Сделай это со мной снова - Янка Рам

Я вижу, как несут букеты. Но подарить нам их лично не пропускает охрана. И модели, улыбаясь, принимают их вместо нас.

Хан уводит меня, обнимая. Модели по очереди отмирают, шагая за нами.

За кулисами, я с ногами забираюсь к нему на колени. И мы просто сидим в кресле, наблюдая за происходящим по камерам. Он пьет коньяк, я — шампанское.

— Давай не пойдем на аукцион, — шепчет он, скользя губами по моему плечу. — Поедем домой.

Опустошенно тыкаюсь в него губами.

— Ты должен открыть аукцион, Хан.

— Я никому ничего не должен…

Мне приносят огромный букет цветов. А потом ещё один. И ещё один…

Вытаскивая записки, Назар, хмурясь, читает одну за другой. Все выкидывает в ведро для бумаг.

— Эм… — взмахиваю рукой. — Мне кажется — это мои записки.

— Ты хочешь цветы? Я закажу тебе любые… Только скажи.

Поцелуй в грудь, через ткань. Мои щеки вспыхивают.

— Хан… — свожу домиком брови. — Ну зачем женщине цветы, если она выбрала их сама? И ей их просто оплатили. Ты считаешь, я не могу оплатить себе цветы?

— Можешь…

— Тогда — зачем?

— Мм… Не знаю. Для фото. Для настроения. Для статуса. Зачем там вам… Ты мне скажи. Я предпочитаю дарить бриллианты.

Закрываю беспомощно глаза.

— Ладно. Не надо цветов.

— Я тебя расстроил?

— Нет.

Кладу голову ему на плечо. Ну вот такой он деревянный в некоторых вещах. Вдруг, я совершенно спокойно принимаю этот факт.

— Уверена?

— Да, все хорошо… Как твоя рука?

— Нормально.

Зависает в экране телефона.

Заглядываю. Сосредоточенно читает про цветы… Пальцы скользят по моей спине — вверх-вниз. Я чувствую себя немного пьяной.

Улыбаясь, целую его в шею, челюсть, оставляю несколько поцелуев возле уха.

— Ты такой милый крокодил… — шепчу я.

— Милый? — скептический дёргаются его брови.

— Да…

— Наверное, ты не очень хорошо знаешь русский, — хмыкает он.

Смеясь, ловлю его губы.

— Прекрасно знаю.

Он целует меня глубоко, в порыве. Оглушая и мгновенно превращая лёгкий флирт и шалости в пожар!

— Я подарю тебе цветы!

— Цветов теперь мало. Я хочу чтобы в цветах была записка, — облизываю его горячие губы, улыбаясь.

— Какая ещё к черту записка?! — тяжело дышит он.

— Любовная… От тебя. Я хочу поверить в то, что написано.

— …Аттракцион… — невнятно ворчит он.

— А?

— Будет тебе записка…

Глава 33 — Записка

Мия беседует с Богуславским, пожилым богатым поляком, который скупил львиную долю ее работ. Увлеченно рассказывает о каждой. Немного наивно и может даже излишне эмоционально. Мне так сначала кажется. Что "так" стоит только… со мной? Это слишком личное общение.

Отставляя пустой бокал, я наблюдаю за ними со стороны.

Ее щеки пылают. С губ периодически срывается открытая улыбка.

Ее порадовал аукцион. Участники были очень щедры. И сейчас она с удовольствием раздает им свои эмоции. Жрут, гады…

Глаза Богуславского горят, и он, не перебивая, откровенно любуется ей.

Он приглашает ее в Варшаву, обещая королевский прием. Как ювелиру, естественно.

— Нет-нет! Я не ювелир, а скорее, я художник-камнерез. С металлом я работаю мало. Ещё только учусь.

— Это так называется? — целует ей ручку. — Художник-камнерез?

— Да.

— Это прекрасно!

