Химера, или Дитя двух отцов - Татьяна Михаль

Но больше всего наше внимание привлекли сборные модели автомобилей, автобусов и… та-дам… мотоциклов!

И снова траты, я решила эти игрушки оплатить сама, но Тарас возмутился:

— Вика, не стоит, я сам всё куплю.

Я немного хмуро взглянула на него:

— Это, конечно, очень здорово и даже приятно, но ты не обязан тратиться…

— Учти, я очень щедрый мужчина, особенно в отношении своей женщины и своего ребёнка, — сказал он с улыбкой.

— Кхм…

Я не нашла достойного ответа или просто не хотела. Да и приятно, чёрт возьми, возложить бытовые заботы на плечи другого.

— Хорошо, — сдалась я, особо и не сопротивляясь.

Тарас начинал нравиться мне всё больше и больше, особенно когда я видела его в новых, непривычных для байкера ситуациях, не говоря уже о его заботе и той нежности, которыми он окружил меня и Катю.

Всё так стремительно происходит…

Господи, неужели и правда, пришло время, когда мне пора отделаться от своих подозрений, отмахнуться от сомнений и прислушаться, точнее, открыть своё сердце?

«А как же Игнат?» — едко поинтересовалось подсознание.

Тут же отмахнулась от этой мысли.

«Буду решать проблемы по мере их наступления!» — решила твёрдо и сосредоточилась на сегодняшнем дне.

Покупки были сделаны и мы, точнее, Тарас, нагруженный огромными пакетами и коробками, которые он сложил в тележку, направились в кафе при торговом центре выпить по молочному коктейлю и отвести Катю на аттракционы для самых маленьких.

* * *

Когда, усталые, но довольные мы возвращались назад домой, а время на часах показывало почти семь вечера, Тарас неожиданно спросил меня:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что ты скажешь, если я приглашу тебя на завтра на ужин? Только ты и я…

— А Катя? — тут же спросила недовольно.

Тарас широко улыбнулся и сказал:

— А с Катей побудет… ммм… Игнат.

— Игнат? — уставилась на него во все глаза и заморгала от изумления. — Это шутка такая?

— Никакой шутки, Вика. С Игнатом я уже списался, и он будет невероятно счастлив провести время с Катей, — пояснил Тарас.

Я подозрительно посмотрела ему в глаза.

— Что? — рассмеялся Тарас.

— Как ты его убедил посидеть с Катей, тогда как мы сами отправимся на ужин? — поинтересовалась у него.

Тарас отвёл взгляд и невозмутимо сказал:

— Он не знает, что мы отправимся на ужин.

— Вот как, — хмыкнула я. — И что же ты такого придумал тогда? Как объяснил наше обоюдное отсутствие, да ещё и вечером?

— Ну-у-у… — протянул Тарас и вздохнув, признался: — Я сказал, что ты собралась с подружками на вечеринку, а лично мне нужно срочно отъехать по делам, и мы решили попросить его о помощи…

— Боже! Тарас! Что за бред? — воскликнула я. — Да какой идиот поверит в эту чушь?!

— Игнат поверил, — захохотал Тарас.

— И ты радуешься этому, да? Радуешься, что человек согласился прийти на помощь…

— Вика, прекрати, не надо его жалеть. Ты же знаешь, что в любви, как на войне — все средства хороши, — подмигнул он мне. — Я его не заставлял, а просто спросил, может ли посидеть один вечер с Катей, когда как каждый из нас уладит свои вопросы.

— Из твоих слов Игнат сделает вывод, что я отвратительная мать, — начала я психовать и злиться. — Блин! Тарас, чем ты думал? Ну и сказал бы правду!

Тарас промолчал на мою тираду и повторил свой вопрос:

— Так что, сходишь со мной на ужин? Я заказал столик в очень элегантном ресторане.

Я дулась.

— Я приберёг ещё и запасной вариант, — добавил он. — Я предполагал, что ты можешь отреагировать не вполне спокойно, поэтому…

— Что? Говори уже.

— В ресторане есть детская комната, где за Катей могут присмотреть и…

— Ну уж нет, — сразу запротестовала я и вздохнув, лукаво посмотрела на Тараса и сказала: — Игнат нам этого не простит.

— Нет, конечно, — улыбнулся Тарас. — Так что, идём?

— Ладно. Идём, — согласилась нехотя.

— Прекрасно! — воскликнул Тарас и, поймав мою ладонь, горячо её поцеловал.

А возле самого дома, нам навстречу шёл человек, которого я больше не желала видеть в своей жизни.

— Вика, Тарас, привет, — поприветствовала нас Марина.

— Ты что тут забыла? — в лоб спросил её Тарас.

— Я… Вика, мне срочно нужно с тобой поговорить и… попросить прощения. Я очень виновата и мне плохо без тебя и нашей дружбы, — начала заливать эта змея.

— Не нужно просить прощения, Марина, — произнесла, едва ли сдерживая крик гнева. Мне хотелось накричать на неё и спросить с неё, зачем и почему она решила предать нашу такую давнюю дружбу? Но вместо этого, я сказала: — Я тебя уже простила, но только не забыла о той подлости, что ты совершила.

— Тогда, какой смысл в твоём прощении? — вздёрнула бывшая подруга свой подбородок, выражая этим своим жестом недовольство и возмущение.

Я мыкнула и пояснила этой глупой женщине:

— Если я забуду, то сама стану предательницей, только на этот раз самой себя.

Та замотала головой.

— Вика… Просто позволь мне поговорить с тобой… Я хочу объясниться…

— Не стоит, Марина. Я не хочу тебя слышать и не хочу тебя видеть. Уходи. Пойдём, Тарас.

И я покатила вперёд коляску с малышкой, а Тарас, нагруженный покупками, смерил Марину убийственным взглядом и прошептал:

— Ещё раз здесь тебя увижу, и ты сильно пожалеешь.

Настроение было испорчено.

* * *

Виктория

После этой неожиданной и неприятной встречи у меня, почему-то, теперь болит… нет, ни голова, ни сердце… душа болит… да до такой степени, что пронзает всё тело, каждую клеточку, каждый нерв…

У меня не было времени особо подумать и поразмышлять…