Изо всех сил - Алексей Николаевич Котов

Я закурил, отлично понимая, что утром мне придется выслушать гневный монолог проводницы вагона. Я рассуждал примерно так: хорошо, допустим, я бы сам придумал, что Бог есть любовь. Но в таком случае я каждый день говорил бы Наташке «я тебя люблю». Ведь человек – по крайней мере, благородный человек, – должен помнить Бога, если он знает, что Бог есть. Но я-то всегда считал, что слова любви – не мелкая, разменная монета. И я знал одного человека, который за долгие годы только один раз признался в любви жене, а потом погиб, спасая ее от трех мерзавцев.

Значит, не я придумал, что Бог есть любовь?.. Но я все-таки понял это. Понял и принял. Но принял как?.. Вот в чем главный вопрос.

Наверное, я уже усыпал и колеса поезда стучали: все-так, все-так, все-так…

Точный ответ на главный вопрос я не знаю до сих пор…

Одна команда

1.

Старую, разбитую машинами и размытую дождями трассу гонщики называли «корытом».

– Сто метров, влево сорок, спуск тридцать пять!.. – Леночка на секунду оторвала глаза от карты.

За лобовым стеклом машины, почти на уровне глаз, промелькнули корни сосны в желтой, высокой осыпи обочины. Мощный «внедорожник» взревел, набирая обороты на пониженной передаче. Машину резко подбросило. Осыпь вдруг резко провалилась вниз и словно из-под земли вынырнули верхушки густого ельника.

– Двести метров, вправо десять, подъем двадцать пять… Нас заносит!

– Вижу… – сквозь сжатые зубы процедил Сашка.

– Прижмись вправо.

– Не командуй!

– Сто пятьдесят, влево сорок…

«Корыто» выдало очередную рытвину. Леночка стукнулась шлемом о лобовое стекло.

– Саш, ты как хочешь, а я шубку у Людки все-таки куплю, – вдруг выпалила она.

– Снова за свое, да?!.. – Сашка рванул руль влево. – Сколько можно говорить на эту тему?

– Все женщины, как женщины, одна я без шубки, как дура! – обиделась Леночка.

– Карта!.. – взвыл Сашка.

– Пятьдесят метров, спуск сорок, вправо девяносто…

Овраг перед финишем был похож на ловушку. Сашка вдруг услышал, как скрипнули его зубы… Пот заливал глаза, а шлем казался тяжелым и ненужным, как колода.

– Все равно я куплю эту шубку, – твердо сказала Леночка.

– А-а-а, черт!..

Огромная сила инерции рванула машину в сторону и приподняла левые колеса над дорогой.

– Вот увидишь, куплю!.. Тридцать метров, влево девяносто, подъем сорок.

Сашке удалось почти невозможное – он удержал машину и прошел последний поворот по-каскадерски удерживая машину на двух колесах.

Тренер Паша Елкин стоял на финише. Он счищал грязь с сапог палкой и хмуро посматривал на проскакивающие мимо машины.

Сашка затормозил и устало откинулся на спинку сиденья.

– Опять вторые, – выдавил он.

– Если бы!.. – сказала Леночка. – Мы не можем позволить себе купить мне шубку даже из вторых рук.

2.

– Если мы не возьмем первого места в Эженсю, нас всех просто спишут, – Паша Елкин внимательно рассматривал хмурые лица гонщиков. – Больше одного экипажа послать туда мы не можем. Завтра последний заезд. Карты трассы получите перед стартом.

Гонщики переглянулись… Паша Елкин опять менял трассу, но сделать из нее что-то более трудно проходимое казалось уже невозможным.

– Эженсю – просто семечки!.. – пошутил кто-то.

3.

Сашка закончил ужин и вошел в зал. Сияющая от счастья Леночка сидела на полу рядом с диваном. На диване, во всей своей вызывающей и пышной красоте, раскинулась шубка.

– Ну, и откуда деньги? – спокойно спросил Сашка.

