Нянечка для соседей - Лили Голд

Это Бет. Она выглядит невероятно в обтягивающем красном платье, которое подчеркивает ее изгибы. Она здесь, за одним из гостевых столиков, держится за руки с горячим чернокожим парнем, которого я никогда раньше не видел, с напитком, поднесенным на полпути ко рту.

И она смотрит прямо на меня, ее накрашенные красным губы приоткрыты от ужаса.

Вот черт.

ГЛАВА 30

БЕТ

О мой Бог.

Я в шоке смотрю на Сайруса, а он смотрит прямо в ответ, широко раскрыв глаза и испуганно, как кролик, попавший в свет фар. На секунду я думаю, что он и правда может убежать. Он выглядит так, будто хочет исчезнуть с лица планеты. Что странно, потому что, насколько я знаю, он никогда не выглядел настолько сексуально.

Стоя под ярким светом, его мускулистое тело блестит от масла и покрыто капельками пота, на нем только обтягивающие трусы… у меня изо рта течет слюна. Мои трусики влажные. Бедра сжались вместе. Я не могу отвести взгляд.

Вспыхивает свет, и Сайрус без труда возвращается к своей кокетливой персоне. Он вышагивает вперед, подмигивая толпе, а затем делает сальто назад, кувыркаясь по сцене, словно профессиональный черлидер. Другие мужчины хватаются за промежности, подпрыгивая вместе с музыкой, все они танцуют совершенно синхронно.

Бенни кричит рядом со мной, и я откидываюсь на спинку кресла, делаю еще один глоток своего напитка и позволяю себе погрузиться в шоу.

Следующие сорок пять минут проходят словно в тумане. Я никогда еще не получала столько удовольствия от ночных тусовок. Сет довольно длинный; я насчитала не менее семи песен. Иногда ребята танцуют все вместе, а иногда выступают сольно. Для одного номера, который назывался Намочи меня, на сцену вывели танцовщицу. Она и один из парней исполнили практически порнографический танец в квадратном бассейне. Вода струями стекала по их почти обнаженным телам, когда они подбрасывали и толкались друг о друга. Они заканчивают номер насквозь промокшие и задыхающиеся. Как и большинство зрителей.

— Черт, — бормочет Бенни, когда они встают и кланяются. — Я хочу трахнуть их обоих?

Я ничего не говорю, мои глаза прикованы к Сайрусу, когда он неторопливо возвращается на сцену, одетый в пару узких кожаных штанов.

Финалом, конечно же, является «Pony»[26]. Как только толпа узнает мелодию, все сходят с ума. Ребята делают все возможное. Некоторые втирают детское масло в свой обнаженный пресс. Некоторые делают сальто. Некоторые опускаются в первый ряд и начинают заигрывать с девушками. Парень без рубашки висит на качелях, вращаясь в такт музыке, когда его спускают с потолка. Мигают огни, мерцают стробоскопы, дым большими клубами стелется по сцене. Когда последний такт песни наконец затихает, я разгорячена и раскраснелась. Все мое тело поет. Я поднимаю свой бокал и перекатываю его по груди, затем прижимаю к щеке.

Ведущий выбегает обратно на сцену, оглядывая нас с ухмылкой.

— Итак, дамы! — кричит он. — Перерыв! Закажите еще немного напитков, позвоните своим парням и сделайте все возможное, чтобы остыть. Мы вернемся через несколько минут!

— Будет еще одно выступление? — спрашиваю я, наполовину в ужасе. Я не знаю, смогу ли я вынести еще что-нибудь. Бенни просто хихикает рядом со мной. В зале зажигается свет, и парни разбегаются. Некоторые из них направляются за кулисы, другие уходят в зал, чтобы присоединиться к сидящим женщинам.

Сайрус остается на сцене, осматривая ряды столов. Наши взгляды снова встречаются, и от выражения его лица у меня холодеет в животе. Его очаровательная улыбка исчезла, и теперь он выглядит обеспокоенным. Расстроенным. Встревоженным.

Чувство вины переполняет меня. Черт. Я все испортила. Мне не следовало оставаться и смотреть, как он танцует, мне следовало пойти домой. Есть причина, по которой он держал свою работу в секрете от меня; он не хочет, чтобы я знала, что он здесь работает. Одно дело раздеваться перед кучей незнакомцев каждую ночь, но это, должно быть, совершенно другое чувство, когда делаешь это перед кем-то, кого ты знаешь. Если бы мы поменялись местами, я была бы в ужасе от его реакции. Я бы испугалась, что он расскажет об этом другим людям или осудит меня. И не похоже, что он мог просто уйти со сцены, увидев меня. А это значит, что я, по сути, только что вынудила его сделать что-то, из-за чего он почувствовал себя очень неловко. Дерьмо.

Пока я смотрю, он поворачивается и уходит за кулисы.

— Мне нужно в туалет, — бормочу я Бенни, вставая. Мне нужно поговорить с Саем. Мне нужно все прояснить.

Бенни кивает.

— Я собираюсь… выпить еще.

— Не сомневаюсь.

Я прохожу через темный, шумный клуб, проскальзывая мимо столиков и толпы девушек, сжимающих в руках свои напитки. Когда я прохожу мимо сцены, один из танцоров, смешивающихся в толпе, ловит мою руку и победно улыбается мне, дразняще проводя пальцами по своему прессу. Он сверкает под слабым светом. Я уверена, что он весь в блестках.

— Эм, простите, может быть, позже, — лепечу я, затем бросаюсь к ближайшей двери.

Она ведет в темный коридор с выкрашенными в черный цвет стенами. Девушки в крошечных платьях и туфлях на шпильках выстраиваются в очередь в туалет, поправляя макияж и громко болтая о шоу.

— Ты видела того парня, Ромео? — слышу я, пытаясь проскользнуть мимо них всех. — Он тот парень с плакатов, верно?

Несмотря на то, что я чувствую себя плохо, я не могу сдержать смешок, который поднимается внутри меня. Я не могу поверить, что сценическое имя Сая и правда Рэнди Ромео.

— Он ооочень горячий, — продолжает девушка. — Все парни умеют танцевать, но у него есть харизма, понимаешь?

— Это из-за его улыбки, — вздыхает другая девушка. — Надеюсь, он выберет меня для приватного танца. Я собираюсь полапать его кубики.

Я протискиваюсь мимо них к двери в самом конце коридора. Перед ней стоит мускулистый охранник и листает свой телефон. Я заглядываю мимо него. На двери прикреплена табличка с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ». Она слегка приоткрыта, и я слышу доносящуюся изнутри болтовню низких мужских голосов.

Я улыбаюсь охраннику.

— Эм, это раздевалка для парней?

Он вздыхает, скрещивая руки на груди.

— Послушайте, мисс, я все это слышал. Я знаю, что ты не встречаешься ни с кем из них, и даже если бы ты встречалась, мы действительно не хотим, чтобы вы делали минет своему парню в душевых для сотрудников.

Мое лицо краснеет.

— Я не хочу проникать сюда тайком! Или, гм,