Да, Мия художественно режет даже самые твердые камни, надо признать. Меня, например…

Вижу, как приближаются Зара с

с Нелли.

Зара останавливается, а Нелли с бокалами коньяка идёт ко мне.

Протягивает один мне.

Забираю, но не пью. Потому что я не самоубийца принимать напитки от заинтересованных во мне женщин.

— Спасибо.

— Я впечатлена, Хан…

— Выключаем лесть, — щелкаю пальцами.

— Это не лесть! Я не видела никогда ранее такой… уникальной красоты.

Ещё пару раз щелкаю пальцами, задумчиво слушая.

— Сломалось, что ли?

— Хан… — хихикает Нелли.

— И восхищение моим чувством юмора выключаем тоже. У меня его нет. Этому учат на курсах эскорта, я знаю. Но в моем случае не работает. Не трать силы.

— Я не эскортница. Ты легко это можешь проверить. У меня приличная семья. Я закончила школу искусств. Разве Зара выбрала бы тебе — жену-эскортницу?

— Пройти курсы эскорта и быть эскортницей это разные вещи. Каждая третья там закончила школу искусств, театральный, музыкальную академию… те, кто попроще — на панель. Те, кто посложнее — в контрактные жены олигархам. Серединка — в эскорт. И ты можешь быть даже девственницей, но ты используешь базовые уловки… Это очень скучно.

— Учту. Почему ты решил… так? — взмахивает бокалом в сторону Мии. — Зара говорила, что ты рассматривал брак по контракту.

— Да. Рассматривал.

Не объяснять же, что мы оказались обручены благодаря случаю. А раз уж оказались, я не намерен это отменять.

К ним с Богуславским присоединяется ещё один участник аукциона с женой. Они переходят все на английский.

Недовольно морщусь… Лепечут там что-то…

— А что тебе нравится в женщинах, Хан? — смотрит Нелли пытливо на Мию. — Хочу понять…

— В женщинах мне нравится смелость быть женщиной. Ключевое — быть, а не играть на меня, изображая что-то. И вот если то, что она проявляет. Не для меня проявляет! А проявляет естественно, транслируя себя. Если мне это вкусно, то…

— А что тебе вкусно?

Ранимость… Открытость… Тонкость… Наивность… Спонтанность… Увлеченность… Естественность…

То, чем я всегда был обделён, наверное.

Но этого я не говорю Нелли. Она меня уже утомила.

— Ведь мы с ней очень похожи, с Мией.

— О, нет… Она — точка притяжения. Ты — охотница.

— Мм… — задумчиво. — Ты не спрашивал моего мнения, конечно. Но…

— Не спрашивал.

— Но я хочу сказать, что любые чувства — это временно. А хороший брак стоит на том, что один готов полностью принять темные стороны другого.

— Не глупая мысль…

Но мне кажется, она принадлежит не Нелли. Ей ее выдал кто-то как оружие. "Охотница"…

— Мия не готова. А я — да. Когда ты начнёшь остывать, я буду готова принять… твои темные стороны. Не пачкай паспорт. Хорошего вечера…

Отходит.

Меня разложили для нее психологи?

И это становится ещё больше похоже на охоту. А я не дичь.

— Вынужден похитить у Вас свою невесту, — подхватывая Мию за талию отвожу в сторону.

— Бесцеремонный Хан! — закатывает она глаза.

— Ну вот, уже Хан, а не хам. Мне кажется, наша жизнь налаживается. Поехали…

Обратно мы едем вдвоем. Машина охраны за нами.

Встаём в небольшую пробку в центре.

Мия, разворачивается ко мне. Скидывая обувь с одной ноги, подтягивает ее под себя, садясь удобнее.

Саундтрек: В ТЕМНОТЕ ТАНЦУЙ — ЯАVЬ

Поджимает губы, чтобы не улыбаться.

— Что?..

— Ты сочиняешь записку?

— Да.

— Получается?

— Нет… Я не привык говорить. Речь — женского рода. Поступок — мужского.