Нянечка для соседей - Лили Голд

— Вовсе нет, — соглашается он. — Он твой работодатель. И он не должен так обращаться со своими работниками.

— На самом деле меня расстроило не то, что он сказал. — Я беру тюбик губной помады и смотрю на этикетку на дне. Крутая сучка. Это, точно. — Я не постояла за себя и ничего не сказала в ответ. Просто извинилась, а затем убрала весь его дом. Я сделала для него кучу работы по дому, Бенни. Такое чувство, что снова стала десятилетним ребенком, пытающимся произвести впечатление на какого-нибудь тупоголового приемного родителя. — Я вздыхаю, откладывая помаду. — Я ненавижу, когда делаю это. Не понимаю, почему я совершенно не способна постоять за себя. Я такая слабая.

— Ты не слабая, — усмехается он. — Приют может испортить тебя во многих отношениях, но он определенно не сделает тебя слабой. — Он делает глоток розового вина, затем смотрит на меня поверх своего бокала. — Ты настоящий бриллиант, детка.

— С каких это пор? Назови хоть один случай, когда кто-то был груб со мной, и я не превратилась в гребаный изюм. Я ненавижу эту часть себя. Я больше не испуганный, застенчивый ребенок, я взрослая женщина. Но все еще так отчаянно хочу нравиться людям. При любом признаке конфликта я становлюсь абсолютно покорной. Это отвратительно.

Внезапно раздается властный стук в мою входную дверь. Я хмурюсь, глядя на Бенни.

— Ты ведь не заказывал еще пиццу?

Он качает головой. Пожав плечами, я, спотыкаясь, подхожу к входной двери и открываю ее. Себастьян стоит в прихожей, одетый в костюм цвета морской волны, и держит в переноске спящую Ками.

— Ох. Это ты. — Я опираюсь на дверной косяк, моя голова слегка кружится от вина. — Что такое?

— У меня срочное совещание. — Он вкладывает переноску мне в руки. — Мне нужно уехать в офис.

Я смотрю на Ками сверху вниз. Она одета в маленькую розовую детскую кофточку с изображением овцы. Пока я смотрю, она сонно ворочается, открывая и закрывая рот, словно маленькая рыбка гуппи.

Мой первый инстинкт — сказать «да, конечно, нет проблем, увидимся позже». Но Бенни издает разъяренный звук позади меня, и вспоминаю о себе. Я качаю головой.

— Я не буду присматривать за ней сегодня вечером.

Себастьян выглядит озадаченным.

— Что?

— Я занята.

Он пристально смотрит на меня.

— Это чрезвычайная ситуация. Ты не можешь отменить свои планы? Разумеется, я заплачу тебе.

Во мне вспыхивает раздражение.

— Тебе даже не пришло в голову сначала спросить меня?

— Ну, я… — Он смотрит через мое плечо на Бенни. Его лицо становится холодным. — Что ты делаешь такого важного?

— Я собираюсь погулять.

— Бет. У нас возникла огромная проблема с инвестором. Если я не исправлю ее, он может полностью выйти из проекта.

Я пожимаю плечами.

— Отлично. Но это не имеет ко мне никакого отношения, не так ли? — Я возвращаю ему переноску. — У меня тоже есть своя жизнь. И я не собираюсь присматривать за ребенком, в состоянии алкогольного опьянения.

— Ты что, пьяна? — говорит он в ужасе.

Это бесит меня еще больше.

— Почему ты заставляешь меня чувствовать себя виноватой из-за этого? У меня выходной! Я не сижу просто так в своей квартире, дежурю по вызову и жду, когда ты щелкнешь пальцами!

— Но…

— Я твой сотрудник с восьми до семи, пять дней в неделю, — твердо говорю я. — После этого ты не можешь указывать мне, что делать. Если тебе нужно, чтобы я осталась сверхурочно, ты должен заранее сообщить мне об этом и попросить моей помощи. Ты не можешь просто постучать в мою дверь и потребовать. Я работаю сверхурочно без всякого предупреждения. Я не твоя жена. Этот ребенок — не мой. То, что я удобно живу в вашем доме, еще не означает, что я твоя постоянная слуга. Ради Бога, возьми на себя хоть какую-то ответственность за свою собственную дочь.

Он смотрит на меня, открыв рот. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать Ками в щеку, затем выпрямляюсь, пристально смотрю на него и закрываю дверь перед его носом.

— Что за придурок, — говорит Бенни позади меня. — Я больше не считаю его сексуальным.

— Он высокомерный ублюдок.

— Такой высокомерный, — соглашается Бенни. — Держу пари, он дрочит перед зеркалом и подмигивает своему отражению, когда кончает.

— Я ценю, что ты пытаешься поддержать меня, но мне не хочется думать о том, что мой босс дрочит.

Он переворачивается на живот и изучает меня.

— Он тебе нравится, — тихо говорит он, кудри падают ему на лицо.

Осознание обрушивается на меня, словно волна. Он прав. Себастьян суров, холоден и груб. И он до сих пор почему-то мне нравится.

— Ну что ж. У меня действительно есть привычка любить людей, которые относятся ко мне как к дерьму. Возможно, я в шаге одного грубого письма от того, чтобы влюбиться. — Я прислоняюсь к двери, странная смесь вины и ненависти к себе скручивается у меня внутри. — Я жалкая.

Бенни издает печальный звук в глубине своего горла.

— Иди сюда. — Я подхожу к кровати, и он притягивает меня в свои мускулистые руки, крепко обнимая. — Ты не жалкая. Я люблю тебя.

— Ты мне тоже очень нравишься, — шепчу я, и он фыркает, подталкивая меня к шкафу.

— Ладно. Выпей еще, надень красивое платье, и мы пойдем в клуб. Поверь мне: через час ты совсем забудешь об этом придурке.

ГЛАВА 28

БЕТ

Сорок минут спустя мы выходим из метро на мокрые лондонские улицы.

Сегодня вечер пятницы, а это значит, что ночные жители уже во всю заполнили город. Улицы забиты пьяными, кричащими и смеющимися студентами, которые сжимают в руках пиво и закуски. Бенни берет меня за руку и ведет через пару улиц к шикарному ночному клубу, которого я никогда раньше не видела. Он выглядит на удивление шикарно: стены зеркальные, а вход отделен красными бархатными веревками. Над зданием висит ярко-синяя неоновая вывеска, со словом «TEASE»[20].

Мы присоединяемся к небольшой очереди девушек, выстроившихся снаружи. Когда подходит наша очередь, вышибала подсвечивает фонариком наши удостоверения личности.

— Вы на шоу? — ворчит он.

Бенни кивает, доставая из кармана распечатанные билеты. Я пытаюсь наклониться и заглянуть, но слишком темно, чтобы прочесть, что на них написано. Парень кивает,