Рассвет костяной волшебницы - Кэтрин Парди

– Все это время мы искали информацию, как разорвать связь душ, но, возможно, нам следовало узнать, как отказаться от навязанных богами правил.

Я все еще не могу понять, что он имеет в виду.

– Но миру нужны Перевозчицы, Бастьен. И происходящее сейчас в Довре лишь подтверждает это.

– Я не предлагаю избавиться от Перевозчиц. Нужно просто избавиться от связи душ, которую необходимо окропить кровью. Не только тебе, но и всем Леуррессам. Навсегда. Тогда ни отцы, ни короли, – он кивает в сторону Каза, – не пострадают. И их детям не придется жить с жаждой мести.

– Но это означает войну с богами. – Голос Каза опускается до шепота. – Разумно ли это? Да и возможно ли?

– Мы не станем воевать с ними, – говорит Бастьен. – А просто…

– …обхитрим, – вставляет Жюли.

– Заключим сделку? – Я вспоминаю о договоре матери с Тирусом. – Сделки с богами обходятся дорого.

Для матери ценой стала моя жизнь.

– Не совсем. – Он проводит большим пальцем по подбородку, заросшему щетиной. – Знаете, я еще не придумал решение, но уверен, мы на правильном пути. Я чувствую это. И с помощью Марселя мы быстро отыщем ответ. А пока оставим короля здесь и…

Его голос искажается и прерывается. А воздух перед ним начинает мерцать от серебристой пыли, словно марево. Я уже видела подобное раньше, в другом убежище в катакомбах, когда впервые увидела…

Серебряную сову.

Едва я осознаю это, как птица с расправленными крыльями возникает в потоке света. Она хлопает ими один раз, и меня затягивает в видение, которое проносится так быстро, что мне едва удается разобрать мелькающие образы…

Сабина. Кастельпонт. На мост запрыгивает кошка… нет, шакал. Стрела Сабины пронзает его сердце. Новая кость благодати. Кулон, вырезанный в форме полумесяца. И он бьется на шее Сабины, когда она выпрыгивает через витражное окно.

Бушующее море. Сухопутный мост. Перевозчиц окружают сияющие chazoure души. Черные глаза матери. Врата из воды, удерживающие ее. Ее рука, протянутая к Сабине. Сабина убегает с моста. И снова кулон.

Шато Кре. Сабина с короной из оленьих рогов на голове. Ее лицо искажает ярость и испуг. Взмах копья, сжатого в ее руке. Суматоха во дворе. Шок на ее лице. А затем слезы, когда она, рыдая, бежит из замка.

Серебряная сова пронзительно ухает. И меня выбрасывает из видения. Она складывает крылья, и серебристый свет исчезает. А затем и сова. Меня трясет, пока я судорожно пытаюсь сделать вдох. Каз, Бастьен и Жюли смотрят на меня.

– Аилесса, что… – начинает Бастьен, положив руку мне на спину.

Я вскакиваю и хватаю свой костыль.

– Сабина, – выдавливаю я. – Я… я видела ее.

Жюли морщит лоб:

– Как ты…

Но у меня нет времени объяснять, нет времени задержаться даже на секунду. Сестра нуждается во мне. А мне нужна она.

Я практически бегу к лестнице на одной ноге, в чем мне помогает благодать сокола.

– Аилесса, подожди! – кричит Бастьен.

Но я не останавливаюсь. А взбираюсь на строительные леса, проворная, как горный козел, и сильная, как тигровая акула.

Я иду, Сабина.

16. Бастьен

– Аилесса! – зову я.

Не верится, что она может передвигаться так быстро со сломанной ногой. С силой и умением прыгать, дарованной благодатью, ее костыль сейчас больше походит на шест для прыжков. Я бегу за ней по переулкам Довра, но все равно не могу догнать. Аилесса проворно перепрыгивает бочки и ящики и направляется к западной стене города.

– Давай поговорим!

Мне до сих пор непонятно, что ее так взбудоражило, ну, если не считать того, что это как-то связано с Сабиной. Но если честно, я очень редко понимаю, что ее выводит из себя. Даже если это касается меня.

Аилесса проворно поднимается по крутой и узкой каменной лестнице, тянущейся вдоль стены здания.

– Возвращайся обратно, Бастьен. – Остановившись на самом краю ступеньки с ловкостью, которой можно только позавидовать, она смотрит на меня сверху вниз. – Не стоило тебе выходить из убежища. Если королевские гвардейцы найдут тебя…

– Они будут искать и тебя. – Я потираю рану, которая вновь разболелась. – Прошу, скажи, что происходит. Сабина…

– Она не должна была занять место matrone. – Аилесса вновь начинает подниматься по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки за раз. – Ее никогда не готовили к этому, как меня.

Подол длинного платья попадает под костыль, и Аилесса рассерженно шипит.

– Но она с твоей famille. Они защитят друг друга в Шато Кре. – Я взбираюсь по лестнице вслед за ней. – Дотуда больше одиннадцати километров. Добираться туда, когда на свободе Скованные, опасно.

– Я пойду одна, Бастьен. И могу сражаться со Скованными.

Аилесса несется по крыше и перепрыгивает на следующую крышу, до которой целых два метра.

– Возвращайся. Прошу, – приземлившись, ворчит она.

И прежде чем я успеваю что-то сказать, бежит к следующей крыше, которую от городской стены разделяет пропасть в четыре метра.

– Аилесса, стой! Там слишком далеко!

Даже с костями благодати ей не преодолеть это расстояние на одной здоровой ноге.

Она стискивает челюсти. И, не колеблясь, несется вперед. Ее костыль мелькает все быстрее и быстрее. Я перепрыгиваю на вторую крышу, но она уже слишком далеко. Мне не добраться до нее вовремя. А до земли лететь не меньше четырех метров.

– Аилесса!

Она поднимает платье до колен и отталкивается от края крыши здоровой ногой, устремляясь к стене. Ее крик от напряжения доносится до меня эхом. А я продолжаю бежать. Адреналин, вызванный отчаянием, пульсирует в венах. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Правая нога Аилессы приземляется на выступ стены, но соскальзывает, и ей не удается удержать равновесие. Аилесса выпускает костыль из рук и пытается ухватиться за стену, но ей мешают длинные рукава, поэтому она падает вниз.

– Аилесса!

Я резко останавливаюсь. Она не отвечает. Merde, merde, merde. Я разворачиваюсь и бегу на другую крышу, затем спускаюсь по лестнице до земли и мчусь к западной стене. В четырехстах метрах отсюда есть прикрытая дыра. Я пролезал через нее, чтобы скрываться после кражи. Я вытаскиваю несколько расшатавшихся камней, чтобы хватило места пролезть. А затем пролезаю за стену.

– Аилесса! – зову я.

И несусь к месту ее падения.

Но ее там нет. Лишь примятый с одной стороны колючий кустарник. Зато нахожу следы – отпечаток костыля едва заметен – и иду по ним. Первые метров семьсот они ведут по направлению к побережью и Шато Кре. Но затем сворачивают и начинают петлять. Что она делает?

Я прибавляю скорость и наконец вижу ее вдалеке. Аилесса стоит на мосту у леса.