Любовь без дресс-кода - Ашира Хаан

— У тебя тут кто-то умер, — задумчиво и опасливо сообщил он мне, рассматривая внутренности кастрюли. — Или наоборот, кто-то ожил. Так сразу и не поймешь.

— Не трогай! — я и сама не помнила, что там было, а главное — когда. — Я провожу эксперимент над новой цивилизацией, жду пока она выйдет в открытый космос.

Вадим с сомнением посмотрел на меня и убрал кастрюлю обратно.

Я отодвинула его от дверцы, снова достала и понесла выливать в унитаз.

Услышала смешок.

— Грех смеяться над самоотверженными хозяюшками, — проворчала я, возвращаясь на кухню.

— Дай вымою, — он отобрал у меня несчастную кастрюлю и встал к раковине.

— Ты мне на совесть сейчас давишь?

— Нет, я развлекаюсь. Знаешь, сколько лет я посуду не мыл?

— Ну, я тоже не мою, — я дождалась, пока он закончит с кастрюлей и добавила: — У меня для этого посудомойка есть.

Моя очередь хихикать.

Мне казалось, я все собрала, но все время что-то забывала. Пока я металась, Вадим развлекался. Покатался в дешевом икейском кресле, повертел фиджеты на столе. Плюхнулся на кровать и закинул руки за голову.

— Забыл уже небось как в однушке жить, миллионер, — пробормотала я. — Или не знал никогда.

— Ян, ну ты совсем что ли? — почти обиженно фыркнул он. — Откуда в нашей стране миллионеры, которые не знали никогда? Ну, то есть были номенклатурные детки, но это не я. Я сам себя сделал. И жили мы с мамой в общежитии коридорного типа. Это похуже однушки, поверь.

— А как ты стал… жителем небоскреба? — я села на край кровати. Он в черном костюме и белоснежной рубашке, уже помятой и испачканной моей тушью после рыданий на груди, с его вихрами и серыми глазами, с ухмылкой этой харизматичной выглядел как вырезанная из картона фигура голливудского актера в полный рост, которую я зачем-то запихнула в свою одинокую постель. И только его слова, его голос как-то прокладывали мостки к реальности и показывали, что он живой и настоящий.

— Я с пятнадцати на Горбушке дисками торговал, — кривая улыбка была не слишком веселой. — Хотя откуда тебе знать что такое Горбушка…

— Я не совсем же малолетняя дурочка! — запротестовала я. — Это рынок всякого контрафакта, который был до нынешнего торгового центра.

— Я и говорю — откуда тебе знать. До рынка был скверик, где раскладывали диски, распечатки, даже еще дискеты прямо на земле. Там и была основная тусовка. Потом стали расти палаточки, кто-то что-то пытался организовывать. Я и влился потихоньку. Сначала сам, потом, когда хорошо пошло, и других нанимал.

— Американская мечта.

— Российский бизнес, — печально отозвался он мне в тон. — Знаешь как с моей смазливой мордой было тяжело пробиваться выше уровня владельца торговой точки?

— Тебя соблазняли богатые жены?

— Увы, не только жены. Да и вообще в делах мало доверяли — если красивый, то сразу тупой.

— И как ты справился, бедняжка?

— Пришлось научиться обращать свои слабости себе же на пользу. Пока думали, что я мордашкой торгую, я подбирался поближе и откусывал им половину жопы.

Я уважительно помолчала.

— А мне про тяжелое детство и рассказать-то нечего! Совсем не могу поддержать разговор, — пожаловалась ему. — Так что буду жалеть красивого миллионера, который плачет о своей жизни в комнате, где вся обстановка целиком стоит дешевле, чем его костюм.

— Сейчас и тебе откушу! — пригрозил Вадим.

— Ну уж нет, теперь я не дамся! — я запрыгнула на кровать и нависла над ним. — Буду настороже и не поведусь на… как ты сказал? Смазливую мордашку!