Игры кошачьей богини - Ирина Игоревна Фельдман

Эх, Даньку бы моего сюда! Малой бы пищал от радости. Здесь столько статуй, барельефов с древними сюжетами и всего-всего, что глаза разбегаются. Да я сама была готова разорваться на несколько Варь, лишь бы хоть немного постоять у каждого экспоната. Но я-то сюда не за этим пришла.

В первом зале, посвящённом Древнему Египту, я просто офигела от количества артефактов. Помимо мелочовки вроде той, что привезли в наш музейчик, тут были бюсты фараонов, саркофаги и мумии. Настоящие засушенные человеческие трупы! Фу-фу-фу!

Ладно, я не из пугливых. Ищем кошку. Кис-кис-кис, зараза ты этакая!

О, кошачья мумия, больше всего похожая на кеглю, чем на животное. Не то, но уже теплее.

– Простите, сэр?

Я обернулась на голос. На меня пялился интеллигентного вида мужчина лет сорока пяти – пятидесяти с короткой рыжеватой бородой.

– Вы что-то ищете? – спросил он с долей усталости и недовольства.

А, точно. Я же, в отличие от других посетителей, мечусь как угорелая.

– Э… Просто…

– Если вы ищете Розеттский камень, то вы прошли мимо, – джентльмен сделал лёгкий взмах тростью по направлению к стенду с большим тёмным куском плиты.

Ох, не фиговый такой камешек. Мне почему-то казалось, что он поменьше будет…

– Потрясающая штуковина, только я ищу кое-что другое. Вы не видели здесь кошку?

– Кошку? – тот даже всю суровость растерял.

– Чёрную, с жёлтыми глазами. Не живую, конечно, и не мумию. Статуэтку.

Он ответил не сразу.

– Здесь есть бронзовая статуя. Это не единственный зал с египетской экспозицией, можете попытать счастья в других. Древние египтяне любили кошек.

– Ну вдруг видели. Каменная, маленькая такая. – Я пощёлкала пальцами, что было весьма непросто сделать в перчатках. – Богиня Бастет. Двадцатая династия, кажется.

Бородатый джентльмен приблизился ко мне вплотную.

– Разумеется, это не моё дело, однако ж позвольте полюбопытствовать. Для чего вам понадобилась эта кошка?

То ли у меня паранойя, то ли дяденька и впрямь подозрительный.

Не поверит же, если скажу, что всего лишь хочу позырить на диковинку.

Я тягостно вздохнула, чтобы выиграть время для подбора слов.

– Наверное, моё объяснение вам покажется странным, но вы сами хотели это знать. От этой статуэтки зависит моя жизнь.

– Вы видели её раньше?

– Да.

– Не здесь.

– Точно! Вы что, мысли умеете читать?

– Чего не умею, того не умею, – он вдруг огляделся. – И знаете, сэр, вам лучше признаться, где вы её видели.

Так, а с наездами со мной не надо разговаривать, я этого не переношу.

– Вы мне угрожаете?

– Если вам будет угодно, скажу прямо. Ваше нежелание отвечать на мои вопросы может привести к тому, что вас задержит охрана, и в случае вашего упрямства вами займётся полиция.

Ух, как всё серьёзно! Из всей этой кучи-малы я понимала только то, что не хочу снова угодить в кутузку.

– Ну подождите! Давайте разберёмся как нормальные, адекватные люди. Начнём с вас. Вы-то чего переполошились из-за кошки, будто она ваша собственность?

Во взгляде ярого защитника каменных животных вновь появилось высокомерие.

– Я профессор Пембертон, участник экспедиции, из которой был привезён сей артефакт, и поэтому имею полное право знать, что с ним произошло.

Как круто! Если найти к нему подход, от него может быть польза.

– Вы тот, кто мне нужен! – я едва не взвизгнула от счастья.

– Молодой человек, вы…

– Постойте… – до меня наконец-то начало доходить. – То есть вы тоже не знаете, где она?

Несколько секунд мы напряжённо играли в гляделки.

– Где вы видели её раньше? – профессор Пембертон не выдержал первым.

В краеведческом музее провинциального города России. Ах, да! Самое главное, в двадцать первом веке.

Нет, такое ляпнешь – и охрана в лучшем случае вышвырнет меня на улицу. Надо сначала прощупать почву.

– Профессор, вы верите в мистику?

Чесслово, у него щека дёрнулась.

– Вы не замечали за этой статуэткой ничего странного? – тем же загадочным тоном продолжила я. – Необычные происшествия. Изменения. Может, у неё глаза светились?

Мужчина сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

– Сэр, я уже было собрался выгнать вас взашей, но вам удалось меня убедить. Один из рабочих, египтянин, устроил в лагере переполох, крича, что Бастет гневается и от этого якобы пылают жёлтые глаза фигурки. Но проводник сказал мне и моим товарищам, будто это местный дурачок и обращать внимания на его истерику не следует. Один мой коллега тоже говорил о чём-то подобном, а позже опровергал свои же слова. Хм, где же вы могли её видеть? Вряд ли в Египте, я запомнил всех европейцев, бывших с нами в экспедиции. Да и вы бледны, как немощная девица, значит, не знакомы с тем климатом. Следовательно, вы были в хранилище, но кто дал вам допуск?

Вот Шерлок Холмс нашёлся!

– Да это неважно! Из-за этой кошки вся моя жизнь пошла наперекосяк.

– Сожалею, но не могу ничем помочь вам в поисках. Статуэтка исчезла из хранилища музея вместе с мумией царевны Неферпсут.

Что? Мироздание снова надо мной издевается?! Я этого не заслужила!

И что теперь делать? Ждать, когда статуэтка найдётся? Да её без камер наблюдения и дактилоскопической экспертизы будут годами искать. Мы с Беном не сможем столько терпеть!

– Я готов поучаствовать в расследовании! – в отчаянии выпалила я.

Заслужила скептический взгляд профессора.

– Вы что, детектив?

– Так, давайте я вам всё расскажу, – я постаралась придать себе наичестнейший вид. – Мне все говорят, что я Бенджамин Хант, сын банкира Арчибальда Ханта. Не верите, спросите у миссис Хант, она всё-всё про меня знает.

– То есть…

– Да, я потерял память, – назвала я официальную версию событий. – Джон, мой брат, говорит, что я, наверное, упал с лошади. У меня тогда действительно была несерьёзная рана на голове, но во всей этой истории много нестыковок. Последнее, что я отчётливо помню, – статуэтку и её светящиеся глаза. Тут поневоле в мистику поверишь!

– Сэр, если бы вы вспомнили, где видели артефакт, это бы ускорило поиски.

– Да вы что, шутите? Я себя-то не помню! Женщина, которая называет себя моей матерью, меня порой пугает. Она толпами таскает домой сомнительных врачей, они ж меня залечат до смерти!

Получила тростью лёгкий тычок по ноге.

– Будьте любезны, не шумите. На нас уже смотрят, – приглушённым голосом сказал профессор Пембертон. – Ваша история удивительна, и у меня нет оснований вам не верить. Так же как и нет оснований полностью вам довериться, – обломал он меня под конец.

Блин, какой несговорчивый мужик попался! В принципе, его можно понять. Музей обворовали, и тут я, такой сказочник, припёрся.

Надо быстро-быстро соображать. Так-так-так… А что же я