Сказки Лисы - Екатерина Началова

— Открылось сердце змея и увидел он, что перед ним вовсе не кролик, а маленькая беззащитная змейка.

— О, это хорошо, они одного вида, — я окончательно погрузилась в сказку. — И стали они жить поживать и добра наживать?

— Увы, не стали, — печально проговорил рассказчик. — На волшебную змейку положил глаз могущественный великан. Пришлось тому змею притвориться, что змейка ему не нужна, отвергнуть ее, и обмануть соперника. Только вот волшебная змейка ему уже не верила, — спокойно констатировал Ариас. — В руки больше не давалась. А великан взял и вообще стёр у ней все воспоминания о змее.

— Сурово! — заметила я.

— Лег змей на землю и умер от тоски. А змейка нашла другого и жила спокойно до конца своих дней, — невозмутимо закончил Ариас.

Я расстроенно пихнула его через плащ.

— Нет! Так неправильно! Почему он ничего не сделал!? У него же с памятью все нормально.

Ариас лениво зевнул.

— Если честно, я не помню, что он сделал. Надо думать.

— Они должны быть вместе, — негодующе заявила я. — Давай змей пришел к великану, укусил его и сказал: я - ядовитый, так что у тебя есть десять минут...

— Три минуты, — уточнил Ариас. Слышу по голосу, что он улыбается.

— ...три минуты, чтобы вернуть ей память. И тогда я дам тебе противоядие.

— Разорвал великан змея за первую минуту, излечил себя за вторую и стал жить долго и счастливо, — быстро завершил Ариас. — Не справиться змею с ним.

— Ладно, — я быстро придумала другой вариант. — Тогда так. Поцеловал он змейку и она что-то вспомнила. Поцеловал второй раз и она опять что-то вспомнила. Поцеловал в третий раз — и она вспомнила всё...

— ...а когда вспомнила, что он отверг ее, ушла прочь. Лег змей на землю...

— Ну нет же, Ариас! Я так не усну. Пусть он ей как-нибудь докажет свои серьезные намерения.

— Хорошо, я подумаю, над доказательством и дорасскажу тебе. Сейчас закрывай глаза и спи. Сладких снов, Лиса.

— Сладких снов, Ариас.

За окном все ещё раздавались истошные лисичкины вопли, когда я, пригревшись под его рукой, уснула.

Глава 27

Я проснулась на рассвете от звонкого чириканья за окном и обнаружила, что Ариас никуда не ушел. Наоборот, мы лежим практически вжавшись друг в друга, его бедро между моих ног, одна рука обхватывает меня за плечи, а вторая удобно расположилась на моем же поясе. Я тоже в долгу не осталась — обняла его за плечо и ногу удобно забросила на мужское бедро.

«Ой...»

Похоже кто-то ночью сам замечательно пригрелся и уснул от своей же сказки. Я не удержалась от улыбки. Ресницы закрыты, прекрасный Змей мерно дышит: спит.

Лежать с ним было так уютно, что шевелиться и двигаться категорически не хотелось. Поэтому я сделала вид, что продолжаю спать, млея в нежных крепких объятиях.

«Побуду так еще немного... Просто еще несколько совсем маленьких минуточек и начну вставать...»

Не знаю, на сколько минут это растянулось, но я лежала до момента, пока Ариас не пошевелился. Я мгновенно прикрыла глаза, сделав вид, что сплю. Услышала, как Змей вздохнул, почувствовала, что он убрал с меня руку и откинулся на спину. Только я решила, что свободна, как он вернулся в прежнее положение, заодно по-хозяйски прихватив меня за бедро в опасной близости от ягодиц.

Медлить уже было нельзя.

«Так... Понятно... Отступаем...»

Я осторожно пошевелилась, выпутывая ногу из-под мужской руки и потихоньку отползая, как его ресницы дрогнули.

Не открывая глаз, Ариас улыбнулся. Не успела я подумать, что мы сейчас весело посмеемся над тем, как уснули вместе, как он утянул меня обратно к себе, и легко нашел губами мои губы.

Я получила поцелуй.

Внезапный утренний поцелуй, теплый и до головокружения нежный. От неожиданности я замерла.

От неожиданности ли? Или замерла, потому что этого тоже желала? Губы у него такие, что хочется ещё...

— Куда поползла, моя змейка? — пробормотал Ариас и ткнулся носом мне в шею, втягивая воздух и одновременно нежно целуя кожу.

«Змейка?!»

Ахнула от остро-чувствительного касания, и мгновенно поняла, что он просто ещё не проснулся. Он думает, что целует другую. Ту, змейку...

— Ариас...

Наверное, в моем голосе было нечто такое, что он с недоумением приподнялся, посмотрел на меня, окончательно просыпаясь. Мгновение осознания, и Ариас разжал руки, быстро откатился в сторону.

— Ох, прости, Лиса! Я не успел проснуться, — он потряс головой. — Да и заснул с тобой случайно. Не испугал? Не обижаешься?

Явно растерянное лицо внушало уверение в том, что лорд говорил правду.

— Не обижаюсь. Я поняла, что ты не специально, — смущённо улыбнулась и приподнялась, слегка уязвленная резким отскоком.

Змей, кажется, даже покраснел.

— Можешь еще поспать, не буду мешать. Прости ещё раз, — он быстро поднялся, влезая в сброшенные башмаки, одарил меня поклоном и, захватив с собой тело убитой крысы с ножом, поспешно вышел.

Я осталась на кровати, потирая шею там, где остался невидимый отпечаток поцелуя. Щеки и губы горели.

«А может он назвал меня своей змейкой?»

В волнении откинулась на спину, судорожно соображая.

«Нет-нет... Он же сказал, что не успел проснуться. Действительно, не успел проснуться и перепутал. Да и у нас ничего такого не было, как в сказке, если только мне не стерли память. Ха-ха, очень смешно, Алиса. Ты-то точно всё помнишь. Давай не будем мнить себя пупом земли. Скорее всего ситуация гораздо проще: у него есть любимая, и сказка была про нее».

Обдумывая это, я все больше приходила к выводу, что Ариас не свободен. Волшебные детали в сказке он вставил для красоты, соль в том, что он обидел любимую и теперь думает, как ее вернуть. А таким иносказательным образом спросил у меня совета.

Да, скорее всего так.

«Занято сердце этого очаровательного Змей, Алиса... Поэтому у него и печальные глаза, поэтому и путает спросонья».

Я почувствовала огорчение от этой мысли и почему-то ревность к той глупой змейке. Понимаю, у человека с великородным не может быть ничего серьезного. Он ищет среди своих, нашел... А мне просто захотелось помечтать, ведь он такой...

Вздохнула. Поймала себя на мысли, что сижу прикрыв ладонью то место на шее, куда он впился губами. Держу, словно бабочку, чтобы она не улетела.

«Хватит!», — оборвала себя и медленно отвела ладонь, ощущая на коже утренний холодок. Сейчас эти случайные поцелуи испарятся.

А пока... Пока надо вставать и начинать обживаться. Обвела глазами комнату. При солнечном свете она выглядела всё ещё плохо, но уже не настолько мрачно. Конечно, с потолка и