Женская гордость - Мишель Рид

– Извини меня, – начала снова Клея, хотя волнение мешало ей говорить.

На этот раз она решила признать, что ведет себя по отношению к нему несправедливо и грубо, и, чтобы как-то загладить свою вину, все-таки пригласить его на эту вечеринку к родителям.

– Извини, я не хотела…

Макс чертыхнулся и крепко схватил ее за плечи, не дав договорить.

– Клея, ради бога, только не начинай унижаться передо мной! – Макс почти кричал. – Я не хочу, чтобы между нами встало еще и это, у нас и так с тобой неприятностей предостаточно! – Он смотрел на нее сверху вниз, в глазах его горел какой-то странный огонь. Затем он глубоко вздохнул и сказал, совершенно теряя терпение: – Тебе не в чем каяться! Я не хочу входить в твою жизнь на таких условиях! Мне нужно от тебя совсем другое – и гораздо большее!

– Я не понимаю… – Клея дрожала в его объятиях, напуганная его неожиданным выпадом.

Но их неустойчивое настроение вдруг опять стало подниматься, у обоих немного закружились головы.

Незаметно для себя Клея пробралась рукой под его шелковый рукав и дальше, к груди, где начинался расстегнутый ворот. Пальцы ее невольно поглаживали мелкие темные завитки волос.

Но тут вдруг Клея замерла в ужасе от собственной смелости. Она чувствовала, как под ее ладонью колотится его сердце, сначала неровно, потом с бешеной быстротой. Их охватила истома – тяжелая чувственная истома, которая как бы зарядила электричеством тишину вокруг них. Макс глубоко вздохнул, так что грудь его высоко вздыбилась под ее рукой – Клея заробела, начала отступать. Макс остановил ее, накрыв ее руку своей, и еще крепче прижал к себе.

– Ты не должна была этого делать. Клея, – произнес он хрипло. – Ты не должна была так до меня дотрагиваться.

Ему не нужно было объяснять ей почему. Все и так было ясно. Она прикоснулась к нему невольно, подталкиваемая никогда не затухающей тоской по его телу. Она просто приоткрыла двери, которые были закрыты вот уже долгие месяцы, и освободила все те желания, которые оба они так старательно в себе подавляли.

Кончиком языка Клея нервно облизнула свои полураскрытые губы. Взгляд ее, казалось, замер на их сомкнутых руках, всем телом она ощутила его близость, от которой у нее немели руки и ноги.

– Я… – Клея попыталась что-то сказать, чтобы хоть немного смягчить напряжение, но слова застряли у нее в горле.

Макс зашептал что-то, притянул ее к себе, сжал в своих объятиях.

– Посмотри на меня! – резко приказал он. Она взглянула ему в его голубые глаза и увидела в них такой пламень, что вся содрогнулась.

– Макс… – еле выдохнула она. – Ты хочешь…

– Да, я хочу, – отрывисто прервал он ее, угадав, что она имела в виду. – Я никогда и не переставал хотеть этого! Неужели ты действительно думаешь, что, если ты беременна, если внутри тебя наш ребенок, я не испытываю к тебе желания? – Он засмеялся – резко, с издевкой по отношению к самому себе. – О, я хочу, я очень многого хочу…

Неожиданно он наклонился и поцеловал ее в губы. Клея не успела пошевельнуться – только что он быстро и горячо говорил, а сейчас изголодавшимися губами раздвигает ей губы.

Клея покачивалась в руках Макса, охваченная внезапной страстью, которая передалась от него к ней. Поцелуй их продолжался целую вечность, и Клея слабела от желания, горячившего кровь.

Такое же желание – это она знала наверняка – жгло и его.

Макс шептал что-то невнятное ей в ухо. Руки его сжимали ее все крепче.

– Как я ждал этого! – простонал он. – Как ждал…

Он наклонился, придерживая рукой откинутую голову Клеи. Оба они не ощущали ничего, кроме накатившего на них неодолимого желания.

Позабыв обо всем, Клея бесстыдно прижималась к нему, погрузив пальцы в его шелковистые волосы и чуть-чуть царапая его. В ответ он только стонал от наслаждения. Их губы, руки, тела, ощущения слились воедино под действием неподвластной им силы. Слишком долго они не позволяли себе такой встречи. Так и простояли они несколько минут на пороге столовой.

– Не здесь, – задыхаясь, прошептал Макс, кладя руку на ее полную округлую грудь и крепко прижимаясь бедрами к ее большому животу. У Клеи уже не оставалось никаких сомнений – Макс был возбужден до предела. – Клея, останься со мной сегодня, – просил он сбивающимся от страсти голосом. – Будь моей сегодня.

– Да, хорошо, – прошептала Клея, ласково ободряя его.

Он немного пришел в себя и окинул ее пылающее лицо горячим взглядом дымчато-голубых глаз.

– Но ты не будешь меня потом ненавидеть? – спросил он неуверенным и хрипловатым голосом. – Это будет ужасно – если ты возненавидишь меня еще больше, чем сейчас.

Клея посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Ей пришлось напрячь всю свою волю, чтобы выплыть из омута чувственности и стать на твердую почву, но она так и не поняла его.

– Как я могу ненавидеть тебя. Макс? – спросила она с мягким недоумением. – Я никогда не смогла бы тебя ненавидеть.

Некоторое время он испытующе смотрел на ее нежное, чуть обиженное лицо, затем громко вздохнул, схватил ее на руки и понес, плотно прильнувшую к нему, в затемненную спальню.

Клея видела перед собой только Макса – он положил ее на середину огромной постели, сам рухнул рядом с ней. Он ничего не говорил и только смотрел на нее ласкающим взором. Волосы ее в беспорядке разметались по подушкам. Макс мягко поглаживал ее нежное голое плечо.

– Я вот уже несколько месяцев мечтал о том, чтобы увидеть тебя здесь, Клея, в моей постели, у себя дома, совсем рядом. – Голос его был похож на шуршание шелка, он возвращал Клее уверенность и спокойствие. – Я часами не могу заснуть – все лежу и представляю, какая ты сейчас – с твоим прекрасным огромным животом, в котором спит наш ребенок… Ты даже не представляешь, сколько эротики в таких мечтах, – говорил он вполголоса. – Как ты могла подумать, что я отвернусь от тебя? Ты такая красивая, удивительно красивая… – Он снова поймал губами ее рот.

Рука его опустилась к ней на грудь, обхватив ее со всех сторон, большим пальцем он нашел сосок и стал ласкать его мягким, поглаживающим движением. Тело Клеи стало с безудержной быстротой наполняться огнем, это почти мучительное ощущение заставило ее изогнуться, чтобы освободиться от этого сладкого бремени. Ей было трудно дышать, она застонала.

– Макс… – прошептала она умоляюще.

– Шшш, – успокоил он ее, потирая губами ее губы. – Не думай ни о чем. Ты этого хочешь так же, как и я. Клея.

И это было правдой. Ее мягкий вздох означал согласие, легкое дыхание ее обвевало его лицо. Она сама потянулась губами к его губам, и они забылись в глубоком, долгом поцелуе. Макс хотел ее, так же страстно, как и раньше, а Клея, как и раньше, не могла сопротивляться, она могла ему только подчиняться. Она всегда знала об этом и именно поэтому тратила столько сил, чтобы возводить между собой и им баррикады. И вот стоило ей допустить его на опасно близкое для себя расстояние, как все кончилось именно так: она потеряла голову.