойно. Домашняя обстановка больше располагает. Ужин я вам приготовлю.

– А если я разочаруюсь? – как-то с большим сомнением выдал Сергей.

– В чём? В нашей медицине? Она не станет, Серёжа, ни лучше, ни хуже от того полетишь ты в Израиль или нет. А вот ты будешь знать, какой она может быть, – убеждала его Милана.

Был приезд заграничного гостя, был ужин, было принято решение лететь в Израиль. Сергей вылетел в Иерусалим пятого марта, вернувшись двадцать второго. Разговоров хватило надолго.

– Милана, я возьму Илью, у него каникулы, и мы проведём остаток отпуска у моих родителей.

– Хорошая мысль. Поезжайте. Не забудь о подарках сестре и родителям, – согласилась Милана.

Вернувшись из отпуска, Сергей вышел на работу, а у Миланы началась «сенокосная пора». Она вторую неделю уставала, работая дома и не высыпаясь.

– Сергей, ты ужинал? – спросила она.

– Да. Я в перерыве займусь посудой, – ответил он, увлечённый боевиком по телевизору.

– Извини, я очень устала и после душа иду спать.

Милана видела пятый сон, когда Сергей лёг рядом и, обняв её, повернул лицом к себе и начал целовать.

– Ты смотрел боевик или эротику? – сонно спросила Милана. – Извини, я устала.

– Устала перекладывать бумажки на своём столе и считать на калькуляторе? – сердито спросил Затонский. – Работа не пыльная.

Его тон и незаслуженный упрёк не перебили сон, и она теперь «беседовала» находясь в полусне.

– Работа действительно не пыльная. Только и ты не у станка стоишь, обливаясь потом. Ты перерабатываешься только в кабинете заведующей. Я права?

– Ты что хочешь этим сказать?

– Что крашеные волосы Людмилы Петровны есть даже на твоём нижнем белье. Линяет женщина, – засыпая, говорила Милана.

Утром Милана не торопилась вставать. Была суббота. Нежась в постели, она вдруг вспомнила такой короткий разговор с Сергеем, но не могла сказать точно: было ли это во сне или на яву.

– Доброе утро, соня, – сказал Затонский, целуя ее в щеку. – У меня завтрак почти готов. Вставать думаешь?

– Пять минут и я на кухне, – сказала Милана. «Значит, мне всё приснилось. Иначе бы он вёл себя по-другому, – сделала она вывод. – Что-то между нами не так. Может страсть прошла, а другого ничего и не было? Меня не тяготит его присутствие, но и особого интереса я к нему больше не испытываю. Он своими поступками, как будто специально, подталкивает меня к ревности. Зачем? Эти частые телефонные звонки, после которых он исчезает на пару часов, дежурства помимо графика, ночные вызова. С этим можно было смириться, работай он в «неотложной» медицине, но он не хирург и не реаниматолог, – думала она. – Работа – это прикрытие. Может он, как и я, устал от меня, но не решается сказать об этом и уйти».

Кончилась весна, наступило жаркое лето. На календаре было начало июля. Милана вернувшись с работы, поставила машину на парковку и шла к подъезду.

– Простите. Вы Милана Тихомирова? – спросила её девушка лет двадцать, двадцати трёх.

– Я. Чем обязана? – ответила она, разглядывая незнакомку.

– Мы можем поговорить где-нибудь?

– Домой я Вас не приглашаю. Здесь в соседнем доме есть хорошая кофейня, идём туда.

Они прошли метров