Нам нельзя - Виктория Лукьянова

Дальше мы едем в полнейшей тишине. Каждый думает о своем. Расспрашивать Арсения не имеет смысла, и так все понятно.

Он ненавидит мою мать. Он ненавидит отца. И только меня еще терпит, и лишь потому, что у нас уговор.

Мы останавливаемся напротив какой-то высотки, и Арсений глушит мотор.

— Ну всё, приехали.

Я вздрагиваю и смотрю на парня.

— Куда? Я думала, ты подбросишь меня до парка.

Отчего-то мне казалось, что я ему сказала об этом, когда садилась в машину. Да и он должен знать про парк, в котором я уже которую неделю торчу. Ведь именно там меня и встретил в прошлый раз Макар.

— Какой еще парк? — удивляется Арсений, собираясь выйти из машины.

Часто моргаю.

— Слушай, мне нужно кое-что забрать из квартиры. Если хочешь, можешь пойти со мной.

От его скользкого взгляда мне не укрыться. Хотя я могу себя просто накручивать, и Арсений ничего такого не подразумевает, но верить ему тоже не могу. Поэтому энергично качаю головой, отказываясь с ними куда-либо идти. Тем более, к нему в квартиру. Ведь там мы окажемся наедине, и кто знает, что ему в голову взбредет?

— Ну, тогда жди. Минут десять, — говорит Арсений и, не торопясь, удаляется прочь от машины.

Я смотрю ему вслед, подумывая, что он задержится намного дольше десяти минут, но уж лучше пережду здесь, чем попадусь в очередную ловушку.

Хорошая мысль слишком поздно приходит в голову. Нужно было тут и распрощаться и самостоятельно добраться до парка, но раз осталась, то буду ждать. Достаю из сумки телефон, чтобы скоротать время. Просматриваю сообщения. Палец зависает над сообщением, отправленным почти месяц назад тете. Она так и не ответила.

Что же, пора уже удалить всю переписку с ней и послать тетушку куда подальше. Получила свою долю и деньги и сразу же про меня забыла. Я злюсь и не скрываю этого. Но злости с каждым днем все меньше и меньше. Просто жаль ее. Просто жаль, что все сложилось в нашей семье именно так.

Выделяю контакт, выбираю во вкладке «удалить» и стираю прошлое. Пожалуй, я поступлю также со всем, что все еще тянет меня назад. Осталось лишь подождать. Совсем чуть-чуть.

Вздрагиваю, когда по стеклу стучат.

Резко опускаю телефон на колени и смотрю на мелькнувшую рядом тень.

Ох, если бы мне только померещилось! Но нет, я не ошиблась. Рядом с пассажирской дверью стоит Макар и как-то странно смотрит на меня.

Очень странно.

— Привет, — губы дрожат в полуулыбке, пока в голове напуганными пташками мечутся мысли.

Что он здесь-то делает? Разве можно вот так все время встречаться?!

Глава 20

Сложно подобрать слова, когда в голове каша. Еще сложнее найти нужную маску, чтобы натянуть ее на лицо и изобразить сдержанную радость от нашей новой встречи.

Макар стоит напротив двери и всем своим видом дает понять, что ждет, когда я выберусь из салона «почти гоночного болида» Арсения и поздороваюсь с ним. Делать этого не хочу, но разве у меня есть выбор? Я и так нагрубила Макару в прошлый раз, хотя и у него мордочка в пушку, как говорит тетя.

Невольно вспоминаю родственницу, чьи сообщения буквально только что удалила, и вздрагиваю от неожиданного холодка, пробирающего до костей. Не ежусь. Беру в руки телефон и отправляю его на дно сумки. Открываю дверь, выхожу. Жаркий воздух мегаполиса ударяет в лицо.

— Привет, — еще раз произношу, встав напротив Макара.

Он кивает, но за его добродушной улыбкой я вижу нечто такое, чего не видела раньше, пусть мы и встречались-то всего раза три-четыре.

Смотрю на парня, стараясь больше не обращать внимания на его лицо. На Макаре светло-голубые джинсы, серая футболка. Он выглядит просто и со вкусом. При этом его волосы едва колышутся на легком ветерке, который и моих локонов касается, тем самым щекоча. Невольно поднимаю руку, чтобы заправить локон за ухо. За моей рукой неотрывно следит Макар.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает он, будто возвращая мне фразу, которую я не так давно произносила, требуя тогда от него ответа.

— Жду Арсения, — честно отвечаю, хотя это и так понятно. Я же сидела в его машине.

Макар почему-то морщится. Он убирает руки в карманы и поворачивает голову, смотрит куда-то вверх, в сторону многоэтажки, в которой совсем недавно скрылся Арсений.

— А ты что тут делаешь?

Да, мне интересно. Интересно, почему наши пути все время пересекаются. И еще интересно, что он думает обо мне… Легко ли водить меня за нос, прикидываясь добряком. Легко ли лгать. А ведь Макар лжет. Я вижу это. Чувствую. Наверное, срабатывает какой-то внутренний маячок. Потому что наравне со стыдом, который не дает мне покоя вот уже три дня, я все же злюсь на Макара.

Он перестает учтиво улыбаться, и неожиданно фокус его внимания устремляется куда-то позади меня.

— Я…

— Шах! Привет! — Но как уже становится понятно, договорить ему кое-кто не дает.

В кои-то веки Арсений не опаздывает. Оборачиваюсь и вижу Самойлова-младшего. Он укладывается в десять минут и вот уже мчится обратно, растянув губы в беззаботной улыбке. В его руках замечаю небольшую спортивную сумку.

— Привет! — произносит Арсений, протягивая свободную руку вперед.

Он останавливается рядом со мной, и Макару приходится сделать пару шагов вперед, чтобы пожать ладонь другу.

Кажется, что лишь Арсений тут может дышать полной грудью, когда между мной и Макаром повисает напряженное молчание. Скорее всего, он зол на меня. Зол за прошлые слова. За то, что видит меня в машине Арсения. Хотя чего это я? Какое ему вообще дело до того, как я провожу время и с кем? Сам-то хорош!

Сразу же вспоминаю фотки с девчонками, с которыми он слишком нежно обнимается.

Наверное, я должна была стать одной из…

Черт!

— Думал, ты у родоков, — произносит Арсений, возвращая меня в реальность.

Я стараюсь не отступить, хотя, если честно, быть едва ли не в центре между ними — такая себе затея. Кажется, что меня видят со всех сторон, и я не смогу скрыть истинные чувства, которые то и дело обуревают. Раньше было проще. Проще, когда я оставалась в тени, например, тёти. Но теперь-то меня, кроме самой себя, никто не прикроет и не защитит. Поэтому расправляю плечи и с вызовом смотрю на Макара. Он, кажется, замечает