Искусство бегать на каблуках - Рэйчел Гибсон

— Привет, Лекси, — окликнул ее Камешек.

Глаза глубокого синего цвета наблюдали, как Шон приближается. Затем Лекси перевела взгляд на капитана команды.

— Привет, Стефан.

Камешек раскинул свои огромные руки, и Лекси вступила в его объятие.

— Сто лет не видел тебя, — капитан отстранился и посмотрел ей в лицо. — По крайней мере, лично. И очень много видел тебя по телевизору.

Светлые волосы, собранные в «хвост», коснулись свитера «Чинуков», когда Лекси покачала головой.

— К сожалению, кажется, вся планета очень много видела меня по телевизору.

— Твоему отцу не понравились шорты, что ты носила на шоу.

— Не хочу говорить об этом шоу. — Ледяным взглядом Лекси посмотрела через плечо Камешка на Шона.

— Все равно никому не нравился тот парень. Пол был единственным, кто поставил, что вы доберетесь до алтаря.

Лекси задохнулась от возмущения и выскользнула из объятий Камешка.

— Вы делали ставки на мою свадьбу? — Уголки ее губ опустились, выражая малоубедительное неудовольствие. — Я не удивлена.

В последний раз, когда Шон видел Лекси, она лежала, закутавшись в белую простыню, светлые волосы в беспорядке, одна нога свисает с кровати. Вся такая нежная и чувственная, как будто вот-вот вырубится от классного секса. Голубые глаза теплые и удовлетворенные.

Камешек махнул в сторону Шона.

— Ты еще не встречалась с нашим с недавних пор правым нападающим Шоном Ноксом?

Лекси повернулась к Шону: ее взгляд казался таким же холодным и жестким, как сапфиры. Так отличался от того, ночью, когда она изображала королеву родео.

— Нет. Я никогда не встречалась с мистером Ноксом, — сказала она, и Шон подумал, заметил ли Камешек, как Лекси слегка выделила его фамилию. — Хотя слышала, как отец говорит о нем.

Ага. Джон назвал его нытиком, а, возможно, и чем похуже. Шон протянул руку, ожидая следующее движение Лекси.

— Шон, это старшая дочь Джона, Лекси Ковальски.

Полные губы Лекси приоткрылись в улыбке, белые зубы сверкнули, как в рекламе зубной пасты. Шон ждал, раскроет Лекси их связь или нет.

— Мы все семья. — Она сделала шаг вперед, показывая, что собирается крепко обнять Шона. Он автоматически сжал руки вокруг ее тела. В этот раз она пахла по-другому. Цветочным мылом и шампунем. — Рада познакомиться, мистер Нокс, — сказала Лекст, и ее теплое дыхание коснулось его уха.

А вот ощущалась она все так же. Как нежная, сладкая женщина. И тело Шона отозвалось.

— Спасибо.

Рука Лекси скользнула по его груди. И на одну сумасшедшую секунду Шон подумал, не собирается ли она расстегнуть его рубашку, как сделала неделю назад. На одну сумасшедшую секунду он подумал, позволит ли сделать ей это прямо тут, в бетонном туннеле «Кей Арены». Вместо этого Лекси засунула что-то в карман его рубашки. Похлопала по груди и отступила, унося с собой запах своей кожи и ощущение своего тела. Неделю назад Шон притянул бы ее обратно к груди. Неделю назад они были незнакомцами в незнакомой среде и странных обстоятельствах.

— Ты мог видеть Лекси по телевизору, — сказал Камешек, как будто не заметил этого обмена или легкой нахмуренности Лекси.

— Может быть, раз или два. — Хотя Шон знал ее тело очень близко, они все еще были незнакомцами.

— Я же сказала, что не хочу говорить об этом. — Лекси скрестила руки на груди.

Из-за угла показался Кевин Олсен, который засмеялся при виде Лекси.

— А вот и наша маленькая сбежавшая невеста! — Его голос гулко пронесся по туннелю.

— Ш-ш-ш! — Лекси безуспешно попыталась сдержать улыбку. — Прекрати кричать! И прежде чем ты начнешь, я не хочу говорить о «Давай поженимся!».

— Я не виню тебя. — Броуди быстро обнял ее и, положив руку ей на плечо, наклонился, чтобы заглянуть в глаза. — Никому не нравился этот парень Пит. Пол — единственный, кто поставил на то, что вы доберетесь до алтаря.

— Я об этом слыхала. Вы, парни, готовы спорить на что угодно.

— В следующий раз иди в «Американского ниндзя». Там ты всем надерешь задницу. — Он выпрямился. — И выиграешь немного наличных вместо какого-то тюфяка.

Лекси опустила руки.

— Скажи парням, чтобы нашли новое хобби, потому что больше я не подписываюсь ни на какие телешоу или интервью. Больше никаких статей в журналах. — Она нахмурилась и краем глаза взглянула на Шона. — Или фотографий в желтых газетах, о которых судачит весь мир.

Нужно было быть глухим, чтобы не услышать повсеместное обсуждение того фото: разные версии, начиная с той, что Лекси сбежала с любовником, и заканчивая той, где Лекси похитили. Уголки губ Шона изогнулись. Похищена. Ага, чертовски верно. И это было смешно, учитывая, что Лекси ввалилась в «Морского кузнечика» головой вперед.

— Мы с Чаки обсуждали это дело, — сказал Кевин, драматично впечатывая мясистый кулак одной руки в не менее мясистую ладонь другой. — Только скажи, и мы найдем этого парня и засунем хоккейную клюшку ему в задницу.

Шон посмотрел на двух огромных мужиков, стоявших рядом с ним. В огне, горевшем в глазах его товарищей по команде, не было ничего, что подтверждало бы, мол, это шутка. Они были совершенно серьезны, и Шон задал вопрос, на который, боялся, уже знал ответ.

— Какому парню?

— Тому самому на фото. Тому, который удерживал Лекси.

Теперь пришел его черед смотреть в сторону Лекси уголком глаза.

— Удерживал?

Лекси подняла руку и закрыла глаза ладонью.

— Об этом я тоже не хочу говорить.

— Иисусе, КО! Ты бесчувственный осел. — И снова Камешек укрыл Лекси в оберегающем объятии. — Она и так вынесла достаточно и без твоих напоминаний об этом мудаке, который принудил ее.

Мудаке? Принудил? Какого черта?

— Прости, Лекси. Я просто хотел, чтобы ты знала, я рядом. Если ты снова увидишь этого парня, обещай, что позвонишь мне. У меня готова для него клюшка.

Шон посмотрел на Лекси в ожидании, что она поправит его товарищей по команде. Чтобы все прояснить и разъяснить недоразумение.

Вместо этого ее розовые губы изогнулись в легкой улыбке.

— Я обещаю. — Она похлопала Камешка по плечу и отступила. — Но сомневаюсь, что я снова увижу мистера Брауна. — Она повернулась к Шону. — Познакомиться с вами было… интересно. У меня странное ощущение, что мы встречались раньше.

Шон посмотрел в ее голубые глаза и на морщинку, пересекшую гладкий лоб, как будто Лекси была в глубоких раздумьях, пытаясь решить загадку.