Короткий роман с продолжением - Люси Гордон

Казалось бы, Элли радоваться этому, но порой ее охватывало одиночество.

Постепенно живот у нее рос. Как-то вечером Леоницио помогал ей приготовиться ко сну и с благоговением дотронулся до располневшего, выпирающего живота.

– Я – счастливый человек. Столько счастья сейчас, и сколько еще в запасе. Жду не дождусь. Неужели ждать еще целый месяц?

– Так говорит врач. Но толчки настолько сильные, что у меня полное ощущение, что малыш уже с нами.

– Эй, привет! – Леоницио смотрел на живот. – Береги свою mamma, не утомляй ее.

– Надеюсь, что он или она прислушаются к вам, – засмеялась Элли. – Но не думаю, что можно на это рассчитывать.

Он тоже засмеялся.

– Твоя мама никогда не прислушивается ко мне.

– Ну, это может измениться… ой! – У Элли перехватило дыхание от резкой боли, которая пронзила ей живот.

– Что такое? – испугался Леоницио.

– Я… не знаю. Просто… что-то случилось… – Она ухватилась за живот.

– Началось? – спросил он дрогнувшим голосом.

– Слишком рано, но… да, кажется, началось. О боже… ой!

Теперь у нее не было сомнений – пронзившая боль была очень сильной.

– Началось, – простонала Элли.

– Уже? – в ужасе произнес Леоницио.

– Да, но… о, нет, это не должно еще произойти.

– Я звоню в скорую, – прохрипел Леоницио.

Он схватил телефон, сделал вызов и обнял ее.

– Все будет хорошо.

Элли вцепилась в него. Боль разрывала ее, предупреждая о возможном несчастье. Роды должны произойти через месяц, а сейчас…

– Сейчас этого не может быть, – стонала она. – Не может…

Но это происходит. Элли сердцем чувствовала, что судьба против них, что отнимет ребенка, не дав ему выжить. Бедный Леоницио. Она очень хотела подарить ему счастье, а если счастье снова будет у него отнято?

– Врачи сейчас приедут, – подбадривал ее Леоницио. – В больнице нам помогут.

Он говорил слишком твердо и уверенно, словно хотел убедить и ее, и себя.

– Я постараюсь… – задыхаясь, проговорила она. – Я не знаю, почему это происходит…

Раздался звонок в дверь, и Леоницио выглянул в окно.

– Они здесь.

Через пару минут в комнату вкатили медицинскую тележку, Леоницио поднял Элли и осторожно уложил.

Он не отпускал ее руку всю дорогу. Элли смутно соображала, что делается вокруг нее: шум машины, голоса врачей. Она была во власти боли, захлестнувшей ее.

«Скорая» остановилась – они приехали в больницу. Сквозь туман она ощущала, что ее ввезли внутрь, над ней склонились озабоченные лица, она слышала, как Леоницио разговаривал с врачом.

– Ребенок не должен родиться раньше чем через месяц, – сказал он. – Так нам говорили. Неужели роды уже начались?

– Нужно все проверить, – спокойно произнес врач.

От сильной боли Элли закричала:

– Леоницио…

Он тут же схватил ее руки.

– Я здесь, cara.

– Не уходите.

– Вы позволите мне остаться? – спросил он у врача. – Я не могу ее оставить.

– Если ей это так необходимо, то вам лучше остаться, – согласился врач. – Но прошу вас…

– Обещаю, я ни во что не буду вмешиваться.

У Элли снова вырвался крик. Теперь сомнений не осталось – начались схватки. Она не отпускала от себя Леоницио, смотрела прямо ему в глаза.

– Уже скоро, – шептал он. – Скоро у нас будет ребенок.

Если бы только ее страдания закончились! Какая мука видеть ее боль и знать, что он ничем не может ей помочь! Он бесполезен. Абсолютно бесполезен.

Время тянулось медленно. На несколько минут схватки отступали, но тут же начинались заново, изматывая ее.

– Сколько это может длиться? – спросил Леоницио, тоже вконец измученный.

– Уже скоро, – ответил врач. – Совсем скоро.

Наконец появился ребенок. Леоницио с трудом разглядел крошечное тельце, оно показалось ему неподвижным, и он молча стал молиться.

И вот это произошло – раздался крик, громкий крик, и все заулыбались с облегчением.

– Замечательно, – воскликнул врач, внимательно осмотрев младенца. – Это девочка. Она немного маловата, но выглядит здоровой.

Леоницио наклонился к Элли.

– Слышишь, carissima? У нас дочь. Чудесно, правда?

Но глаза Элли были закрыты, и она лишь что-то пробормотала.

– Элли… – позвал он.

– Вам придется сейчас выйти, – строго заявил врач. – Она теряет много крови и необходимы срочные меры.

Леоницио был готов рвать на себе волосы. Он не вынесет, если уйдет от Элли! Глаза у нее были по-прежнему закрыты, и он не знал, слышит ли она что-нибудь. Нагнувшись, он поцеловал ее в лоб, в щеки, в губы.

– Я вернусь, – прошептал он. – Ты только пообещай, что будешь здесь, будешь меня ждать.

Леоницио вышел в коридор и опустился на стул поближе к двери.

Элли ускользает от него, оставляя ему ребенка, которого он так желал. Ребенок – сейчас он понял это – никогда не утешит его, если он ее лишится.

Он вздрогнул – дверь родильной палаты открылась, и вышла медсестра, везя перед собой маленькую каталку.

– Я забираю вашу дочь в отделение интенсивной терапии для младенцев, – сказала она. – Девочка родилась на месяц раньше, но в остальном с ней все в порядке.

Леоницио посмотрел на крохотное существо с закрытыми глазками.

– Моя малышка, – прошептал он. – Моя. И Элли. – Он наклонился ближе. – Твоей маме скоро станет лучше, и она возьмет тебя на руки.

В дверях появился врач:

– Войдите, пожалуйста.

– Она… что с ней?

– Все еще большая потеря крови. Мы делаем все возможное, но…

– Что значит – но? Она же не может умереть… она не должна умереть…

– Мы постараемся этого не допустить.

– Вы… сможете?

– Надеюсь, но пока что не могу вам этого пообещать. Входите.

Леоницио вошел в палату. Элли лежала неподвижно.

– Элли, – прошептал он. – Элли, ты меня слышишь?

– Да…

Она произнесла это еле слышно, но движение ее губ внушило Леоницио надежду.

– Это я, Леоницио. Я здесь. Я всегда буду с тобой. А ты – со мной. Я не могу тебя потерять. Я не вынесу этого. Пообещай не оставлять меня. Обещай.

Она наконец открыла глаза. Он приблизил к ней лицо, с отчаянием ища хоть какой-то знак, что она его слышит. Но она посмотрела на него затуманенным взглядом.