Сердце в заложниках - Тесса Эмирсон

Вот только язык вяжется узлами от невысказанных слов, которые настойчиво рвались наружу на протяжении всего нашего долгого разговора. Произнести их у меня так и не хватает силы воли.

Делайла

Оуэн решает объехать пробку на окраине города по окружной трассе. Там затора почти нет, и пусть мы выигрываем всего лишь минут пятнадцать, для Оуэна легче провести время за активным вождением, чем за простаиванием в потоке еле двигающихся машин. Забавно, но как только выезжаем на окружную трассу, дождь заканчивается.

В какой-то момент раздается тихая мелодия телефона Оуэна. Он на мгновение отвлекается от дороги, чтобы принять вызов.

– Слушаю.

Его лицо немного мрачнеет от того, что он слышит. Я с трудом сдерживаю нетерпение, наблюдая за ним в попытках предположить, в чем дело. Наконец Оуэн кратко бросает «понял» и завершает вызов. Ничего мне не объясняя, он сворачивает на еще более свободное шоссе, ведущее в промышленные районы города.

– Куда мы? – настороженно спрашиваю я, всматриваясь в незнакомые здания промзоны.

– Кое-кто хочет увидеться со мной. – Оуэн говорит непринужденно, и это немного успокаивает. – Хорошо, что босс тоже спешит: встретимся по пути и разъедемся поскорее. Это ненадолго. Просто посидишь в машине.

Он останавливает Stinger на пыльной обочине, с которой, несмотря на прошедший ливень, поднимается целое облако пыли. Я смотрю в зеркало заднего вида и замечаю, как черный Chevrolet Tahoe с наглухо затонированными стеклами останавливается в двадцати шагах позади нас.

Из навороченного внедорожника неторопливо выходят четверо: двое мужчин в одинаковой черной одежде, молодая светловолосая девушка и мужчина на голову выше ее. Он одет в черное дорогое пальто, на правом запястье красуются строгие часы, с виду – платиновые. У незнакомца темные волосы с выбритыми висками, а на шее видна часть какой-то татуировки. В целом выглядит этот человек как-то… внушительно.

Оуэн опускает водительское стекло как раз в тот момент, когда мужчина подходит ближе. Его темные глаза тут же цепляются за меня в холодном, изучающем выражении. От этого взгляда мне становится ужасно некомфортно, но я не прячу свой и спокойно смотрю на незнакомца.

– Добрейший вечерочек, – выдает Оуэн в своей привычной манере. – Как жизнь, Хартман? Чем могу помочь?

Мужчина переводит на него такой же холодный взгляд и сдержанно говорит:

– Иди. С тобой хотят поговорить наедине.

Хартман разворачивается и отходит на несколько шагов назад, к багажнику Stinger. Я немного взволнованно смотрю на Оуэна, на что он ободряюще улыбается:

– Не переживай, это не долго. Посиди тут.

Он отстегивает ремень безопасности и выходит из машины. В его походке, лице и мелких движениях я не вижу ни капли напряжения. Это успокаивает и меня.

Ровно до того момента, когда Хартман открывает дверь с моей стороны.

– С тобой тоже хотят поговорить.

Сказать, что я растерялась, – это выразиться крайне благородно. Хартман стоит возле открытой двери, ожидая, когда я выполню требование. Первые несколько секунд я сижу на месте и не могу пошевелиться, а потом, действуя на каком-то внутреннем вызове, выхожу из машины. Что мне, на самом деле, забраться на задние сиденья и вопить о помощи?

Выпрямившись, я кидаю взгляд назад. Оуэн в этот момент подходит к людям около черного Tahoe и коротко кивает. Спустя пару секунд из внедорожника выходит еще один мужчина, крепко пожимает Оуэну руку и начинает тихую беседу. Он передает Паркеру тонкую папку с бумагами, а Оуэн быстро пролистывает ее, часто кивая. Интересно, неужели по делу, которым он занят, наконец есть весомые сподвижки?..

Мне не остается ничего, кроме как повернуться обратно к Хартману. Его черные волосы слегка спадают на левую сторону, а острый внимательный взгляд прикован ко мне.

– Кто эти люди? – тихо спрашиваю я, будто у этого человека есть хоть один повод меня не игнорировать.

Удивительно, но он отвечает:

– Глава вашингтонского отделения PJB и два агента класса A. Остальные – сопровождение.

Хартман отвечает так, будто я хоть что-то в этом понимаю. Возможно, делает это специально, чтобы лишний раз напомнить мне об обратном.

– А кто ты? – вырывается у меня еще более наглый вопрос.

Хартман – я так и не понимаю, фамилия это или действительно имя, – смеряет меня долгим, внимательным взглядом. В нем нет раздражения или насмешки.

Правда, отвечает мне не он.

– Наш руководитель.

Забавно, но Хартман от звука приятного женского голоса вдруг опускает взгляд в пыльную обочину.

Я оборачиваюсь назад, столкнувшись взглядом с невысокой светловолосой девушкой. Черты ее лица мгновенно напоминают мне об Оуэне, и я в оцепенении понимаю, что это та самая сестра, о которой он говорил совсем недавно.

Она смотрит на меня со смешанным выражением любопытства, настороженности и… сочувствия. Это напрягает сильнее всего.

Глава 14: Выстрел

Делайла

– Ангела Паркер. Можно просто Энджи.

В незнакомке борются напряжение и натянутая вежливость, она отчаянно старается быть доброжелательной.

– Делайла О’Коннорд, – зачем-то представляюсь я в ответ, хотя она, очевидно, знает меня.

Разговор так и застревает на самом неловком месте. Энджи смотрит на меня столь внимательно, что этот взгляд начинает напоминать сканирование. Что она пытается во мне найти? Что понять? Определить?

– Мне сказали… ты хочешь поговорить со мной, – сбивчиво напоминаю я, прерывая напряженное молчание.

Энджи задумчиво кивает, и я не знаю, как расценивать такой ответ.

Неожиданно, но меня выручает Хартман. Этот мрачный мужчина, полный изящной и опасной красоты, всего лишь немного откашливается, и Энджи будто приходит в себя. Она кидает на него строгий взгляд, а потом снова устремляет его на меня с легким прищуром.

– Оуэн рассказывал о тебе. Когда я клещами вытягивала из него информацию.

Интересно, насколько эта фраза шуточная и фигуральная?

– Решила познакомиться с тобой лично, – улыбается Энджи немного натянуто, – пока он занят разговором, от которого не посмеет отвлечься.

Я невольно кидаю взгляд назад и вижу, что Оуэн до сих пор разговаривает с начальником. Паркер будто чувствует, что я смотрю на него, и украдкой ловит мой взгляд. Его губы на мгновение изгибаются в улыбке, предназначенной только мне. Секундой позже он видит возле меня Энджи, и лицо Оуэна напрягается от недовольства.

Интересно.

Оуэн не прерывает важную беседу и даже не теряет маску