Ну ты и ведьма! - Лана Ежова

И я опять не успела ответить.

Маг меня поцеловал.

Напористо, жарко, жадно. Целовал, словно поглощая все разумные мысли, выпивая мое сопротивление. Ох, да какое там сопротивление… Ноги ослабели – я вмиг загорелась в настойчивых мужских руках. Бешеная страсть. Ни мгновения передышки, чтобы толком осознать.

«Эффи, очнись! – рыкнул в моей голове куратор. – Не время для поцелуев!»

И тоненько, во всеуслышание пропищал:

– Хаосит помирает!

Фарийский выпустил меня из объятий.

– Где? – Маг был вновь собран и настроен на драку.

У меня же голова будто чаша с дурманом и в крови огонь.

Куратор в образе безобидного бурундука махнул лапкой в сторону потайного хода и деловито сообщил:

– Там! Хрипит уже.

Пока Фарийский занимался пойманным в ловушку вторым орком, Чейл успел провести со мной воспитательную беседу:

– Эффи, не теряй голову! И не позволяй терять голову своему мужчине, пока вы в опасности.

И ведь не оправдаешься в такой ситуации: могла оттолкнуть, но ответила на поцелуй. Ох, попробуй на такой не ответить… Когда земля вылетает из-под ног под таким напором.

– Этот маг – не мой мужчина, – возразила я шепотом.

– Ага, попробуй его теперь в этом разубедить, – захихикал Чейл довольно.

Еще мгновение он смеялся, а затем мордашка вновь стала печальна и серьезна.

– Помер? – спросил он огорченно. – А это все Эффи виновата, мол, пусть повисит, пусть повисит… Вот и отвиселся бедняга.

Я обернулась.

Фарийский нес на плече здоровенного наемника.

– Еще жив, – возразил маг коротко и огляделся: – А где Эффи?

Ой-ой. Куратор забыл, что мое имя мы разделили: я – Зея, а несуществующая ученица – Эффи.

– Да убежала она перед вашим приходом, за вещами отправилась, – нагло соврал бурундук, пользуясь тем, что ни один амулет правды не определит его ложь.

– Через потайной ход?

– Ну да! Она и нашла его, – вдохновенно сочинял Чейл.

– Молодец, ловкая девчонка, – одобрительно кивнул Фарийский. – Сейчас сдам спящего красавца с рук на руки вашей охране и вернусь.

– Разве нас охраняют? – справедливо возмутился Чейл. – Хаоситы шастают в покои хранительницы как к себе домой!

Фарийский молча распахнул дверь. Из коридора донеслись крики, звон стали. И пепел… Пепел серым облачком внесло сквозняком.

– Вас охраняют, рискуя жизнью, – произнес маг жестко. – Не нужно бездумно двери открывать, чтобы чужие усилия не оказались напрасны.

Справедливое замечание. Я вздохнула.

– Зея, отправь зов Эффи, чтобы поспешила. Когда я вернусь, дочь должна быть здесь.

Мое лицо опалило жаром стыда. Этот дурацкий обман слишком далеко зашел, пора прекращать.

– Она мне не дочь! – воскликнула я.

Поправив тело наемника на плече, хмурый маг решительно пообещал:

– Как только все закончится, пойдем в храм, я признаю девочку, и ты не будешь ее больше стесняться.

И он решительно вышел из покоев. Я же осталась возмущенно глотать воздух.

– У-и-и-и! Фарийский меня признает, – радостно захлопал в ладоши куратор, а затем и вовсе сделал кульбит на постели, дважды перевернувшись в воздухе. – Эффи, можно я уже начну называть тебя мамой?

Я рухнула в кресло и закрыла лицо ладонями.

Боги, за что мне это? Он все помнит, все! И злится из-за подставы. Вон, даже готов отнять у меня несуществующего ребенка, приняв его в свой род пред ликом богини. Как же это все получилось?

– Что, нельзя мамой называть? – огорчился веселившийся дух. – Ну и ладно, зато маг не против, чтобы его называли отцом, – вижу это по его горящим глазам. И ведь хороший-то папаша! Повезло мне!

Чейл без устали хохмил, но я уже не слушала.

Фарийский все вспомнил, но решил молчать. Значит, первой буду я! Я заговорю о том, что натворила.

Я мысленно вернулась в день, когда совершила огромную глупость. Судьбоносную ошибку, за которую придется расплатиться двадцать лет спустя.

Глава 12

Двадцать лет назад…

– Ну ты и дура, – протянула Михелина злорадно.

Я подавила вздох: сейчас здесь начнется девичья драка. Крики, шальные заклинания, активация защиты библиотеки, преподаватели набегут… Меня, естественно, они обнаружат, начнут допрашивать, что здесь делаю. Говорить, что в темной нише за стеллажом книгу читала? Угу, поверят, как же. Принц поймет, что от него пряталась, опять обидится…

– С чего это вдруг я успела поглупеть? – спокойно спросила Аликея, извечная соперница Михелины в стенах академии.

Как интересно! Поражена, что сокурсницы умеют мирно разговаривать, а не только рвать друг другу волосы и бросаться пакостными заклинаниями.

Михелина любезно объяснила:

– Так долго вертеть графом – и уступить накануне важнейшего выбора! Вечный не примет в ученицы гулящую ведьму.

– Я не гулящая, – с достоинством возразила сильнейшая ведьма из Приозерья. – Я люблю Флоранца, он любит меня.

Михелина ехидно фыркнула:

– Посмотрим, выживет ли ваша любовь к концу года.

– Выживет, не переживай, – уверенно заявила ведьма. – Флоранц без меня жить не может.

– Пусть так, но счастливую возможность стать хранительницей ты упустила.

– Я не хочу становиться хранительницей, я выбрала успешное замужество, – убежденно повторила Аликея.

– Ну и дура, – продолжила обзываться Михелина.

– Сама такая, – наконец огрызнулась ее собеседница.

– Нет, – хмыкнула Михелина. – У меня есть и жених, и шанс попасть ученицей в Занебесье.

– Если невинность – важное условие, то почему о нем не говорили? – заметила несоответствие Аликея.

– Потому что… – Михелина задумалась. Шорох страниц листаемой книги, и она вновь заговорила: – Вот, смотри сама, я не привираю.

Некоторое время сокурсницы, вяло, беззлобно ругаясь, обсуждали прочитанное.

Оказывается, подслушивать полезно, но скучно. Несколько интересных фраз, а дальше бестолковая болтовня давних то ли подружек, то ли союзниц. Определенно бесценным открытием стало то, что Аликея и Михелина давно знакомы. Для всех они делали вид, что ненавидят друг друга с первого дня в академии.

Кто есть кто – важный вопрос, ответ на него порой спасает жизни.

Ха, как все-таки полезно прятаться от принца в библиотеке – знания получаешь, даже не открывая книг!

Вскоре стоять за стеллажом надоело, заболели ноги, пауки подбирались все ближе.

К счастью, сокурсницы начали прощаться.

– А все-таки обидно, что стать ученицей Вечного, а затем и хранительницей, сейчас больше шансов у Эффизеи Арбор, чем у тебя, – с досадой заметила Михелина напоследок. – Я очень надеялась, что стану Верховной, а ты – хранительницей.

Сокурсницы ушли, а я задумалась. У меня больше шансов стать ученицей божества из Фирозии? Да ладно!

Проверить то, о чем говорили девчонки, я не могла: Михелина унесла книгу с собой.

Я не хотела становиться хранительницей, то есть не стремилась попасть на обучение к Вечному и покинуть Фирозию на целых двадцать лет. Я могла стать принцессой сейчас