Юность под залог - Анна Богданова

– Спасибо.

– Да вон лифт! Куда ж вы в другую сторону пошли? Так как насчет обеда? Согласны?

– Не знаю, я ничего не знаю... – растерялась наша героиня и поспешила войти в лифт. «Лучше бы пешком пошла», – думала она, чувствуя на себе три пары мужских глаз. Один из них спросил ее что-то на непонятном языке – она выставила три пальца вперед, пытаясь показать, что едет на третий этаж. «А вдруг он спросил, сколько мне лет? Еще подумает, что я ненормальная! Уж лучше бы пешком поднялась», – пилила она себя.

Наконец двери лифта раскрылись, и Аврора выпорхнула в коридор, подобно птице, которую несколько лет держали в неволе.

Она шла по коридору – и ни один мужчина не мог пройти мимо и не оглянуться. Аврора слышала позади себя восхищенные возгласы, восторженный шепот, одна пожилая женщина в строгом английском костюме и серьгах с бриллиантами улыбнулась ей, не удержалась, схватила за руку и, глядя в глаза, воскликнула:

– До чего же хороша! До чего ж ты, милочка, хороша! Совершенна! Смотри, много у тебя будет завистников! Никому не доверяй! Слышишь! Никому!

– Спасибо. Мне бы в отдел кадров... – пробормотала Аврора, а незнакомка, рассмеявшись в голос, отправилась по своим делам, приговаривая:

– Вот святая простота! Пообломают, ох и пообломают тебя, деточка!

Аврора несказанно обрадовалась, когда добралась до отдела кадров и была наконец-то устроена на место администратора одиннадцатого этажа с заработной платой в восемьдесят рублей в месяц.

– Теперь поднимайся на свой этаж и прими смену у напарницы. Она тебе там все объяснит, – проговорила полная дама в твидовом костюме, с нескрываемой завистью глядя на Аврору.

Пока наша героиня поднималась вновь на лифте, она готова была в шахту провалиться – и женщины, и мужчины буквально пожирали ее взглядами, не в силах оторваться. Помимо того что Аврора и на самом деле отличалась своеобразной, несравненной красотой, в ней было еще что-то такое, что притягивало к себе людей разного возраста, пола и социального положения, как иголки к магниту. У тех, кто видел девушку хоть раз, возникало непреодолимое желание повстречаться с ней снова, сесть напротив и смотреть, смотреть, смотреть... Как смотрят на море или на огонь...

– Здравствуйте! Я ваша новая сотрудница – Аврора Метелкина, – представилась она симпатичной светловолосой девице лет двадцати двух с модной стрижкой.

– О! Как хорошо, что ты пришла! Меня Злата зовут! Ты будешь принимать смену у меня, а у тебя завтра утром Машка. Садись рядом. – И Злата, пододвинув к столу еще одно крутящееся кресло, принялась рассказывать Авроре об ее обязанностях. Нужно было каждую смену делать какую-то «шахматку», где отмечались дата, время прибытия и отбытия каждого из жильцов. Нужно было расселять вновь прибывших и уведомлять горничную о только что отъехавших, дабы та навела чистоту в номере. Надо было выдавать и забирать ключи у гостей, все было надо, надо... И так много было всего «надо», что Аврора чуть в панику не впала. – Да ты не волнуйся! Это просто! Ты улыбайся, главное, и не опаздывай! Поняла?

– Да-да, конечно.

– Аврора, ты очень, очень красивая! Смотри! К тебе тут так липнуть будут – отбиваться устанешь! Ну пока?

– Ой! Пока!

– Да не бойся ты! Все у тебя получится! Если что – набери «трешку» по внутреннему телефону, главному администратору – Рыжиковой Татьяне Георгиевне. И не обращай внимания – она ужасная матерщинница!

– Ага, спасибо, – рассеянно проговорила Аврора и первым делом взялась за «шахматку». Чертила по линейке очень сосредоточенно, пыхтя, пока не услышала:

– А что это за очаровательная девушка? И откуда в этой пустыне сей прелестный цветок?

– Ой! Товарищ Бобиков! Это правда вы? Это вас по телевизору показывают? – Аврора, увидев знаменитого куплетиста, который выступает на каждом праздничном концерте по телевидению, напрочь забыла, где находится.

– Я. Грешен. Как звать вас, милое создание? – спросил Евгений Бобиков, приглаживая слегка посеребренный чуб.

– Аврора. Ой! А вы мне не оставите автограф? Вот тут, тут. – И она бессознательно подсунула ему под нос «шахматку», над которой корпела минут двадцать, не меньше.

– С превеликим удовольствием! А вы не составите мне компанию? Не позавтракаете со мной?

Аврора в ответ на предложение популярнейшего куплетиста чуть было с кресла не свалилась, но вовремя одумалась, замялась:

– Знаете ли... Я сегодня первый день... Я бы с удовольствием, но... – Она словам своим не верила – она, Аврора Метелкина, отказывает знаменитому куплетисту, который не вылезает из телевизора.

– Понимаю, понимаю. Тогда я попрошу принести все сюда. Не голодной же вам сидеть! Хорошо?

– Да, хорошо.

– Это что за чудо природы такое? Девушка, отведи меня к своим родителям, я бухнусь им в ноги! – эмоционально и громко говорил мужчина лет двадцати восьми с роскошной, иссиня-черной шевелюрой, необыкновенными голубыми, почти синими глазами и длинным, смешным носом.

– Зачем? Зачем бухаться? Они в разводе, – удивилась, даже испугалась Аврора.

– Тогда я сначала одному в ноги бухнусь, а потом другому! – И он так заразительно засмеялся, что Аврора не могла сдержать себя и тоже захохотала. – Это ж надо! Такую красоту на свет произвести! Вас как зовут, прекрасная незнакомка? Меня Гарик! Я врач. Да что ты смеешься? Я серьезно доктор! – говорил он быстро, переходя с «вы» на «ты», будто захлебываясь, и, несмотря на то что был весьма недурен собой, Гарик у Авроры отчего-то вызывал взрывы смеха. – Так как вас зовут, несравненная?

– Аврора, – прыская от смеха, выговорила она.

– Правда, что ль?

– Да.

– Ну конечно, ты ж настоящая богиня! Богиня утренней зари! Нежная, трепетная...

– Перестаньте, вы меня смущаете!

– Ах, кокетка!

– А вы действительно доктор?

– А почему нет? Ты не веришь? Я врач. Стоматолог-гинеколог, – серьезно заявил он, а Аврора закатилась пуще прежнего. – Вах, вах, вах! Какая несерьезная девушка! – с досадой проговорил Гарик и захохотал.

– Сразу? И стоматолог, и гинеколог?

– По совместительству! Это мой завтрак? – весело спросил он, глядя на официанта с полной тележкой яств.

– Это наш с Авроронькой, – высокомерно заявил Бобиков. – Выставляйте, выставляйте на стойку, – скомандовал он официанту.

– Принимать пищу на рабочем месте, моя дорогая Утренняя заря, я вам категорически не советую. Помимо того что от этого значительно понижается аппетит, это еще и приводит к гастриту.

– Вот глупости, – фыркнул куплетист. – Не слушайте его, Авроронька, кушайте. Вот икорка черная, вот красная. Вы какую предпочитаете? Колбаска финская – салями...

– Что это у вас тут? – спросила полная женщина лет пятидесяти с всклокоченными, вытравленными пергидролем волосами, в голубом фартуке с оборками. – Вы новенькая администраторша?