Волшебная сумка Гермионы - Наталия Миронина

– Это так. Мать давила на нее, когда дело касалось выбора друзей, окружения. В конце концов Майя перестала встречаться с теми, кто был ей интересен. И очень редко шла навстречу матери, избегала общения с ее кругом, в результате – ни там ни тут. А сейчас… Сейчас Инесса считает, что случившееся может помешать благополучному замужеству. Кому нужна жена-неврастеничка?

– Понятно. Поэтому никто из окружения про случившееся не знает?

– Думаю, нет.

– Тогда ваш выбор правильный.

– Вы себя имеете в виду?

– Да.

– Очень удачный. Я это сейчас понимаю, – ответил Крылов. – Завтра, насколько я знаю, у Майи консультация и процедуры.

– Да, мы договорились встретиться послезавтра.

– Тогда завтра я хотел бы подъехать к вам. Просто погуляем, пообедаем.

– Конечно-конечно, – сказала Кира, – а сегодня я пораньше лягу спать.

Крылов появился рано утром. Лена еще спала, Кира готовила завтрак. В руках у него был большой сверток.

– Я рано, но у нас большие планы. Сначала давайте прогуляемся… Ой, а что это с вами? – сказал Крылов, увидев Киру. – А Лена еще спит?! Это ей!

– Я даже не знаю, на какой вопрос отвечать! Что со мной? Я подстриглась. А Лена спит, – развела руками Кира. Она сама была еще в пижаме, и это обстоятельство смущало ее.

– Вам очень-очень идет! Вы совершенно другая! Вы и тогда были очень симпатичной. Но сейчас вы просто красавица!

– У меня нос длинный, – вдруг сказала Кира.

– Да, длинный, – так же внезапно согласился он, – ну и что?!

– Ладно, оставим это, – рассердилась Кира. – А что это в пакете?

– Это велосипед. Детский.

– Зачем?! Зачем вы деньги тратите?!

– Господи, ну какие же это деньги?! Он же детский. Вот взрослые стоят почти как машина! – отмахнулся Крылов. – Значит, я поторопился… Но знаете, мне хотелось сегодня успеть как можно больше. Во-первых….

– Во-первых, проходите, пожалуйста, в квартиру. А то соседи будут в курсе всех наших дел, – пошутила Кира.

– Да, спасибо. – Крылов вошел в прихожую, занял все ее пространство и опять зашумел: – Это отличный, зеленый район. К тому же исторически любопытный. Думаю, вам не мешает развеяться. И погода славная.

Кира слушала и понимала, что Андрей Александрович прежде всего хотел бы узнать то, о чем она говорила с Майей. Но она дала слово и пока не смогла переубедить Майю открыться родителям.

Оставаться наедине с Крыловым ей сейчас не хотелось – она боялась выжидающего молчания и к тому же понимала его беспокойство. Кира легко могла представить себя на месте Крылова.

– Не переживайте, я не буду донимать вас вопросами, – вдруг прочитал ее мысли Крылов, – я же все понимаю и надеюсь, что Майя расскажет мне все сама. Я только хочу сказать, что ужасно благодарен вам.

– Перестаньте, – остановила его Кира, – я сейчас себя ругаю, что так долго упорствовала. Заставила вас уговаривать меня.

– Я все понимаю, – Крылов улыбнулся. – Пойдемте гулять?

– Не могу, – ответила Кира и развела руками.

– Это еще почему?

– Я в пижаме.

– О господи, а я уж испугался, что есть какие-то другие причины. Я вас подожду. Хотите, внизу побуду? На улице. Чтобы вам не мешать?

– Не выдумывайте!

– Мама, кто там? – раздался голос Лены.

– Вот, я ее разбудил! – непритворно огорчился Крылов.

– Вы перебудили весь дом, если уж на то пошло, – проворчала Кира, – идите на кухню, делайте кофе. А мы с Леной будем умываться и прочее.

– Хорошо, я сделаю все, что скажете, – согласился Крылов и вдруг сказал: – А гулять хочется так, как гуляли раньше.

– А как гуляли раньше? – обернулась к нему Кира.

– Просто гуляли. Покупали мороженое и шли по улицам, рассматривали дома, витрины, прохожих, отдыхали на скамейках, валялись на траве. Я сто лет так не гулял. А вот теперь захотелось.

– Знаете почему? – улыбнулась Кира.

– Почему?

– Потому что у вас отлегло от сердца. Майя разговорилась. А это значит, что ее беда в душе не останется. Ей будет становиться все легче и легче. И вам вдруг захотелось почувствовать жизнь. Самую обычную.

– Да, верно. Вы все очень правильно понимаете. Ну, я пошел варить кофе? А вы собирайтесь.

Кира переоделась, одела Лену, они взяли ее велосипед и вышли на улицу.

– Мы пойдем куда глаза глядят, а придем на это же место. Здесь так хитро устроены улицы… – сказал Крылов.

– Я все хотела спросить про это место – оно имеет свой колорит, наверное, старый район?

– Да, Сименсштадт – место с историей. Между прочим, это раньше было пригородом, а потом тут решили построить дома для рабочих. Недорогое жилье, но чтобы не было трущоб, рассадника недовольства, завод «Сименс» нанял самых известных тогда архитекторов.

– Это какие годы были?

– Двадцатые. До фашизма было еще далеко. А искусство пыталось наверстать упущенное Первой мировой. Так вот, были такие известные в архитектурном мире люди – Мартин Вагнер, Ганс Шарун, братья Макс и Бруно Тауты. Им предложили разработать проект. Это была удача для них и для города, поскольку именно с этих людей начинался новый стиль.

– Дома-пароходы. В Москве тоже такие есть.

– Есть, но немного, большинство разрушено.

– И в этих домах действительно селили рабочих? – спросила Кира, указывая на дом, мимо которого они проходили.

– Именно рабочих. Кстати, дом, на который вы указали, имеет свое имя.

– Какое?

– «Длинная тоска», – рассмеялся Крылов, – такая вот немецкая шутка.

– Вроде бы не тоскливый, но длинный, – сказала Кира.

– Триста с лишним метров. Его отреставрировали, но квартиры остались такими же, какими были тогда. Их не переделывали.

– Это правильно. Но я знаю, почему «Длинная тоска» не портит пейзаж. – Кира указала на яркие небольшие домики рядом.

– Их тоже известный архитектор строил, Хуго Херинг; он считал, что пейзаж надо украсить. Вот и расставил разноцветные дома.

Они шли и ели то самое мороженое, о котором мечтал Крылов, впереди на велосипеде ехала Лена. Со стороны эта троица казалась обычной семейной парой, которая проводит свободное время в своем районе. Видимо, эта мысль им пришла обоим в голову одновременно. Потому что Кира вдруг смутилась, а Крылов рассмеялся.

– Можно я прикрикну на нашего ребенка? – притворно строго спросил он. – Впереди дорога, а она быстро едет.

– Можно, – ответила Кира.