Чужая жена - Хельга Дюран

— Ладно, я не так выразилась. Я не пытаюсь сделать из тебя негодяя, тем более, что пока всё нормально. Просто прими к сведению.

— Принял уже. Пощекочем нервы прямо сейчас?

Хохоча, как пацан, Барсов повалил меня на землю и поцеловал, расстёгивая на мне кофту.

— Только нервы? — тоже рассмеялась я, помогая ему снять с себя джинсы и трусики. — Ты не боишься, что нас увидят?

Я приподнялась на локтях и с опаской осмотрелась по сторонам.

— Тут никого нет, не придумывай! Хочу тебя, пиздец! Оль, я не могу ждать до дома. Я очень соскучился. Это будет… Романтично и незабываемо.

Я шлёпнула себя по голой ляжке, прикончив комара. Романтика хренова!

Барсову какие-то там комары были до фонаря. Он широко развёл мои ноги в стороны и принялся неторопливо вылизывать меня. Я откинулась на спину и закрыла глаза, отдавшись во власть его горячих губ и твёрдого влажного языка. Мне удалось расслабиться и настроиться на нужный лад.

Возбуждение быстро овладело мной, но на сей раз оно не было диким, животным, пожирающим изнутри. Барсов всё делал чувственно и неторопливо, передавая мне вместо огня сладкое томление. Подготовив мою звезду, он приспустил штаны и сел, усаживая меня верхом на себя.

Я с удовольствием опустилась на его вздыбленный член, впуская его глубоко в себя.

— Вот так, моя девочка! — выдохнул Демид, туго заполняя меня собой.

Сейчас он не руководил процессом, как обычно это делал, предоставив инициативу мне. Я двигалась в своём темпе, упиваясь собственными ощущениями, и это было потрясающе!

Негромко постанывая, я кайфовала от Барсова, как от мужчины. Вот что значит наслаждаться им?

Демид ласкал мои обнажённые бёдра, целовал шею, пока я, уйдя в омут желания с головой, скользила по его прибору, ища удовлетворения.

Это длилось довольно долго, да мы никуда и не торопились. Раз за разом я возносилась на вершину блаженства, прикусывая мужское плечо, захлёбываясь собственным восторгом. Соглашусь с Демидом — это было незабываемо.

Уставшие, но сытые и довольные, мы одевались, когда я случайно увидела в лесу какое-то движение. Я испуганно всмотрелась в зелёную рябь, но ничего не смогла разглядеть. Ещё во время нашего соития с Барсовым я ощущала на себе чей-то взгляд, но мне было слишком хорошо, чтобы отвлекаться. А сейчас я испугалась оттого, что нас с Демидом могли видеть в таком непристойном виде.

— Оль, всё в порядке? — окликнул меня Демид, заметив моё беспокойство.

— Мне кажется, там кто-то есть, — показала я рукой на невысокий кустарник, росший по краю леса.

— Пойду проверю.

Демид окликнул Джека, и они вдвоём отправились в кусты. Мне оставалось только ждать и гадать, да ещё молиться, чтобы мне показалось, что в кустах притаился наблюдатель. Демид вернулся через несколько минут, показавшимися мне вечностью.

— Там никого нет, Оля, — уверенно сказал Демид. — Даже если и был, тебе не похер?

Мне было похер только в одном случае, если это не Андрей. Иначе я ему в глаза смотреть не смогу.

Я уже решила, что прекращу с ним общение, чтобы избежать недопонимания со стороны Демида, но для этого мне нужно ещё раз встретиться с парнем, чтобы все ему объяснить. Мне и самой хотелось увидеть Андрея напоследок. Может, конечно, Барсов разрешит нам дружить, если сам с ним познакомится, но вероятность этого была равна нулю.

31. Ольга

Остаток дня мы провели в спокойствии, без срачей и выяснений отношений. Это вселило в меня надежду, что между нами не всё потеряно. Очень тяжело было себя контролировать, прокручивая в голове фразы, перед тем, как их произнести вслух. Я не знаю, фильтровал ли базар Демид, но наши диалоги стали более или менее похожи на человеческие.

К вечеру небо затянуло тучами и зарядил сильный дождь. Похолодало настолько, что Демид попросил Павла Кузьмича растопить камин. Я не отходила от Барсова ни на шаг, осторожно выспрашивая у него о том, о сём, окольными путями выпытывая информацию об особняке, до трясучки боясь, что он посчитает меня меркантильной шкурой. Он отвечал расплывчато и односложно, так что я ничего толком не разведала.

Барсов не раз заверял меня, что всё будет хорошо, и я понимала, что не вытяну из него слишком много информации, но мне так хотелось конкретики, несмотря на то, что рисковала снова посраться с ним.

В гостиной было очень уютно и тепло. Я закуталась в плед и залезла с ногами на диван, свернувшись клубочком, пока Демид подбрасывал в камин дрова. Романтично, чёрт побери!

— Можем посмотреть какой-нибудь фильм, если хочешь, — предложил Демид, задумчиво глядя на огоньки в камине.

— Не хочу тратить время впустую, Демид. Давай лучше поговорим?

— А давай выпьем, Лёля?

Он повернулся ко мне, обдав меня каким-то до жути пытливым взглядом.

— Не лучшая идея. Сам знаешь, когда я пьяная, язык отключается от мозга.

— Знаю, поэтому и предлагаю. Может, я наконец готов выслушать то, что у тебя на сердце?

— Уверен, что готов? Это какая-то очередная проверка? — напряглась я.

— Нет, — рассмеялся Барсов. — Я заметил, что мы совсем не знаем друг друга. Ты считаешь меня злым дядькой, я тебя лицемерной шкурой…

— Что? — оскорбилась я до глубины души. — Да как ты можешь? Не противно меня трахать?

— Нет. Очень даже приятно, — Барсов заржал, видя моё расстроенное лицо. — На честность не обижаются.

— Да? Представляешь, я тоже о тебе не лучшего мнения. Злой дядька — слишком ласково звучит.

— О-о-о! Я пошёл за выпивкой! Ты что будешь, куколка?

— Без разницы. Всё бухло одинаково противное на вкус.

Демид ушёл в кухню, а я устало опустила голову на руки. Барсов прав, нам необходимо выговориться друг перед другом без фильтров, но что если мы снова поругаемся? Я боялась этого больше всего на свете. Я устала жить в постоянной конфронтации с ним, но и разговаривать, взвешивая каждое слово по несколько раз, было невыносимо. От постоянного напряжения меня уже трясло.

Оттого