Бурбон и ложь - Виктория Уайлдер

Быстрая поездка проходит в молчании. Между флиртом и вопросами, на которые нет ответов, я размышляю о том, как мне себя вести рядом с ней. Мне кажется неправильным пытаться вытянуть из нее правду, но я хочу знать, какого черта она делает в Фиаско.

— Жди здесь, — говорю я, выпрыгивая из машины.

Я открываю ее дверь, и она вопросительно смотрит на меня.

— Ты хотел, чтобы я подождала, пока ты откроешь мне дверь? Серьезно?

— Да, Лейни, серьезно.

Она соскальзывает вниз, и я сразу же делаю шаг назад. Если я буду стоять слишком близко, то совершу какую-нибудь глупость, например, сокращу дистанцию и поцелую эти чертовски красивые губы.

Голубые глаза смотрят на меня, и я клянусь, что они сверкают.

— Не хочешь пропустить по бокальчику на ночь?

Не знаю, почему это застает меня врасплох. Одно дело — флиртовать и провоцировать, но сделать шаг вперед и взять то, что я хочу… Я не знаю, как правильно поступить. Я так давно ни с кем не был не без причины.

— Я… эм… — Заикаясь, выдавливаю я, пока мы вытаскиваем ее сумки из грузовика.

— Все в порядке, если ты не хочешь. Я не обижусь, — игриво говорит она, ухмыляясь при этом.

Черт, что я делаю?

Она именно та женщина, которую я бы хотел, если бы верил, что наши отношения не закончатся пылающей катастрофой. Мы были бы огненной парой, в этом нет никаких сомнений. Кожа на ее шее трепещет в такт учащенному пульсу. Ее красные губы слегка приоткрываются, и я думаю о том, как бы мне хотелось, чтобы они слились с моими. Да, вероятно, она была бы лучшей из всех, кто у меня когда-либо был. Но я не остановлюсь на том, что просто трахну ее. И в этом вся проблема. Я игнорировал то, что не могу удержаться и не поискать ее по утрам, потом на винокурне, а перед сном смотрю, выключен ли ее свет. Я не перестаю думать о том, что привело ее сюда. Или о том, как я буду волноваться, если с ней не все в порядке, и она попала в настоящую беду.

Она опускает взгляд на свои нервно дрожащие пальцы, затем вздергивает подбородок и подходит чуть ближе.

— Я знаю, что приглашение выпить на ночь может означать многое, так что позволь мне прояснить это для тебя, Грант.

Она подходит еще ближе, и грязь и гравий под ее ногами делают звук ее шагов таким же громким, как они ощущаются.

— Ты начинаешь мне нравиться. Но всякий раз, когда я нахожусь рядом с тобой, я не могу понять, пытаешься ли ты уличить меня во лжи или трахаешь меня глазами.

Я смеюсь, прищуривая один глаз.

— А если и то, и другое?

Это правда. Она глубоко вздыхает, ее грудь медленно поднимается.

— Хорошо. Тогда я бы хотела, чтобы мы стали друзьями. — Но то, как она выдыхает и выдавливает улыбку, которая не касается ее глаз, заставляет меня ненавидеть идею друзей как таковых. — Что скажешь?

Я отрицательно качаю головой и стискиваю зубы. То, чего я хочу на самом деле, и разумный шаг — это совершенно разные вещи.

— Мне не нужны друзья, Лейни. — Сделав небольшой шаг назад, я прочищаю горло. Держать дистанцию — правильное решение. Мне нужно притормозить. Я потираю затылок, а когда снова смотрю на нее, она прикусывает губу, словно сдерживает смех.

Я наклоняю голову набок.

— Это забавно?

— Ты знаешь, как я обыграла тебя в покер?

Ее ухмылка превращается в широкую улыбку, когда она направляется к своему коттеджу.

Я жду, что она скажет еще что-то, но она продолжает идти к коттеджу, улыбка не сходит с ее лица. Она смотрит на меня так, будто все поняла.

— Ты собираешься мне сказать? — кричу я, поскольку она уже почти дошла до своего крыльца.

— Я вижу, когда ты врешь, Грант Фокс, — кричит она в ответ.

Расстояние между нами стало больше, но притяжение как будто только усилилось.

Я ухмыляюсь, глядя на ее самодовольное выражение лица.

— Правда?

Она кивает, наклоняя голову с яркой улыбкой.

Я играю с огнем, но, черт возьми, с ней так весело играть.

— Лейни, для меня никогда не будет достаточно быть твоим другом.

Ее глаза широко распахиваются, а губы слегка приоткрываются.

Мне требуется вся моя сила воли, чтобы отвернуться от нее. Мое тело противится каждому шагу, который приближает меня к входной двери. Я не оглядываюсь через плечо и не проверяю, погас ли ее свет до того, как погаснет мой, иначе я тут же брошусь обратно, прижмусь к ее губам и вытрясу всю правду из нас обоих.

Глава 18

Лейни

Таймер духовки звенит уже больше минуты, мой душ становится холодным, а я все еще смываю с волос кондиционер с рыжим оттенком. Сохранить клубничный оттенок волос оказалось сложнее, чем я ожидала, но мне он нравится. Он стоит того, чтобы за ним ухаживать. Торопясь выключить таймер, я забываю захватить пушистое розовое полотенце, висящее на вешалке рядом с моим шкафом.

Лай у входной двери — наименьшая из моих проблем, но он усиливает шум, а значит, усиливает тревогу и потребность, чтобы все это прекратилось. В последнее время я чувствую себя намного лучше от того, что меня окружает тишина. Раньше я наслаждалась городской суетой, но теперь я жажду тишины этого лета в Кентукки.

Я бросаю взгляд на часы, прежде чем замотать волосы полотенцем. Сейчас только 6:22 утра. С тех пор как я проснулась, у меня на повторе звучат лучшие хиты Этты Джеймс, чтобы поднять настроение после дерьмового ночного сна, вызванного огромным количеством размышлений.

Несколько дней назад я отправилась на фермерский рынок Фиаско и выбрала самый красивый на вид базилик и самые сладко пахнущие персики. Персики и тесто от «Crescent de Lune», от которого я не смогла отказаться чуть раньше на неделе, стали отличным способом отвлечься, когда я встала с постели. За этим занятием легко потеряться на некоторое время, а выпечка напоминает мне о папе.

Моя кожа все еще влажная, но я натягиваю хлопчатобумажные шорты и майку с пола, опять же, из-за этого забытого чертова полотенца. Я выключаю таймер, надеваю рукавицы для духовки и достаю открытый пирог. Джулеп сидит у моей входной двери, и ее виляние задницей и хвостом