Моя (не) родная - Алиса Ковалевская

– А Игорь? – я посмотрел в её горящие желанием глаза. Проклятье! От этого взгляда яйца у меня просто вскипели.

– Что Игорь? – с придыханием спросила она и запустила ладонь под мою рубашку. – Забудь ты уже про него. Тут нет Игоря. Есть ты и я, вот и всё. Я к тебе пришла, дурак. К тебе, не к нему.

И снова во мне возникло это всепоглощающее ощущение собственности. Я провёл ладонью по её точёному бедру, подхватил под коленкой и поднял ногу. Агния обвила меня руками за шею, раскрыла губы для поцелуя. Её тихий, призывный стон разорвал последние преграды, которые и так трещали по швам. Губами я опустился по шее Агнии к ямочке между ключиц, вдохнул сладковато-пряный запах и мягко оттянул кожу зубами. Она снова застонала. Откинув голову, она подалась вперёд, мне навстречу. Тонкое золото цепочки нагрелось от её тела. Губами я добрался до серпа полумесяца. Если бы на небе не осталось ни луны, ни солнца, хватило бы и его. Для меня однозначно. Задирая подол платья Агнии, я погладил её по ноге.

– Жизнь, как карусель с лошадками, – тихо засмеялась Рысь, расстёгивая мою рубашку.

Смех её был настолько чувственным, что желание моё стало ещё сильнее, если это было возможно

В штанах стало слишком тесно. Как будто и у меня тоже всё это время баб не было. Блядь, бабы-то были, не было Рыси.

– Такая детская, с лошадками. Вроде кажется, скачешь вперёд, а по факту никуда ты не скачешь, – последняя пуговица подчинилась её рукам. – Никуда, – ноготки прошлись по горячей коже.

Я закинул её ногу себе на бедро, и Агния шумно, со стоном, выдохнула.

Да, девочка, я тебя хочу. Чертовски сильно хочу. Её ногти сильнее впились мне в кожу. Глядя мне прямо в глаза, она резко дёрнула молнию на джинсах вниз. Вот же сука! Запустив пальцы под джинсы, она коснулась меня.

– Вот мы и остановились, Данил, – её шёпот сводил меня с ума. – Круг кончился.

Ничего не соображая, я попытался рывком снять с неё трусики. Отпустил ногу, и Агния сделала шаг от меня.

– Что за… – я успел было подумать, что она решила снова поиграть в игры, но заткнулся на полуслове. Приподняв опустившийся подол платья, Агния мимолётным движением стянула бельё вниз. Трусы упали к её щиколоткам и остались лежать шёлком вокруг босоножек.

Не помня себя, я метнулся к ней, подхватил на руки и посадил на тумбочку, задрал подол ещё выше, раздвинул стройные ноги и…

– Даня! – вскрикнула она.

– Блядь! – я засипел. Дьявол! Какой же она была узкой. Если бы в прошлом я сам не лишил её девственности, подумал бы, что сделал это сейчас.

Крепко схватив Агнию за бёдра, я придвинул её ближе к краю тумбы и стал двигаться в ней с одним только желанием – взять её всю.

– Боже, – она обхватила меня ногами, подалась навстречу, впуская ещё глубже. – Да…

Каждый её выдох отзывался во мне бурей эмоций.

Я рванул платье, спустил ниже груди. Лифчика на ней не было. Приподнятая платьем грудь так и манила меня, и я, поймав ртом сосок, слегка прикусил его и обхватил губами. Чёрт-чёрт-чёрт! Меня трясло. Я трахал её и думал, как бы не опозориться. Хотелось растянуть удовольствие и продлить его, но возбуждение было слишком сильным.

– Я отвезу тебя на маковое поле, – прохрипел я, стягивая её с тумбочки. Она упала прямо мне в руки. Я обхватил её голову. – Раздену тебя и буду трахать в грёбаных маках, Рысь. И хрен ты у меня оденешься, пока я не разрешу.

В голову лезла всякая чертовщина. Да и ладно. Я не шутил: Рысь, маки и ничего больше. Ни свадебных приглашений, ни отцовских приказов. Ночное небо и болтающийся под ключицами серп луны с глазом-бриллиантом.

Я с силой потянул платье вниз, и оно наконец упало, обдав ноги лёгким потоком воздуха. Агния стояла передо мной совершенно голая, совершенная в своей наготе.

Мгновение, и я снова взял её. Тумбочка за её спиной ударялась о стену, пока я держал Агнию под коленкой и трахал, глядя прямо в её глаза.

– Даня, – простонала она мне в губы, глядя на меня из-под полуопущенных век.

– Агния…

Наощупь она нашла татуировку. Погладила и подалась ко мне. Мне нужно было отвезти её в Мексику. На самый край света, ещё семь лет назад. Сразу же, как только стало ясно – вернуть себе своё мало. Не жизнь мне, чёрт подери, нужно было возвращать, нужно было просто оставить в той жизни её, рыжую девчонку, из-за которой всё вечно шло наперекосяк.

– О, боже… – она всхлипнула, прильнула ко мне и поцеловала в плечо. – Боже…

Её накрывало. Влажная, она металась у меня в руках, и я наслаждался этим. Тумбочка билась о стену всё чаще и чаще, в лёгких уже не хватало воздуха. Мышцы напряглись до предела, Агния вскрикнула. Забилась сильнее, что-то неразборчиво зашептала.

– Мать твою! – я запрокинул голову и прижался к ней бёдрами. Член пульсировал, эмоции зашкаливали. – Чёрт…

Я кончал и чувствовал, как сжимаются её мышцы. Слышал её голос. Мысли обо всём и сразу беспорядочно бились о стенки черепа: карусели-лошадки, алые лепестки маков, золотой полумесяц и среди этого хаоса – мы… И моё невменяемое желание раз разом овладевать ей.

Вздохнув, Агния уткнулась лбом мне в плечо. Её нога соскользнула вниз. Я обнял её, прижал к груди. Погладил по влажной спине и сглотнул застрявший в горле комок. Её тело было нежным и хрупким. Змейка позвонков под пальцами, округлые ягодицы и щекочущие кожу волосы: удовольствие, как оно есть. Проведя ладонью по её спине, опустился ниже и взялся за задницу. Агния приподняла голову и облизнула губы.

– Так что там с маками?

Я усмехнулся, убрал прядь влажных волос с её виска и заправил за ухо.

Агния провела кончиками пальцев по дорожке волос от моего паха до живота. Я напрягся. Только что трахнул её, но уже был готов сделать это снова. Она поняла это и убрала руку. Отступила и отвернулась. Присев, подобрала