Поклонница - Ксения Черриз

Лимузин встал в длинную очередь из таких же точно крокодилов, и мы ждали своей очереди. Я с волнением вытягивала шею, пытаясь разглядеть, что происходит у входа. Но пока мне ничего не было видно.

– Успокойся, – ещё раз сказал Тони. – Раньше мне казалось, ты более стойкая.

Ага, стойкая. Раньше меня не представляли как официальную девушку парня, чьё лицо известно всей стране.

Мы медленно ползли ко входу, и во мне так же медленно растекался страх, что что-то пойдёт не так – не буду знать, что говорить и как отвечать на вопросы или буду нефотогенична. Тони не знал, но я несколько дней тренировалась красиво позировать, стоя перед зеркалом. Я имитировала самых элегантных звёзд – Анджелину Джоли, Киру Найтли и Энн Хэтэуэй. Мне очень нравилось, как держится на публике Кейт Миддлтон, и я хотела выглядеть, как она. Утончённой, ухоженной, приветливой и невероятно нежной. Она никогда не одевалась вычурно, это было бы странно для британской леди и жены принца, но выглядела всегда очень эффектно. Я очень надеялась, что у меня получилось попасть в похожий образ.

– Перестань трястись, – шепнул мне на ухо Тони. Перед нами, должно быть, было ещё две или три машины. – Ты прекрасна. И так привлекательна, что я с радостью променял бы этот светский вечер на ужин с тобой при свечах… в моей спальне, – добавил он.

О боже! Обязательно было это говорить сейчас? У меня вспыхнули щёки, а пульс участился до такой скорости, что даже дышать стало тяжело.

– Тони, – выдохнула я.

– М? – он поцеловал моё плечо.

– Я не думаю, что сейчас для этого время… – что я несу?

– Ты права, детка.

Он отстранился и теперь выглядел так, будто не предлагал мне только что заниматься сексом вместо премьерного показа.

Наш лимузин остановился. Тони вышел первым, помахав рукой камерам. Я сделала глубокий вдох и выдох и вложила свою руку в его ладонь.

Солнце ещё не село, и на улице было светлее, чем в затемнённом лимузине, поэтому меня слегка ослепило. За этот краткий миг мне удалось собраться, потому что потом на нас обрушился град щелчков камер, какие-то люди стояли за ограждениями и махали руками. Всё то, что обычно происходит по телевизору, теперь происходило со мной, и я не верила в это. На меня напал какой-то ступор, но, видимо, тренировки у зеркала дали о себе знать, и я автоматически нацепила на лицо улыбку, распрямила плечи, и мы с Тони пошли рука об руку прямо к входу в зал. Несколько раз нас просили остановиться, и мы позировали перед камерами. Тони держал меня чуть впереди, приобнимая за талию. Я поворачивалась полубоком, ставя руку на пояс и молясь, чтобы фотографы знают своё дело и мы получимся хорошо. Это было очень важно не столько для меня, сколько для Тони.

В зале уже было полно народу. Играла лёгкая джазовая музыка, гости рассаживались по местам. Пока мы шли, Тони постоянно кому-то кивал и улыбался. Я пыталась сохранять спокойствие, но от переизбытка впечатлений мне всё виделось, как в тумане. Наконец, мы уселись, и вскоре началась официальная часть. Перед огромным киноэкраном выступил режиссёр, актёры главных ролей. Имена и фамилии, лица – для меня всё смешалось в один большой клубок, распутать который я была не в силах.

Фильм не произвёл на меня никакого впечатления. Это был боевик с элементами ужасов – вообще не то, что я люблю смотреть. Но я сидела рядом с Тони и, как школьница, радовалась тому, что он держит мою руку у себя на коленях.

После завершения показа гости высыпали в фойе, где играла музыка, сновали официанты с закусками и напитками. Тони повёл меня к режиссёру картины – немолодому мужчине в слегка помятом костюме.

– Люк, позволь представить тебе, это Джулс.

– Просто Джулс? – улыбнулся Люк, но пожал мне руку. Я растянула губы, стараясь, чтобы это выглядело очаровательно. Позже я увижу, что на некоторых фотографиях моя улыбка будет похожа на оскал, слишком широкая и неестественная.

– Приятно познакомиться, – проблеяла я.

– Она из России, и у неё сложная фамилия, – объяснил Тони. На самом деле это было не так. Да, не очень привычная англоязычному человеку, но вполне удобоваримая. Тони никак не мог её запомнить.

– О, так вы русская? – вдруг заинтересовался Люк.

– Да.

– То есть прямо из России? Вы не живёте здесь?

– Я недавно приехала, чуть больше месяца назад.

– Прекрасно! Это просто удача! Тони, и ты скрывал её от меня? Ты же знаешь, что мне очень нужен консультант…

– Люк снимает сериал, в котором одна из семей русская, – объяснил мне Тони. – Он хочет добиться максимальной достоверности.

– Да, верно. По сценарию они и живут в России, но мне не хватает деталей быта. Так что не теряйтесь, Джулс, мне может понадобиться ваша помощь. А пока скажите, это правда, что вы всегда говорите долгие речи, прежде чем выпить?

– Эм… Не всегда. Если это торжественное мероприятие… – начала было я, но тут Тони перебил меня:

– Извини, Люк, но я вон там вижу мистера Хаммера, и мне очень нужно обменяться с ним парой слов. – Тони подхватил меня под локоть и повёл прочь, бросив через плечо: – Ты можешь позвонить и получить консультацию. Мой номер ты знаешь.

И Тони увёл меня к следующей группке людей.

– Чёрта с два он что-то от нас получит, – проговорил он раздражённо. – Люк отказал мне в роли в своём новом сериале, так что пусть не надеется на помощь.

– Ты пробовался на роль к нему?

– Да, но старый дурак сказал, что у меня внешность неподходящая. Я ему по типажу не подхожу.

– Но ведь в сериалах столько персонажей! Неужели совсем ничего не было?

– Было – немой посудомойщик, который не произносит ни одного слова и появляется от силы в трёх эпизодах по пять минут, а потом его убивают. Им нужен парень с испанскими корнями. – Тони скривился. – Пусть поищут среди начинающих, с этой ролью справится даже настоящий мойщик.

Мы сделали крюк, пока Тони посвящал меня в тонкости кинобизнеса.

– Надо уметь набить себе цену, Джулс, – говорил он мне. – Я понимаю, что сейчас за один вечер он мог бы получить все ответы на свои вопросы. Но какой нам от этого прок? А так, вы, может, ещё встретитесь. А связи значат очень много, поверь мне. Я делаю вид, что дружу с Брэдом, не просто так…

Я кивала, не совсем понимая, какой мне-то прок от того, что я ещё встречусь с тем болтливым дядькой, который не дал роли Тони.

Мы ходили от группы к группе, здоровались, перекидывались парой фраз. Везде вызывала ажиотаж моя национальность.

– О, Тони, я знала, что ты большой оригинал, но выписать жену из России! – какая-то пожилая элегантная женщина игриво шлёпнула Тони по руке. С трудом, но я всё-таки признала в ней актрису второго плана. Она часто мелькала в сериалах в эпизодических ролях. Позже, когда я буду пытаться припомнить гостей вечеринки и начну