Три маленьких секрета - Лиз Карлайл

Меррик узнал стоящего на пороге констебля. Это молодой Уэйд, его отец хозяин мясной лавки в Уолем-Грин.

– Добрый вечер, мистер Маклахлан, – вежливо притронулся к краю шляпы Уэйд. – Мистер Граймз сказал, что здесь живут замешанные в инциденте леди и юноша.

– Да, леди Бессетт и ее сын, – спокойно ответил Меррик. – Но мальчик уже в постели, а ее сиятельство в расстроенных чувствах. Думаю, это понятно. Почему бы вам не зайти завтра ко мне в контору? Я вам все объясню.

– Но они же свидетели, – настаивал констебль. – Хотя дело, кажется, совершенно ясное. Этот Чатли напился и пытался убить вас. Разве не так?

– Ничего подобного! – возразил Меррик.

– Значит, ваши слуги напутали? – поднял брови Уэйд.

– У меня не было времени объяснять им суть дела, – мягко сказал Меррик. – Мистер Чатли был моим деловым партнером. Узнав мою карету, он всего лишь хотел поговорить со мной.

– Понятно, – проворчал констебль. – Он подстерегал вашу карету, чтобы поболтать и пожелать доброй ночи.

– Именно так, – подтвердил Меррик. – Думаю, Чатли поскользнулся, пытаясь забраться в мою карету. Он не знал, что я возвращаюсь домой в чужой.

– А как получилось, что у него с собой был заряженный пистолет?

– Глупо, правда? – заметил Меррик. – Увы, бедняга Чатли панически боялся разбойников. Он часто брал с собой оружие, особенно по ночам.

– Разбойники? – недоверчиво повторил констебль. – В Уолем-Грин? Только не в нашем веке, сэр. А ваши слуги уверяют, что он застрелился в пьяном отчаянии, оттого что его жертва ускользнула.

– В самом деле? – изобразил удивление Меррик.

– Да, – непримиримо сказал констебль. – Именно так.

Что ж, другого выхода не остается. Меррик обнял констебля за плечо.

– Мистер Уэйд, это действительно так, – тихо сказал он. – Бедняга мертв, но у него осталась семья, вдова. Кого мы накажем, если раскопаем эту неприятную историю? Какая версия событий больше утешит его родных?

Уэйд колебался лишь минуту. Печальный сценарий мгновенно промелькнул в его уме. Позор самоубийства, да еще в состоянии опьянения. Постыдные похороны за кладбищенской оградой. Бумажная волокита. Сплетни. И в результате бедность вдовы и детей.

Сдвинув шляпу, Уэйд поскреб голову.

– Да, похоже, вы правы, сэр, – наконец сказал он. – Наверное, вам нужно поговорить со слугами и объяснить, как обстоит дело.

Меррик похлопал его по плечу.

– Уверю вас, Уэйд, они больше ни слова не скажут. Приносите завтра ваши бумаги, и я подпишу все, что пожелаете.

Поклонившись, констебль скрылся в ночи. Меррик вернулся в гостиную и увидел, что Мэдлин шагает по комнате, все еще сжимая в руке бокал бренди. Она отпила уже добрую половину. Странно. Мэдлин никогда не была любительницей выпить.

Она через плечо странно взглянула на него.

– Ты законченный лжец, Меррик, – холодно сказала она. – Судя по всему, у тебя богатый опыт.

Меррик одарил ее скупой улыбкой.

– Это скорее ты поднаторела во лжи, моя дорогая, – сказал он. – Ты поняла, что должна сказать твоему кучеру?

– Думаю, соображу, – отрезала Мэдлин. Она долго молча смотрела на него поверх бокала. – Ты изменился, Меррик. А может быть, и нет. Я никогда тебя толком не знала.

– Меня нынешнего ты определенно не знаешь, Мэдлин, – ответил он. – И не дави на меня своими моральными принципами, дорогая. Особенно после того, что ты совершила за все эти годы.

– Не начинай опять эту чепуху, – предупредила Мэдлин. – С меня хватит.

– Помилуй, я пришел сюда не затем, чтобы браниться с тобой. По мне, лучше бы ты осталась в Афинах, Швейцарии, на Борнео, или где ты скрывалась все эти годы.

Отвернувшись, Мэдлин почти рухнула в кресло.

– Мы жили в Неаполе. Но я уже четыре года как вернулась в Англию, Меррик. Удивляюсь, что ты не приехал в Йоркшир, если намерен превратить мою жизнь в ад.

– Да и ты могла разыскать меня, Мэдлин, – вполголоса сказал он. – Ты никогда обо мне не вспоминала? Ты хоть раз задумалась, жив ли я?

В ответ на это Мэдлин рассмеялась, но смех был безрадостный.

– О, ты очень живучий, Меррик, – сказала она. – Ты сильный, уверенный, высокомерный и самонадеянный. В свое время я была слишком глупа и находила эти качества соблазнительными.