Поцелуй в прямом эфире - Ширли Джамп

— Хорошо. Ведь я не ошибусь, если заявлю, что ты и он особенно заслуживаете счастья. — Эрни кивнул кому-то вправо, и в их сторону зашагал Харлан. Он был в темных джинсах, белой рубашке и белой ковбойской шляпе. — Думаю, тебе не придется ждать слишком долго. Скоро узнаешь, что ждет вас обоих.

Софи приложила немалые усилия, чтобы не убежать куда глаза глядят. Эрни попрощался с ней и отошел.

— Ты отличный оратор, дорогая, — сказал Харлан. — Может быть, тебе подумать о карьере на радио?

Она рассмеялась:

— Мне хватает моей кофейни.

— Я решил, что время от времени стоит делать прямые радиовключения из твоей кофейни, — улыбнулся Харлан. — В кофейне будет больше посетителей, и ты сможешь рекламировать оздоровительный центр.

Она подумала над его предложением:

— Хорошая идея. Спасибо.

Харлан снял шляпу:

— Твои слова о том, что мечта об открытии оздоровительного центра становится реальностью, заставили меня задуматься.

— О чем?

— О том, что ты права, Софи.

Она улыбнулась:

— Уже второй раз за неделю вы говорите о моей правоте, мистер Джонс.

— Ты снова называешь меня мистером?

Софи отвернулась от него и посмотрела на танцующие пары. Харлан подошел к ней сзади. Она повернулась к нему лицом и начала что-то говорить, но он приложил палец к ее губам. Софи уловила аромат его одеколона, почувствовала чистый, свежий и слегка солоноватый привкус его кожи.

— Ты была права, когда сказала, что я боюсь. Всю мою жизнь я боялся повторить ошибки моего отца. Мой отец бросил семью на произвол судьбы, увлекшись мечтами. А я работал как одержимый и зарабатывал деньги.

— Поэтому ты не хотел бросать основную работу, хотя и любишь столярничать?

Он кивнул:

— Просто не понимал, чего хочу на самом деле. И я… не просто измучил себя. Я обидел женщину, которую люблю.

— Ты… Ты меня… любишь?

— Люблю, дорогая. — Он улыбнулся, потом взял ее за руку и, отведя в сторонку, обнял. — Если я собираюсь признаться тебе в любви, Софи Уотсон, то, черт побери, должен держать тебя в объятиях.

Они начали двигаться в такт красивой и неторопливой мелодии. Сердце Софи екнуло и забилось чаще.

— Но… но мы едва знакомы друг с другом.

— Мы провели рядом больше времени, чем многие люди проводят вместе за год. И кроме того, мне не нужны месяцы для того, чтобы понять, чего я хочу. — Он бесстрашно встретил ее взгляд: — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

В ответ Харлан улыбнулся, а Софи едва не лишилась чувств. А потом Харлан наклонился и нежно поцеловал ее в губы.

— Как я рад это слышать, дорогая, — пробормотал он у ее губ. — Ужасно рад.

Она обняла его за шею и посмотрела в его такие родные глаза. Ей никогда не наскучит смотреть в них.

Они танцевали еще какое-то время, и Софи прижималась к груди Харлана, слушая размеренное и сильное биение его сердца.

— Нам нужно решить еще один вопрос, — сказал он.

— Какой?

— Это связано с оплатой. Моя цена — двести долларов.

Она отпрянула и уставилась на него:

— Двести долларов? За что?

— За мои стулья. Я собираюсь заняться мебельным бизнесом, а это значит, что я должен взимать плату за мою работу. — Харлан крепко обнял Софи и прижал к себе так сильно, что она пискнула. В его глазах плясали веселые искорки. — Но, учитывая то, что ты мой самый первый клиент, позволю тебе заплатить поцелуями.

— О, это с радостью! — Софи приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его губам. — Вот мой первоначальный взнос! — сказала она, отстранившись от него.

— Довольно приличное начало, — кивнул Харлан. — Я забыл тебе сказать, что у меня еще кое-какое требование.

Софи рассмеялась:

— Позволь мне угадать: печенье?

— Угадала. — Он усмехнулся, снова поцеловал ее, а затем закружился с ней в танце.

Софи положила голову на мускулистую грудь Харлана Джонса:

— Вероятно, мне следует снова сыграть в лотерею.

— В самом деле? Зачем?

— Потому что я впервые в жизни участвовала в лотерее — Лотерее любви, — и мне очень повезло. Я выиграла ковбоя. — Она посмотрела на Харлана и одарила его кокетливо-дразнящей улыбкой: — Кто знает, что я могу выиграть в следующий раз?

Он нежно коснулся губами ее рта:

— Что бы ты хотела еще выиграть, дорогая?

— Ничего, — прошептала Софи у его губ. — Я уже выиграла любовь.