Волшебная сумка Гермионы - Наталия Миронина

– Привет, – Майя уткнулась Кире в плечо.

– Что ты? Что? – Кира только сейчас почувствовала, что девушка страшно исхудала.

– Ничего, – всхлипнула Майя.

– Господи, что же это такое?! – Кира чуть отстранилась, обняла ее за плечи, и они прошли в гостиную. Там царил полумрак – плотные шторы отгораживали дом от остального мира. Кира огляделась. В комнате чисто, порядок, но порядок казенный, несмотря на обилие приятных мелочей.

– Я не хочу раздвигать шторы, – уныло ответила Майя.

– Надо, чтобы свет был, иначе глаза испортишь! – раздался голос Лены. Она потопталась в прихожей, а потом, поняв, что про нее забыли, появилась в гостиной.

– Это моя Лена, – представила Кира.

– Привет, – произнесла Майя.

– Привет, – сконфуженно произнесла Лена, – можно я на улице поиграю?

– Нет, погоди, мы сейчас все вместе пойдем! – воскликнула Кира и обратилась к Майе: – Давай откроем окна, а сами посидим в твоем саду. Я уже обратила внимание, там очень уютно!

– Не надо открывать окна!

– Но если мы будем на улице, ты и не заметишь, что они открыты. Собирайся, выходим!

С этими словами Кира распахнула шторы и открыла фрамуги.

– Кира, я не хочу там сидеть! Шумно, люди вокруг…

– Майя, – шепотом сказала Кира, – Лена не даст нам поговорить. А на улице она будет занята.

Майя вздохнула, набросила куртку, и они вышли в сад.

В этом месте домики окружала живая изгородь, а рядом были небольшие уединенные площадки, где располагались плетеные кресла и стол.

– Как уютно! – воскликнула Кира и тут же нашла чем занять Лену: – Смотри, сколько здесь листьев. Давай привезем в Москву гербарий?

– А что для этого надо? – заинтересованно спросила Лена.

– Надо собрать листики со всех деревьев и кустов, которые здесь растут. Потом мы их положим в книжку, они высохнут, но сохранят свой цвет. Это очень красиво – осенние листья.

– А почему мы дома не можем это сделать?

– Дома тоже сделаем, но у нас нет таких растений.

Лена закусила губу и пошла к желтым кустам. Теперь, когда дочка была занята, Кира могла поговорить с Майей. Девушка изменилась – из молодой цветущей женщины она превратилась в существо катастрофической худобы. На ней была бесформенная, сизая домашняя одежда, волосы стянуты на затылке, на щеках – сыпь.

– Майя, что с тобой? Тебе плохо? – спросила Кира.

Она решила не ходить вокруг да около, а сразу расспросить обо всем. Кира боялась, что Майя придет в себя, эффект неожиданной встречи исчезнет и разговорить ее будет уже невозможно.

– Это от препаратов, – ответила Майя, – у меня на них такая реакция.

– Зачем ты их пьешь? – осторожно спросила Кира.

– Не сплю. И вообще…

– Слушай, Майя, я тебя не узнаю! Что должно было приключиться, чтобы такая красотка, как ты, перестала за собой ухаживать?

Действительно, кожа на руках девушки стала сухой, ногти длинные, желтоватого оттенка.

– Зачем мне все это нужно? – желчно спросила Майя, и Кира поняла, что это начало рассказа. Та необходимая преамбула, за которой последуют слезы, бессвязный лепет, признания и прочее. То, что в конечном итоге должно принести успокоение, облегчение душе.

– Приходил тут один с дурацкими вопросами… Слушать противно, сам же все понимает…

– Майя, что понимает? – мягко подтолкнула ее Кира.

– Понимает, что иногда жить не хочется, тошнит от всего.

– А, это! – воскликнула Кира. – Я понимаю, о чем ты. Очень хорошо понимаю. Ты знаешь, у меня ведь беда – Лену отнимают. Лишают родительских прав.

– Что? – казалось, Майя не поняла Киру.

– Пока училась, мой муж времени не терял. Ему подсказали, как меня проучить. Я вернулась в Москву. Дочка отлично себя чувствует, здорова, спокойна, встретила меня хорошо. Меня на работу взяли, хотя я предупредила, что придется опять уехать. Планов же столько! А муж подал заявление в суд о лишении меня родительских прав за то, что я якобы отдала Лену чужим людям.

– Это же была семья твоих друзей!

– Конечно, но это мы с тобой понимаем. А для суда они чужие люди. Формально я злоупотребила родительскими правами. Не оказала должного внимания, поступила безответственно, могла нанести или даже нанесла урон здоровью и психике дочери.

– Ты это серьезно?!

– Более чем. Я вырвалась по делам в перерыве между судебными заседаниями. А еще у моего мужа любовница, к которой он переселился…

– Кира, это все ужасно!

– Что именно?

– То, как люди поступают иногда…

– Так люди разные. Они и поступают по-разному. У тебя как дела? Почему ты здесь? Почему худенькая такая? Да и настроение, я смотрю, так себе…

– Я не хочу об этом говорить. Извини, – отвернулась от Киры и стала смотреть, как Лена рвет листья.

– Ну, как знаешь, – покладисто согласилась Кира, – тогда я тебе расскажу о своих делах. С мамой отношения получше, она на суде рассказала все как есть. Что мне не с кем было оставить дочь. И после сама заговорила со мной. Но напряжение чувствуется. Оно всегда было, с того момента, как она меня уговорила за Виктора выйти. А еще я с любовницей мужа познакомилась. Пренеприятная минута, но… Ничего, пережила.

– И как она? – вдруг заинтересовалась Майя.

– Обычная тетка. Пухлая, крашеная, с деньгами, с хорошим статусом. Она, думаю, и посоветовала подать в суд. Посоветовала, а теперь не знает, что с этим делать. Мой ребенок ей не нужен.

– Для чего же она это сделала?

– Леший ее знает. Пыталась привязать к себе мужчину, разжигала неприязнь ко мне… А Виктор оказался дураком.

– И что ты будешь теперь делать?

– Не знаю. Сила на их стороне. Там связи. Но если что, подам апелляцию, устрою шум, я Лену не отдам просто так.

– А может, у тебя знакомые есть какие-нибудь? Повлиять на ситуацию.

– У меня – нет. А вот у них – есть. И они влияют. Ладно, что-нибудь придумаю, – вздохнула Кира, – жаль только, что столько сил и времени уйдет на это все. Я могла бы уже сейчас думать о деле, а у меня дочка из головы не идет.

– Да… – вздохнула Майя. – А меня Вадим бросил.

«Вот оно… Так и думала. Неужели родители не могли докопаться до этого сами?!» – подумала Кира, а сама вслух сказала:

– Вы как-то объяснились по этому поводу?

– Он объяснился. Я – нет.

– И что же он сказал? – спросила Кира легким голосом. Словно бы она забыла об отказе Майи говорить о делах.

– Сказал, что женится. Что так надо. Что не любит. Но вот дела, деньги, обязательства бизнеса.