– Я отдала только половину, – торопливо пояснила Леночка. – Людка согласилась подождать.

– Ясно, – Сашка улыбнулся. – Завтра мы выиграем в «Спортлото»?

Леночка покраснела.

– Я не могу без шубки! – закричала она. – Понимаешь ты это или нет?! Как только я увидела ее не Людке, я сразу поняла, что это моя шубка.

– Вот и ограбила бы ее в темном подъезде.

– Дурак!

Сашка пожал плечами и ушел в спальню.

4.

…Стрелка часов показывали половину третьего ночи. Леночки рядом не было. Сашка встал, прошлепал босыми ногами на кухню и жадно выпил стакан компота.

Леночка спала в зале, на диване, в обнимку с шубкой. Женские пальчики нервно вздрагивали и то и дело жадно сжимали мягкий мех в кулачки.

Сашка остановился рядом и долго рассматривал счастливое лицо жены. Кот Изюм мирно дремал на стуле. Сашка улыбнулся и взял кота на руки. Изюм доверчиво мурлыкнул. Сашка положил кота на шубку рядом с незнающей покоя рукой Леночки и ушел в спальню.

Через пару минут из зала донесся возмущенный вопль Изюма. Женская рука все-таки добралась и до кота.

– Ты еще тут разлегся! – возмущенно сказала Леночка. – И, между прочим, на чужой шубке.

На пол шлепнулось что-то тяжелое. Сашка тихо засмеялся и уткнулся носом в подушку…

5.

– Главное, пройти трассу, – Паша Елкин заложив руки за спину, расхаживал перед выстроившимися на старте машинами. – Тот, кто пройдет ее здесь, получит отличный шанс в Эженсю.

Леночка стояла за спиной Сашки и рассматривала карту маршрута.

– По машинам!

Леночка подняла круглые, полные страха, глаза и посмотрела на Сашку.

– Боже мой, это же не трасса, а самоубийство, – прошептала она.

Сашка молча сел в машину. Перед тем, как завести двигатель, он проверил ремни безопасности Леночки.

– Шляпку надень, – пошутил он.

Леночка надевала шлем, не отрывая глаз от карты…

6.

– Пятьдесят метров, влево девяносто!.. – Леночка вдруг с ужасом поняла, что ее штурманские команды опаздывают. – Подъем сорок!

«Внедорожник», казалось, крутился на одном месте, и только пейзаж за окнами менялся с жуткой, калейдоскопической быстротой.

– Пятьдесят, вправо семьдесят!.. Спуск!

Сашка пошел на спуск, не зная угла его наклона.

– Влево сорок!..

«Пятерка» Мишки Дорохова стояла, уткнувшись носом в сосну. Леночка успела заметить краем глаза, как сзади и чуть ниже нелепо сползает боком с трассы «тройка» Володи Семушкина.

– Подъем тридцать!..

Машину швырнуло в сторону. Леночка ударилась затылком о подголовник.

– Карта! – рявкнул Сашка.

Карта ускользала из рук Леночки и плыла, словно в тумане.

– Сто, влево пятнадцать, спуск пятьдесят!

– Ты с ума сошла!.. Сколько спуск?!

– Пятьдесят…

Сашка бросил быстрый взгляд на Леночку.

– Говори!.. – прохрипел он.

– О чем?!

– О шубке!..

Почти перед самым капотом машины вдруг выросла сосна.

– Мамочка!.. – закричала Леночка и тут же перешла на истошный визг. – Шу-у-уб-к-а-а-а!!..

Машина совершила немыслимый кульбит и нырнула вниз, как в бездну.

– …У-у-уб-ка-а-а!!.. – на какое-то мгновение Леночке показалось, что внутри ее стало пусто, как в бочке. – Сашенька, родненький, вправо сорок!.. Подъем двадцать!

– Я из тебя сейчас сделаю «шубку»! – Сашка со злостью смотрел на прыгающую перед