Сэйв - Ава Хоуп

я. – Я не верю в любовь. И в то, что ее можно пронести через всю жизнь. Лгать тебе сейчас о том, что у нас есть будущее, мне не позволит совесть, поэтому я честно скажу тебе, что когда я захочу все прекратить, то признаюсь в этом. Ты не заслуживаешь, чтобы тебе вонзили нож в спину. Никто не заслуживает. И мне чертовски жаль, что твой бывший оказался таким слабаком. Он не имел права так с тобой обращаться.

– Может быть, я не была слишком хороша для него? – с ее губ срывается какая-то глупость.

– Ты действительно пытаешься найти в его ублюдском поступке свою вину? – рычу я, взбешенный тем, что этот подонок заставил ее думать о таком. Эмили вздрагивает, и я крепче прижимаю ее к себе. Она ложится головой на мое плечо, заставляя меня наслаждаться исходящим от нее ароматом ванили. – Прости. Я просто хочу его придушить.

– Ты и так его вырубил. Достаточно.

Усмехаюсь.

– Я так не думаю. Просто пообещай, что, если он попытается тебя у меня украсть, ты расскажешь мне об этом. И я вырублю его снова.

Эмили отстраняется от моей груди и склоняется надо мной, пронзая взглядом своих завораживающих изумрудных глаз.

– Украсть меня у тебя?

– Именно так, – хрипло отвечаю я.

– Ты же вроде не хотел спешить со статусом наших отношений.

– Ключевое слово здесь «отношения», – не переставая смотреть ей в глаза, твердо произношу я.

Уголки ее губ приподнимаются, и она тянется ко мне за поцелуем, но вместо этого я резко переворачиваю Эмили на спину и нависаю над ней, взяв все под контроль и набросившись на ее соблазнительные губы. Попутно я щекочу ее, и моя спальня заполняется звонким смехом Булки.

– Перестань! – визжит она. – У меня нет сил сопротивляться!

– Это ты сейчас жалуешься на множественные оргазмы?

Она пихает меня локтем, и я смеюсь.

– Я хочу тебя еще раз, – хрипло произношу я.

Эмили округляет глаза и смотрит на меня так, словно я только что сказал ей, как попасть в Хогвартс.

– Мы занимались сексом на протяжении трех часов!

– И? Это ты так комплимент мне делаешь? Если да, то спасибо, но я в курсе, что в постели я ошеломителен!

Она закатывает глаза.

– Кто-то вообще тут заявил, что готов подождать с сексом.

Вскидываю бровь.

– Не знал, что ты злопамятная.

Я падаю обратно на спину и утягиваю ее за собой. Эмили улыбается и обхватывает мое лицо ладонями.

– Теперь знаешь. И раз уж ты предлагаешь мне быть твоей девушкой, тебе следует знать, что я люблю черный крепкий кофе и панкейки с «Нутеллой». Я слушаю все подряд: от Селены Гомес до Линкин Парка. Когда мне было пять, папа подарил мне морскую свинку. Ее звали просто Свинка. – Она смеется. – Я считаю Генри Кавилла невероятно сексуальным. Но конкуренцию ему бы запросто смог составить молодой Ченнинг Татум. В свободное время я люблю гулять по Нью-Йорку. Я переехала сюда пять лет назад, точнее вернулась, но до сих пор испытываю восторг, когда вижу Таймс-сквер и Рокфеллеровский центр. А мой самый любимый сериал – «Друзья».

В груди разливается тепло от ее слов и от того, как эти прекрасные зеленые глаза сияют, а губы изогнуты в улыбке. И мое сердце пропускает удар, когда мозг посещает мысль, что мне мало этой информации.

Я хочу узнать о ней все.

Вообще все.

– Твоя очередь рассказывать о себе.

– Ты не говорила, что тоже хочешь меня узнать.

– Говорю сейчас, – мотает головой в стороны она и улыбается.

– Ой, не надо мне одолжений делать, – бросаю я, и Эмили начинает заливисто смеяться. Она снова ложится на мою грудь и проводит ноготками по кубикам.

– Тогда давай хотя бы поговорим о твоем теле.

– Моем теле… – вскидываю бровь.

Она прикусывает губу, а затем все-таки позволяет своим губам растянуться в улыбке.

– Оно…

Я улыбаюсь.

– Оно… – повторяю за ней.

– Ну знаешь…

– Нет, – смеюсь я.

– Недурно ты подкачался, в общем…

Запрокидываю голову и смеюсь.

– Просто скажи, что я шикарен. Что в этом сложного?

– Я не буду этого говорить!

Фыркаю и провожу пальцами по ее растрепанным локонам, струящимся по обнаженным плечам.

– Почему? Это ведь правда. Я хорош собой. И очень вынослив. Просто скажи вслух, что мое тело доставляет тебе не меньшее удовольствие, чем мой член.

Она морщится.

– Пошляк!

Усмехаюсь.

– Скажешь?

– Никогда!

– Что ж, тогда придется устроить бойкот.

– Бойкот?

– Да. Никакого секса, пока ты не скажешь, что у нас шикарный секс.

– Это запросто. У нас шикарный секс, – улыбается она.

– А знаешь, благодаря кому он у нас шикарный?

Она закатывает глаза.

– Намекнуть? – вскидываю бровь я.

– Ты сейчас что, хочешь сказать, что я в постели бревно?

Черт. Об этом я не подумал. Эмили пристально смотрит на меня своими ярко-зелеными глазами, испепеляя меня ими дотла. Увидев, как я побелел, она неожиданно начинает улыбаться.

– Ты охренительна в постели… – выдыхаю я.

– А ты шикарный сексуальный партнер.

– Фу, – морщусь я. – Как грубо. Сексуальный партнер.

– А как мне тебя называть?

Делаю вид, что задумываюсь, а затем начинаю перечислять:

– Мой господин, повелитель, владыка, милорд, властелин… – Эмили пихает меня в плечо, и я смеюсь. – Ну или хотя бы мой парень. Тоже сойдет.

Она упирается макушкой мне в плечо, и я целую ее, вдыхая аромат ванили, тут же попадающий в ноздри и опьяняющий меня.

– «Мой господин» мне нравится больше всего. Переименуешь меня так в телефоне?

Эмили коротко смеется.

– «Порноактер» мне нравится больше.

– Порноактер? – вскидываю бровь, чувствуя ее вибрации от беззвучного смеха. – Объяснись.

– Эти дни я думала, кем бы ты мог работать, и решила, что ты снимаешься в порно.

Я начинаю хохотать.

– Я не снимаюсь в порно, Эмили. Давай сюда свой телефон.

– Он остался на консоли. Так что побудь пока порноактером.

– Ммм, – мычу и поигрываю бровями, пока она закатывает глаза.

– Боже, в телефоне! Порноактером в моем телефоне!

– Если ты вдруг захочешь снять хоум-видео, то…

Эмили пихает меня в плечо, пока я смеюсь.

– Это нет?

– Это нет! – визжит она.

Смеюсь и целую ее в макушку, прижимая ближе к себе.

– Ты удивительная, – тихо произношу я, и в абсолютной тишине квартиры слышу судорожный вздох, сорвавшийся с губ Эмили.

Она снова ложится ко мне на грудь, подперев подбородок ладонью, и с улыбкой на губах пристально изучает меня своими изумрудными глазами.

– Удивительная в хорошем смысле или удивительная – в смысле психопатка?

– В хорошем, – сдерживая смех, отвечаю я.

Эмили улыбается.

– Как ты думаешь, наша встреча была подстроена Купидоном? – неожиданно интересуется она.

– Я не верю в