Жизнь после свадьбы - Арина Ларина

Квартира была убогая, даже нищая. Но аккуратная и чистая, что ещё сильнее усугубляло дух бедности, витавший в этой безликой хрущёвке. Выхлебав чай, Аля подмигнула Гере и утащила подругу «посплетничать».

– Дура какая-то, – пробормотал парень, в тоске озираясь по сторонам. – Не знает, что придумать, с жиру бесится.

Вписываться в сомнительную историю не хотелось. Где-то внутри под рёбрами ныл желудок, словно предостерегая – не лезь. А может быть, это душа страдала. У интеллигентов она всегда ноет, когда хозяева ввязываются во всякое непотребство.

Ему было неловко сидеть в чужом пищеблоке. Он остро ненавидел Алису с её закидонами и убеждал себя, что в следующий раз, когда она позвонит, он просто не снимет трубку. Хватит – наигрались. Он не карликовый шпиц и не левретка, чтобы таскать его с собой, как ручную бессловесную кладь!

Пошушукавшись в комнате, девицы вернулись и стали прощаться. Гера тоже встал и суетливо раскланялся с хозяйкой. Не хватало ещё, чтобы его тут оставили наедине с этой вульгарной блондинкой. Не отбиваться же от неё. Хозяйка загадочно улыбалась и строила глазки. Алиса при этом как-то неприлично хихикала и кроила рожи.

«Обе чокнутые», – решил про себя Гера, с облегчением сбегая по лестнице. Он так и не решил, соглашаться или нет. Вернее, решил, конечно, но ему непременно нужно было, чтобы Аля его уговаривала. И согласиться нужно было нехотя.

Но Алиса вдруг словно потеряла к нему интерес, а минут через пять и вовсе предложила выметаться из машины. Она так поступала довольно часто, поэтому Гера даже не удивился.

Оставалось лишь ждать её звонка.

Но мадемуазель Кароян словно напрочь забыла про своё щедрое предложение.

– Вон, вон он идёт! – вскинулась Ляля, так пихнув Светлану в бок, что у той аж ребро хрустнуло. Но пожаловаться ей никто не дал. Добровольные помощники выскочили из машины, выволокли дрожащую Свету и гурьбой побежали навстречу Гере.

Тот аж остолбенел, увидев несущуюся на него делегацию.

– Привет, Гера! – Гольдберг добежала первой и цепко ухватила архитектора за плечико. – Какая неожиданная встреча! А мы тут такие гуляем, смотрим – ты идёшь. Надо же – а мы думали, ты в Америке! В общем, я хотела сказать, что, дескать, какая радость-то. М-да…

Тут она беспомощно оглянулась на остальных, словно испугавшись, что брякнет лишнего.

– Такое лето в этом году жаркое, – вступил в беседу Борюсик. – Просто удивительно! Совершенно феноменальная для нашей климатической зоны ситуация. Я предполагаю, что в средней полосе и на юге может быть засуха. Это всё последствия глобального потепления. И я, кстати, сторонник данной теории, хотя скептики утверждают, что это всё фикция.

Гера очумело моргал, стараясь не встречаться взглядом с женой. Рано или поздно они бы объяснились, и Светочка его бы поняла и простила, это безусловно, но лучше поздно. Сейчас было ещё не время. Ах, как же некстати это все случилось!

Чувство вины Гере было не чуждо. Но к этому чувству, которое всколыхнулось при виде Светы, примешивалось ещё и безграничное недоумение. Одно дело – столкнуться с женой. Или, например, будь она неладна – с этой ненормальной Гольдберг! Или с Борюсиком. В конце концов, мир тесен. И даже с Алексеем они могли пересечься, ведь Гера сам давал ему адрес. Но чтобы все эти люди припёрлись к его работе одновременно – это был нонсенс. А если ещё учесть, что они бежали плотной группой ему наперерез, то тут мозг и вовсе отказывался выдавать версии.

– Ты не хочешь объясниться? – прервала паузу Светлана. Собственно, она так и продолжала бы молчать, если бы Лялька не выпихнула её вперед, как робкую декламаторшу стихов на утреннике в детском саду.

Объясняться Гера не хотел. Категорически и ни за что на свете. Но судя по физиономиям собравшихся, его мнение здесь не учитывалось. Более того, у рыжего рожа была настолько многообещающая, что Гера лишь покорно вздохнул. В конце концов, он ничего такого ужасного и непоправимого не делал. И вообще – это не он!

– Это не я! – начал Гера, озвучив основную мысль, которая мучила его на протяжении последнего времени.

– Борюсик, записывай, – ехидно подмигнула Лялька. – Таких вариантов у тебя ещё не было. Свежо и оригинально. И мистика – как ты и хотел.

– Молчание – золото, – раздув ноздри, Гера так зыркнул на Гольдберг, что та тут же смешалась и затихла, перестав паясничать. – Если вы будете меня перебивать, то я вообще ничего не скажу.

– Скажешь, – холодно обронила Света таким тоном, что все обалдело уставились на неё. Даже Лёша изумился, а в его глазах мелькнуло уважение. Наверное, не знал, что она так умеет. Да Света и сама не знала, но вслух решила сама себе не удивляться. – Причём быстро, чётко и не задерживая окружающих.

– Я быстро не могу, там долгая история, – заканючил Гера. – Давай, я приду вечером…

Тут за его спиной Алексей всхрапнул так, что Гера торопливо затряс головой, резко передумав выпендриваться. Он обречённо обвел глазами собравшихся и потрусил к ближайшей лавочке. В том, что придётся всё вывалить, он уже не сомневался. Достаточно было посмотреть на вдохновенно сверкавшую глазищами Лялю и ощетинившегося ручкой и блокнотом Борюсика. Писатель готовился конспектировать.

Звонка от Алисы Гера так и не дождался. Зато позвонила Ольга. Никогда раньше они не общались, поэтому, ответив на звонок с незнакомого номера и сразу же узнав голос сосватанной ему блондинки, Гера с раздражением закатил глаза, пытаясь сообразить: в силе их с Алей соглашение или всё же можно просто бросить трубку, не ввязываясь в эту гнусную историю.

– Гадина! – заорала Ольга, едва убедившись, что к трубке подошёл Гера, а не кто-нибудь ещё.

«Ничего себе заявочки. – опешил тот, решив, что столь бурная реакция последовала на то, что он не стал звонить сам. Да он вроде никому ничего не должен…

– Думаешь, я тебя не найду, да? – вопила тем временем собеседница. – Думаешь, от меня можно так легко сбежать?

Когда Алиса говорила, что у подруги проблемы с кавалерами и она бросается на любого, Гера даже представить не мог, что это всё настолько буквально. И это она просто позвонила по телефону. Да если к ней прий ти на свидание, она вообще может неизвестно что устроить. Не удивительно, что у барышни дефицит женихов. Да она буйная. Ну её к бесу…

– Вы не туда попали, – скороговоркой протараторил Гера и положил трубку, тут же поспешно занеся Ольгин номер в «чёрный список». Надо было срочно выяснить у Алисы, что это было.

Он бы и выяснил, да Алиса была вне зоны. Идти в клуб не хотелось – там запросто можно было нарваться на эту нимфоманку. Но и распрощаться так легко с мечтой о собственном бюро он не мог.

Всю ночь Гера взвешивал все «за» и «против», торговался со своей совестью и названивал Алисе. К утру совесть была куплена, но требовались гарантии.

Наступивший день круто и бесповоротно изменил Герину жизнь. Начался он со звонка в дверь. Даже не со звонка, а со звонков. Длинные трели перемежались с пинками по косяку.