Плюсы неразделенной любви - Бекки Алберталли

Да и в доме все совсем не так, как я ожидала. Не то чтобы я вообще чего-то ожидала. Наверное, смутно представляла, что будет как в кино: бир-понг, кега пива в углу и парни в поношенных бейсболках. Парней в поношенных бейсболках тут в самом деле много, однако в остальном подвал самый обычный: два футона[50] из «Икеи», куча стульев, настольный футбол, аэрохоккей и большая ударная установка; в приглушенном свете толпится куча народу с красными пластиковыми стаканчиками.

– Мина! – кричит кто-то.

Это девушка, которую я никогда раньше не видела. Безумно красивая – высокая, со смуглой кожей и широкими бедрами; на ней шикарное синее узорчатое платье. Она отталкивает ногой валяющееся на полу худи и идет к нам.

– Привет! Ты, наверное, Кэсси.

Это она мне.

– Ой, я…

– Я Кэсси, – говорит Кэсси.

– Это Самар, – представляет ее Мина.

– А, так это ты Самар, – удивляется Кэсси.

На какой планете я живу? Ни разу не слышала ни о какой Самар, но Кэсси приветствует ее как знаменитость. Меня это бесит. Ненавижу быть не в теме.

– О, тогда привет! Я тебя не знаю, – обращается ко мне Самар.

– Это Молли, – отвечает Кэсси без каких-либо объяснений. Просто Молли. Какая-то случайная девица.

– Парни здесь? – спрашивает Мина.

Самар кивает:

– Ага, Макс уже с кем-то мутит, а Уилл… Я же только что его видела. Он… – Самар вытягивает шею. – А, он рядом с бухлом. Можно было догадаться.

В конце комнаты стоит стол, полностью заставленный маленькими стеклянными бутылочками, пол-литровой колой и апельсиновым соком. А рядом – Уилл с идеально взъерошенными рыжими волосами, наливает себе спрайт. Мы идем к нему; как только он нас замечает, глаза его вспыхивают.

– Вы все-таки пришли! – Он хватает меня за руку. – Молли, давай я тебе налью. Чего хочешь?

– Э-э…

– Есть водка, Джек[51], ром… И, кажется, джин?

Я сомневаюсь.

– Наверное, ром?

Он смешивает ром и колу и протягивает мне стакан. И тут я понимаю, что Мина с Кэсси ушли. Растворились в толпе. Кто-то хочет налить себе выпивки, поэтому мы с Уиллом отходим в сторону, к футону. От волнения ноги у меня тяжелеют, хочется сесть, но, похоже, никто больше не сидит. Видимо, так не принято.

М-да, похоже, наедине с Уиллом мне непросто сохранять хладнокровие. Может, это влияние Эбби, но я чувствую: что-то может произойти. Произойти между нами – и я не о том, что я буду много краснеть и с черепашьей скоростью потягивать ром и колу.

– Не выношу эту музыку, – вздыхает Уилл.

– А кто играет?

– Не знаю. Maroon 5. Адам или как его.

– А, да. Адам.

Уилл улыбается во все зубы. В этом его фишка. Он умеет внушить чувство, что ты единственный важный человек на свете, а все остальные – просто фоновый шум. Уверена, не стоит принимать это на свой счет. Должно быть, все девушки в кругу его общения чувствуют подобное, хотя бы на мгновение.

А вообще мне очень сложно поверить, что все это происходит со мной на самом деле. Я на вечеринке в Бетесде. Кэсси куда-то запропастилась, и теперь я наедине с очень симпатичным парнем. Ладно, не совсем наедине, но почти что. Кажется, мы соприкасаемся лодыжками. Интересно, думают ли окружающие, что мы парочка? Я и Уилл. Очень волнительно.

Однако меня не покидает мысль, что сейчас я могла быть на «Средневековом безумии» с Ридом. Где-то в параллельной вселенной в эту самую секунду Молли держит в руках флакон – и да, я только что поняла, что флакон рифмуется со словом «дракон». И да, теперь я хочу сообщить об этом Риду. Но, наверное, не стоит писать Риду у Уилла перед носом.

– Ты, наверно, вся мокрая? – говорит Уилл, вырывая меня из задумчивости.

Он имеет в виду, что я вспотела в куртке, но я все равно краснею.

– Не знаю, куда деть куртку.

– Давай отнесу. – Он ставит стакан на журнальный столик.

– Не обязательно.

– Да нет, все в порядке. Я найду куда повесить.

Я расстегиваюсь. И кажется, что я раздеваюсь, как в кино.

– Мне нравится твое платье, – говорит Уилл, когда я отдаю ему куртку. – Классное.

– Спасибо. – Я даже не в силах поднять на него глаза.

– Скоро вернусь.

Я киваю. Но как только он уходит, мне становится до ужаса неловко. Я пью быстрее, а свободной рукой поправляю на себе одежду. Уилл может заметить бирку на куртке. Узнáет, какой у меня размер. Кажется, сердце сейчас выпрыгнет из груди, – в горле пульсирует, и я уже готова вдогонку бежать за Уиллом.

Но тут ко мне кто-то подходит. Незнакомый парень.

– Привет. Хочешь расскажу дикую историю? – спрашивает он так, как будто мы сто лет знакомы. Но я его в жизни не видела. Он довольно симпатичный – спортивный, с очень коротко подстриженными каштановыми волосами.

– Давай.

– Короче, были мы в одном городке, – начинает он. – Типа в Англии. И там вдоль улицы тупо стоит огромная каменная стена. Просто, блин, гигантская. В общем, мы тогда уже нормально нафигачились, и моему другу Джонсу приспичило.

Понятия не имею, кто такой Джонс и почему меня должны заботить его естественные потребности. Наверное, так на вечеринках все и происходит. Может, это какой-то алкогольный этикет, о котором я ничего не знаю.

– И вот он отливает на эту стену, как вдруг… – Он делает еще один глоток, а затем говорит: – Вот дерьмо.

– Что?

– Надо подлить. Тебе чего-нибудь взять?

Совершенно не понимаю, как надо действовать в таких ситуациях, но все же уверена, что не стоит позволять незнакомому парню мне наливать.

– Мне норм? – Мой ответ звучит как вопрос. Бесит.

– Без проблем, – говорит он. – Сперва закончу все-таки. Ну, короче, стоит там эта дебильная…

– Привет.

Я поднимаю взгляд. Уилл вернулся.

– Привет, чувак, – здоровается парень. Уилл смотрит на него, сощурившись. – А, так вы вместе?

– Да, – быстро отвечает Уилл.

У меня чуть сердце не останавливается.

– А, тогда ладно, понял. Нет проблем, – бормочет парень. – Ну, хорошего вечера.

Он залпом опрокидывает остатки выпивки и уже было уходит, но потом неожиданно поворачивается ко мне:

– Слушай, я должен это сказать. – Он касается моей руки. – Для толстушки ты просто роскошна.

Я впадаю в ступор.

– Это комплимент!

Смотрю ему в глаза и произношу:

– Да пошел ты.

Никогда никому так не грубила. По крайней мере вслух. Замечательное чувство. Сердце бьется как бешеное.

– Ого! Я не собираюсь… Фиг с ним. – Он выставляет вперед руки, словно пытается защититься, и протискивается