Возьми меня на карнавал - Кристин Лестер

– Эх, где теперь мой Роберто! – проговорила Беатрис, высаживаясь из такси на берегу канала.

– Выгуливает новую богатенькую дамочку…

Они с Эллис шагали вдоль маленького неизвестного палаццо. Нужно было нанять лодку, чтобы добраться до условленного ресторана, но свободного времени еще было достаточно много. Беатрис в костюме Пиковой Дамы выглядела очень эффектно, вчера в Милане она сказала, что наряжаться в традиционные Арлекины, Пьеро и Коломбины – дурной тон. Надо выбрать что-то более космополитичное. И купила костюм Пиковой Дамы. В любом случае, рядом с Пастушкой это смотрелось куда более выгодно. И не только в костюме было дело. Эллис никогда не чувствовала себя такой несчастной и никому не нужной, как сегодня. Она понуро таскалась за подругой, вяло реагируя на окружающую действительность. Вчера до часа ночи ей одной пришлось помогать Франческе, потому что Беатрис уехала в Рим, собираться, видите ли, на карнавал. Чего ради нужно было делать такой крюк, неизвестно. Стив в гостинице не появлялся.

И лишь на автовокзале выяснилось, что они с Беатрис идут в один и тот же ресторан. На руках у Беатрис был абонемент, купленный заранее еще Стивом, ну а загадочный Джек со своими не менее загадочными римскими друзьями пригласил Эллис на то же частное шоу.

– Зато теперь я смогу проникнуть в ресторан раньше Джека. А как же Стив?

– Знаешь, пусть сам выкручивается. Я меньше всего на свете хотела бы видеть сейчас своего мужа, – заметила Беатрис.

– А мне кажется…

– Стоп, Эллис! Это запретная тема. Давай я разберусь в себе сама.

И вот теперь, в предобеденный час, когда шумная многоликая толпа в масках уже вовсю веселилась на улицах Венеции в предвкушении основного действа, подруги грустно взирали на все это из гондолы, сидя в одинаковых позах: одной рукой держась за борт лодки, другой – подперев подбородок.

– Половина компании осталась в Риме, а половина прибудет сюда, – хмуро констатировала Беатрис. – Интересно, в какой из них обретается мой бывший супруг?

Ответ на ее вопрос незамедлительно пришел сам: проплывая мимо дешевенького ресторанчика на воде, они заметили Стива в обществе молоденькой синьорины, вид которой соответствовал разряду заведения. Он приветливо помахал им рукой, узнав, видимо, одну Эллис, и отвернулся. В эту минуту удивленная, но, впрочем, не слишком расстроенная Беатрис еще не знала, что пути их никогда больше не пересекутся и она видит бывшего мужа в последний раз.

А потом судьба преподнесла им еще одну встречу. Заказывая мороженое в маленьком уютном кафе, Эллис заметила, что к Беатрис у барной стойки подошел Арлекин, которого, судя по фигуре, она раньше не встречала. Лицо было в маске. Эллис никогда не смотрелась в зеркало, когда к ней подходил Паоло, но в этот момент ей показалось, будто она видит со стороны себя. Ее лучшая подруга, взрослая, мудрая Беатрис, прошедшая огонь и воду, смотрела сейчас на Арлекина, совсем как юная наивная девочка, как, наверное, сама Эллис смотрела всю жизнь на Паоло. Это было что-то необычное.

Они быстро переговорили, наверное обменявшись новостями, и Арлекин, поцеловав Пиковой Даме руку на прощание, долго смотрел ей вслед, пока она пробиралась к столику Эллис. На щеках Беатрис играл румянец.

– Это Брэд. Друг моей молодости. Собственно, первый и последний мужчина, в которого я когда-то влюбилась по-настоящему, до брызг из глаз!

– А он?

– А он женился на моей подруге.

– Вот подлец!

– Обычная история. У него осталось двое сыновей, которые живут с его родителями.

– А где же мамаша?

– Сбежала в Англию четыре года назад. У нее там новая семья.

– Это ужасно!

– Как раз из-за него я однажды решила, что буду любить в этой жизни только деньги. Чего у него, кстати, никогда не было в достаточном количестве. И вышла замуж за Стива.

– Он беден?

– У него автосалон на севере Нью-Йорка. По сравнению со Стивом… – Беатрис махнула рукой.

– Как же он узнал тебя через столько лет, да еще и в костюме?

– Я вот думаю, как же Стив не узнал меня…

Подруги вышли из кафе и решили предпринять пешую прогулку, насколько это удастся, поскольку свободную гондолу найти было практически невозможно.

– Эллис, у нас есть все шансы добираться до Большого канала своим ходом.

– В смысле?

– В смысле, ты хорошо плаваешь?

Эллис впервые за два дня расхохоталась.

– Не вижу ничего смешного.

– Нет, Беатрис, мы будем смотреться забавно. Особенно ты – в мокрых перьях. Ха-ха-ха!

– Вот именно в этом, – Беатрис назидательно подняла указательный палец, – именно в этом я и не вижу ничего смешного. О-о-о! Роберто!.. Это судьба, Эллис! Роберто!

Любовник не смог отказать Беатрис. Хотя к нему уже выстроилась очередь, он доставил их на площадь у Большого канала и не взял денег.

Они протискивались сквозь толпу, которая, словно мотор, с каждой минутой набирала обороты и становилась все более неистовой в своем желании повеселиться и продемонстрировать таланты. Их уже окружили фокусники с жонглерами; несколько акробатов, выполняя свои душераздирающие трюки, рисковали кого-нибудь раздавить. Время приближалось к вечеру, и Эллис почти физически ощущала, как на город накатывает неконтролируемая, отвязная эйфория и как при этом накаляются нервы… По мере нагнетания обстановки вокруг Эллис тоже становилось все труднее дышать: сердце буквально выпрыгивало у нее из груди. До них доносились звуки тысяч представлений, происходивших чуть ли не у каждого дома, небо то там, то здесь озарялось фейерверками и салютами, хотя было еще светло. Все громыхало, гудело, пело и визжало вокруг, хотелось спрятаться от этого шума, забиться в щель и заткнуть уши.

– Однако уже вечер, Эллис. Надо бы идти занимать места. Скоро на улицах будет не протолкнуться.

– Мы с Джеком условились увидеться в семь.

– И ты будешь подпирать дверь, пока он к тебе не выйдет?

– Нет, он внес мое имя в список приглашенных. И я не хочу появляться раньше семи.

– У меня же есть билет.

– Ну и что!