Айриш-бой для сицилийца. Часть 2 - Джеки Бонати

Они привели себя в приличный вид, и ничто больше не напоминало об их наказании. Они последовали в сад, где уже играла музыка, и шампанское лилось рекой. Дон Мазари явно готовился сказать первый тост, и они поспешили взять себе по бокалу.

– Друзья мои! Семья! – звучным голосом обратился ко всем присутствующим дон Мазари. – Сегодня мы празднуем объединение Семьи, возвращение в нее ее преданного сына, – он отсалютовал Тому, – благодаря моему консильери, – следующее движение было адресовано Энди.

Все тут же подняли бокалы, салютуя им обоим и крича слова одобрения. Квартет снова грянул и праздник официально начался. Тетушки разыскали Тома и Энди в толпе и счастливо обняли.

– Слава Богу, мы уже думали всякое! – причитала Джованна.

Те синхронно охнули от силы их объятий, но поспешили сделать вид, что это от счастья.

– Ну что вы опять напридумывали, – Энди погладил Джорджию по спине и расцеловал сухие щеки.

– А где дети? Они обвыклись? – не мог не спросить Том, выглядывая среди детворы в первую очередь белокурую макушку Тео. Мэй с братом на фоне черноволосых итальянских детей потерялись.

– Не то слово! – успокоила его Джованна. – Представления не имею, как они понимают друг друга, но никаких проблем у них с этим не возникает. Не тревожься, сынок.

– Ну, они немного знают английский, а мать была француженкой. Так что думаю, на смеси всего и договариваются, – улыбнулся Том.

– Ничего, если часто будут видеться все вместе, и итальянский, и английский быстро освоят, – пообещала ему Джорджия. – Тео все больше итальянских слов использует.

– Энди его подучит. Может и меня заодно, – Том посмотрел на него совершенно влюбленным взглядом.

– Помнится, ты уже делал успехи, – подмигнул ему Энди, стараясь прогнать мысли о том, чтобы уединяться в одной из многочисленных комнат виллы дона.

– Ну, китайский было освоить сложнее, думаю, если мы будем регулярно тренироваться, я справлюсь, – ответил Том.

– Конечно, будем, – Энди сделал единственное, что мог себе позволить в такой толпе – сжал его руку и погладил запястье.

Они вместе с остальными пили и ели, Том узнавал новости и что изменилось за эти годы, то и дело глядя на ребятню, которые казалось, не знают усталости. Время от времени Тео или еще кто-то прибегал к столам, хватал сладости и убегал обратно.

Иногда в толпе малышей мелькала статная фигура дона Мазари, который, не смотря на почтенные годы, веселился с ребятней, словно был одним из них.

Никто даже не заметил, как стемнело, и сад осветили фонарики.

– Устал, Томми? – спросил его Энди, поднеся ему тарелку с десертом.

– Честно говоря, да, – кивнул тот. – Бешеная неделька выдалась, тебе не кажется? – спросил Том, сунув в рот ложку с тирамису.

– Не то слово, все так завертелось, – улыбнулся Энди. – Когда поедем домой?

– Видимо, когда дети вымотаются. Уже не терпится переехать в новый дом. Какая комната будет нашей? – спросил он у Энди.

– Я думаю, та, которая выходит окнами на подъездную дорожку, – предложил Энди. Он предпочёл бы видеть всех, кто приезжает к ним.

– А почему не на залив? – спросил Том. – Там тише и вид красивый.

– Мне так будет спокойнее, – пояснил Энди. – А на залив сделаем гостиную и детскую.

– Ладно, хорошо, – Том не стал спорить. – Кажется Тео готов, – зоркий глаз Тома увидел, что мальчик облюбовал себе одну из подушек на траве и готов уснуть прямо на ней. А Мэй уже успела где-то найти небольшой плед и заботливо укрыла мальчика.

– Ищи Дэмина и поедем, – рассмеялся Энди, наблюдая за этой трогательной картиной.

Но оказалось, Дэмин был с Линг, и та несла его, уже уснувшего на руках. Том взял Тео, а Энди Мэй, и они стали прощаться и собираться домой.

Тем более, что тётушки, у которых пока разместили Линг и детей, уже уехали. Её с детьми полковника устроили на заднем сиденье, а Том с Тео на руках сел вперёд.

– Линг, Мэй и Дэмину понравилось? – спросил её Энди, заведя машину.

– Они в полном восторге. Пока это их лучший день с момента отъезда, – сказала Линг с легким акцентом, но уже гораздо более живо, чем раньше. Схватывала она очень хорошо.

– Когда мы переедем, они чаще будут видеться со сверстниками, – пообещал Энди, прикидывая, что ребят надо будет отдать в детский сад, организованный по крайне модной у итальянцев системе Монтессори.

Они отвезли детей и Линг к тетушкам и помогли донести их до постелей. Утомленные долгим и насыщенным днем дети даже не проснулись. Там уже Джованна и Джорджия приняли на себя обязанность помочь Линг, и Том с Энди направились к себе.

– Надо будет перед сном обработать следы от ремня, – зевнул Том. Кожа все равно зудела и болела.

– Хорошо, что ты в Шанхае собрал аптечку, – поддержал идею Энди, успев оценить действенность китайской медицины.

Дома они помогли друг другу раздеться и осмотрели следы. Что там с его спиной, Энди было плевать, и вот видеть вспухшие полосы на спине Тома было почти физически больно.

– У тебя все точно так же, – поспешил сообщить ему Том. – Просто у меня кожа бледная, вот ярче и выглядит. Давай, сначала я тебя намажу, а потом ты меня.

– Хорошо, давай, – не стал спорить Энди, понимая, что спать им в ближайшие дни только на животе.

Банка с травяной мазью почти сразу сняла жжение и приятно холодила кожу. Том очень аккуратно распределил тонкий слой лекарства и поцеловал Энди за ухом.

– Вот и все.

– Спасибо, любовь моя, – по-итальянски поблагодарил его Энди и, обернувшись, поцеловал, прежде чем забрать баночку. – Давай теперь я.

– Все же насколько итальянский горячее китайского, – улыбнулся Том. – В твоем исполнении всегда заставляет меня трепетать.

– Какой неподходящий момент, – вздохнул Энди.

Его движения были очень нежными, бережными и часто ласкающими, но реагировать на них он себе не позволял.

– Это точно. Вот в чем была истинная суть наказания дона Мазари, – рассмеялся Том.

– Боже, искренне надеюсь, что нет, – закончив, Энди закрыл баночку и, не касаясь спины Тома, поцеловал его в шею. – Надеюсь, когда у нас появится своя спальня, мы сможем обновить её.

– Как же иначе? – Том запустил руку в его волосы и погладил. – А пока давай ложиться, завтра еще предстоит столько дел.

– Я просто не хочу, чтобы тебе что-то причиняло боль, – Энди потянулся за его рукой, потерся об нее и пошел следом за ним к кровати. – Терпимо? – спросил он, когда Том лег.

– Да, вполне. А тебе? – спросил он, осторожно придвигаясь к любимому.

– Все отлично, я ведь с тобой. А остальное не важно, – Энди нежно поцеловал его в