Сэйв - Ава Хоуп

Черт побери.

Неосознанно начинаю двигать бедрами. Мой твердый член пульсирует, и я издаю стон Эмили в рот, когда она тоже начинает о него тереться. Затем она запускает пальцы мне под брюки, чтобы спустить их, но я не даю ей этого сделать. Поднимаю ее с консоли и несу в спальню.

Всю дорогу не прекращаю ее целовать. Жадно. Глубоко. Неистово.

Медленно опускаю ее спиной на кровать и тут же снимаю с нее джинсы и трусики. Когда замечаю на ней носки с Райаном Гослингом, то издаю смешок.

– Снимем их? – интересуюсь сквозь смех я. – Я собираюсь тебя трахать. Не уверен, что Райан готов к такому зрелищу.

Эмили смеется и сама снимает с себя носки. Она делает это очень бережно, разглаживая его лицо, и я начинаю хохотать, несмотря на каменную эрекцию.

– Ни. Единого. Слова! – тычет мне пальцем в грудь Эмили, и я прикусываю губу, чтобы сдержать хохот, готовый снова вырваться наружу.

– Я молчу! – вскидываю руки ладонями вверх я.

– Мы будем сексом заниматься?

– А куда делась та приличная девчонка, краснеющая при виде члена?

– Ее больше нет.

– Это все из-за носков с Райаном?

– Это все из-за того, что твоя сексуальная озабоченность заразна!

Улыбаюсь, а затем спускаю штаны вместе с трусами и носки. Подхожу к приставной тумбочке, на которой стоит ваза с презиками, и достаю ленту. Отрываю один презерватив и, вскрыв упаковку, надеваю на возбужденный член.

– Перевернула Гослинга лицом вниз, чтобы он не увидел лишнего?

Эмили поджимает губы, сдерживая смешок, и кивает.

– Тогда ложись, – приказываю я.

Провожу рукой по члену и облизываю губы, наблюдая за Эмили. Она лежит на подушке, по которой разметались ее длинные каштановые волосы, зеленые глаза выглядят остекленевшими, а на щеках небольшой румянец.

– Я так сильно хочу тебя, – хрипло произношу я. – У нас обязательно будет охренительная качественная прелюдия, но сейчас мне нужно трахнуть тебя жестко. Можно?

Она тяжело сглатывает и кивает.

– И еще. Пообещай мне кое-что.

– Что же?

– Не представляй вместо меня Гослинга. Ведь я гораздо сексуальнее.

– Кто тебе такое сказал?

Ухмыляюсь, а затем склоняюсь над ней и тянусь к ее губам, чтобы заткнуть этот болтливый ротик. Одновременно с тем, как раскрываю ее губы языком, ввожу в нее палец, проверяя, готова ли она. Сдавлено стону, ощутив ее возбуждение, а затем отрываюсь от сладких губ и поднимаю ее руки над головой. Обхватываю одной ладонью ее хрупкие запястья, пока другой направляю в нее член.

Вхожу в нее медленно, чтобы не причинить боль. Так же медленно выхожу. А затем вхожу в нее резче. Наполняю до самого конца. До упора. До предела.

На мгновение прикрываю глаза, чувствуя, как по всему телу проносится импульс, заставляющий меня дрожать от наслаждения. Когда я распахиваю их, то вижу, как трепещут веки Эмили. Она не отводит от меня взгляда, и я начинаю совершать медленные, но жесткие и глубокие толчки.

Я люблю говорить пошлости девушкам во время секса. Мне нравится, как они возбуждаются от этого. Но сейчас я просто хочу слушать те тихие стоны Эмили, что срываются с ее сладостных губ.

Она отличается от всех моих предыдущих любовниц. Она не кричит, не царапает меня ногтями, а лишь тихо постанывает, глядя на меня из-под трепещущих век.

Обычно мне нравится, когда девушки вонзаются мне в скальп, когда выкрикивают мое имя, достигнув апогея, но сейчас… черт, эти едва слышные стоны Эмили подо мной распаляют меня куда сильнее.

Я не могу оторвать от нее взгляда. Ее приоткрытые губы, стеклянные глаза…

Твою мать.

Даже не буду пытаться оттянуть момент, когда я взорвусь внутри нее.

Чувствовать ее жар, ее тяжелое дыхание… Осознавать, что ей так же хорошо, как и мне… Это сводит меня с ума. Эмили сводит меня с ума.

Начинаю двигаться все быстрее, доводя себя до долгожданной разрядки. Похоть и необузданное желание накрывают с головой, когда я вижу, как Эмили прикусывает губу и ее глаза начинают закатываться. Это говорит о том, что она близко.

Внутри разгорается животный инстинкт обладать ею. Здравый смысл улетает в бездну, и я начинаю вбиваться в нее изо всех сил. Каждый мой толчок приближает меня к получению собственной дозы кайфа. Я трахаю ее так жестко, что, возможно, причиняю боль.

Но я не могу остановиться.

Не могу ею насытиться.

Даже уже трахая ее, я хочу трахаться еще сильнее, дольше, больше.

Эмили – моя бездна, в которую я готов устремляться снова и снова. И черт, как же это охренительно.

Когда я двигаю бедрами в сторону, то задеваю членом внутри нее какую-то точку, отчего Эмили прогибается в спине и, тихо простонав мое имя, начинает сжимать меня своими мышцами.

Боже, как приятно.

Языки пламени обжигают тело. Мои яйца напрягаются. Пульс зашкаливает. Дыхание становится спертым. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее, и кончаю, прорычав от охватившего мое тело удовольствия.

Эмили

Мое тело дрожит под телом Мэттью. Ноги обмякли вокруг его бедер. А запястья болят от грубого захвата его пальцев.

Но я не обращаю на это внимания.

Мэттью отпускает меня, прислоняется своим лбом к моему, все еще оставаясь внутри меня, и хрипло шепчет:

– Я не сделал тебе больно?

Отрицательно мотаю головой.

Сердце грохочет в груди как сумасшедшее. Меня пугает то, насколько эмоциональным был этот секс. То, что я испытывала только что, ошеломляет.

Как только Мэттью выходит из меня, я ощущаю пустоту. Но он тут же бросает использованную резинку на пол и тянется к моим губам. Его поцелуй легкий, и я хватаюсь за его широкие плечи, как за спасательный круг. Наши языки медленно ласкают друг друга. И это так сладко, что по телу бегут тысячи мурашек, пока внутри все содрогается от невероятного оргазма.

В его руках я расцветаю. От прикосновений его языка я ощущаю, как наполняюсь нежностью. И это поражает до глубины души.

Мэттью разрывает поцелуй и начинает неторопливо проводить языком вдоль моей шеи. Он спускается к ключице и слегка прикусывает нежную кожу. Затем покрывает скользящими поцелуями мою грудь. Сначала одну. Затем другую. Обхватывает губами сосок, и мое дыхание становится прерывистым, потому что я снова начинаю чувствовать возбуждение.

Его ладонь двигается по моему телу снизу вверх, он проводит подушечками пальцев по моей лодыжке, а затем выше и выше до внутренней стороны бедра. Мэттью мягко касается набухшего места между моих широко разведенных бедер и начинает медленно поглаживать. Мое тело дрожит от каждого его прикосновения, и я растворяюсь в собственном