Когда ночи мало - Венди Маркус

Несмотря ни на что, он чувствовал растущий восторг при мысли, что станет отцом.

– Как долго вы были вместе?

– Мы встречались два месяца, а потом была свадьба честь по чести. Я не знал, но у Сиси, так ее зовут, были скрытые проблемы с наркотиками. Как только она выяснила, что я не стану прописывать ей наркотики, которых она жаждала, и что у меня нет бесконечного потока денег, она превратила мою жизнь в ад. Ей потребовалось два месяца, чтобы опустошить мои кредитные карточки и спланировать переезд. В один прекрасный день, пока я был на работе, она забрала машину, которую я купил ей в качестве подарка на свадьбу, мой музыкальный центр, мой банковский счет и покинула город.

Преследуемая ее наркоторговцем, которому она была должна уплатить долги, она вовлекла Джареда в судебный процесс.

– Ты любил ее?

Ему хотелось завопить: «Черт, нет». Но если быть честным… В то время он думал, что да. Но теперь он знал, что его чувство к Сиси было простой привязанностью, если сравнивать с тем глубоким чувством, которое он испытывал к Эли. День, проведенный с Эли, был хорошим днем, даже если он работал в этот день двенадцать и больше часов. А время, проведенное в разлуке с ней, казалось Джареду пустым и потерянным.

– Ты все еще испытываешь к ней чувства? – спросила Эли, так тихо, что он почти не расслышал ее.

Да. Презрение. Гнев.

– Ты спрашиваешь, люблю ли я ее еще? Нет.

Джаред отвечал за ее преступления. Но нет, он не любил ее.

– Тогда почему ты не развелся с ней?

Вопрос на миллион долларов.

– Куча причин, ни одна из которых больше не имеет значения. После того как я покинул Мадрин-Фоллз, я дал инструкции своему адвокату сделать все возможное, чтобы устроить мой развод. Я нанял частного детектива, который нашел Сиси. В городке в полутора часах езды от Мадрин-Фоллз, из всех мест она выбрала именно это. Она доставила мне некоторые неприятности, – боялась, что, если подпишет бумаги о разводе, отдел по борьбе с наркотиками найдет ее, – но мой адвокат заверил меня, что через несколько недель я буду свободен.

– Рада за тебя.

За нас.

– Я тоже.

– Так что следующая женщина, которую ты затащишь в постель, не будет страдать от боли, узнав, что ты лжец, так, как это случилось со мной.

Черт возьми. Удар прямо под дых. Он заслужил это.

– Мне жаль. Я должен был рассказать тебе, хотя сам головой и сердцем понимал, что мой брак закончился давным-давно.

– И тем не менее по закону ты все еще женат.

– Да, у меня есть документ, где говорится, что я женат. – До сегодняшнего дня он не сознавал, что брачное свидетельство не имеет для него никакой ценности. – Но он не заставил мою жену полюбить меня. Не заставил ее отказаться от лжи, воровства и не удержал от того, чтобы бросить меня. Отношения между мужчиной и женщиной должны быть основаны на большем, чем просто пара подписей и листок бумаги.

– Я согласна. Эти отношения нуждаются в честности и доверии. Без них у нас нет ничего. Ты должен был рассказать мне, Джаред. Ты должен был доверять мне достаточно, чтобы объяснить ситуацию и дать мне шанс принять правильное решение.

– Я знаю. Но в ту ночь в баре все случилось так быстро. Я понимал, что сделаю величайшую ошибку в моей жизни, если уеду, не поцеловав тебя, не прикоснувшись к тебе. Мне очень жаль, Эли. Так жаль. Но я был не единственным, кто не был абсолютно честен. Ты тоже должна была сказать, что, возможно, ты беременна.

– После того, как ты накричал на меня? – Эли уронила один из стульев и посмотрела себе под ноги. – Ты прав. Я тоже прошу прощения.

Джаред поднял стул и сел за стол рядом с Эли, упираясь в ее плечо своим.

– Мы отличная пара. – Он подтолкнул к ней сэндвич с индейкой на пшеничном хлебе, без майонеза. – Что нам делать теперь?

Она развернула сэндвич.

– Тут ничего не поделаешь. – Эли откусила кусочек. – Ты ясно дал понять, что уезжаешь. Если я правильно помню, твои слова звучали так: «В конце месяца я уезжаю. Никто и ничто меня здесь не удерживает». – Она подняла глаза от сэндвича и посмотрела прямо на него. – Я позабочусь о ребенке. Я буду лучшей мамой, какой только смогу. Тебе не стоит беспокоиться.

– Я знаю. – Джаред не беспокоился, у него не было абсолютно никаких сомнений в том, что она будет прекрасной матерью. Но он хотел использовать свой шанс быть великолепным отцом, быть важной частью жизни ребенка. Быть здесь с Эли, чтобы менять ему пеленки, целовать там, где бо-бо, и читать на ночь сказки, дождаться первого зуба, первых шагов и первой стрижки.

Откусив несколько кусков сэндвича, Эли встала:

– Я немного устала.

Первый раз Джаред заметил, какая она бледная и изможденная.

– Ты нормально себя чувствуешь?

– Просто устала. – Эли зевнула. – Я думаю еще немного поспать.

Джаред отдал бы все на свете, чтобы присоединиться к девушке, чтобы обнять ее и утешить.

– Я хочу попытаться…

– Не надо. Мне не нужны пустые обещания, подобные тем, которыми кормил мою мать отец.

Прямая осанка, голова высоко поднята. Она окинула его бесстрастным взглядом.

– Я доверяю и могу рассчитывать на Дедулю и миссис Мейер, на Викторию, Рокси и Поли, которые мне помогут. До свидания, Джаред. И если я не увижу тебя до отъезда, счастливого пути.

Он смотрел, как она уходит в спальню.

За две оставшиеся недели Джаред решил видеться с Эли так часто, как только возможно. И встреча состоялась быстрее, чем он ожидал, потому что, когда он вернулся в свою съемную квартиру, он осознал, что ключи от нее уже не лежат в кармане его пальто. Они, должно быть, вывалились где-нибудь в квартире Эли. Джаред довольно долго стучал в ее дверь, ответа не было. Она не могла уснуть так быстро, пока он бегал к себе и обратно. Джаред вспомнил, какой бледной она была, и принялся колотить в дверь.

– Открой дверь, Эли! – кричал он.

К тому времени, как она ответила ему, он сбил себе костяшки на пальцах.

– Оставь меня в покое! – прокричала она ему из-за двери.

– Мне нужны ключи. Их нет в кармане. Они, должно быть, выпали.

Эли ничего не ответила. Минутой позже дверь отворилась настолько, чтобы просунуть в нее руку. В ее ладони лежали его ключи.

– Почему ты так долго не открывала?

Джаред толкнул дверь.

Она блокировала ее изнутри.

– Уходи.

Ее голос был надтреснутым, он звучал так, словно ее нос был забит.

– Тебе лучше отойти от двери, – пригрозил Джаред, готовый снести дверь с петель, если будет необходимо. – Я войду. – Когда его толчки не встретили сопротивления, он ввалился в ее кухню.