Без памяти во лжи - Настя Петухова

Арес подходит ближе, но я не отступаю. Его руки касаются моего лица, пальцы невесомо скользят по щекам, по шее, я дрожу от этого прикосновения.

Он наклоняется и... целует меня — страстно, горячо, с какой-то жадностью, что заставляет моё сердце биться быстрее, срываясь галопом.

Его губы тёплые, настойчивые, я таю под ними, отдаваясь этому чувству, что кажется таким настоящим. Он не останавливается — его поцелуи спускаются ниже, к шее, к плечам, к груди.

Арес покрывает моё тело ими, и я чувствую жар, что растекается по коже, по венам, буквально по всему, не оставляя ни единого участка холодным.

Это больше, чем я когда-либо позволяла другим мужчинам, даже больше, чем я сама знала о себе! Но я не сопротивляюсь, не хочу — во сне я его, а он мой...

Просыпаюсь резко, с горящими щеками и рваным дыханием, что срывается с пересохших губ.

— Сон. Это просто сон, Эмили, — шепчу, стыдливо прикрывая глаза, пытаясь хотя бы немного успокоиться.

Но он был таким живым, таким реальным, что я даже наяву чувствую его прикосновения, а кожа пылает в тех местах, где он касался меня...

Прижимаю ладони к лицу, ощущая жар и стыд, который смешивается с чем-то ещё — с тоской и желанием, которого я совершенно не понимаю.

Почему Арес? Почему именно так?!

Встаю с кровати, ноги дрожат, но я заставляю себя идти. В палате есть маленькая ванная, и я решаю принять холодный душ, чтобы смыть этот жар и сон, но главное, мысли, которые никак не хотят покидать мою голову.

Вода льётся по кончикам волос, по спине... Закрываю глаза, пытаясь привести себя в порядок.

— Я Эмили, не Селена. Я не его жена, не его женщина! — повторяю как мантру.

Но этот сон...

— Хватит!

Немного успокоившись и освежившись, выхожу из ванной и замираю.

Арес стоит в палате.

Он держит поднос с завтраком — чашка кофе, круассан, немного фруктов — и смотрит на меня, кажется, даже не моргая.

На столе у окна ваза, полная персиковых роз — огромный букет, нежный, почти сияющий в мягком утреннем свете.

— Доброе утро, — его голос низкий, чуть хриплый, как будто он не спал эту ночь. И... одежда. Он в том же костюме, что был вчера, когда мы встретились взглядами в коридоре.

Неужели?..

Арес ставит поднос на столик, делает шаг ко мне, но останавливается, будто чувствует мою нерешительность.

Я смотрю на него, и воспоминания из сна вспыхивают перед глазами — его губы, руки, его жадный взгляд. Щёки снова горят, приходится стыдливо опустить взгляд, чтобы он не заметил.

— Спасибо, — говорю первое, что приходит в голову, чтобы заполнить неловкую паузу. — Цветы... очень красивые.

Он смотрит на меня — долго, внимательно, — и я вижу в его глазах то же, что во сне: тепло, тревогу, что-то глубокое.

Однако теперь я знаю, что всё это мне не принадлежит. Я не Селена... но если он тоже уже знает, то... всё-таки мне?

Чёрт, я совершенно запуталась!

— Как дела? Как ты себя чувствуешь?! — спрашивает мягко, почти осторожно, будто прощупывает почву, проверяя, насколько я готова к разговору. — Я... переживал.

Киваю, сажусь на кровать, сжимая полотенце в руках.

— Лучше, — говорю тихо. — Голова ещё болит, но уже лучше.

Арес шумно выдыхает и смотрит на меня так, будто хочет сказать больше, но молчит. Я вижу, как его пальцы сжимаются, как он борется с чем-то внутри себя.

Кажется, он действительно переживал обо мне, и это не ложь. Но почему? Почему я важна ему, если я не его жена?

Не знаю, что думать.

Арес скрывал от меня правду, уверена в этом. Он знал, но молчал, продолжая держать меня в своём доме, в своей жизни. Зачем? Чтобы я была его? Чтобы я заменилаеё?!

— Ты был здесь всю ночь? — стараюсь говорить ровно, но дрожь в голосе выдаёт меня. Я волнуюсь, потому что не понимаю, как вести себя с ним. Какую игру он затеял?!

— Да, — говорит просто. — Не мог уйти.

Не мог уйти...

Я молчу, и он тоже. Тишина висит между нами, густая и тяжёлая.

Мне нужно понять, что я чувствую к этому мужчине, что стоит передо мной и смотрит так, будто боится потерять. По-настоящему боится. Именно меня.

— Позавтракай, — Арес первым прерывает молчаливый обмен взглядами, кивая на поднос. — Тебе нужны силы, Эмили...

Что?!

Глава 37: Арес

Арес

Стою в коридоре больницы, прислонившись к стене, когда дверь палаты открывается. Выходит доктор, тот же пожилой мужчина с седыми волосами и усталыми глазами.

Я делаю шаг к нему, сжимаю кулаки, сердце колотится, как сумасшедшее. Я жду новостей, жду хоть слова об Эмили, о моей девочке, что лежит там... за этой дверью.

— Ваша жена очнулась, — говорит он, а я шумно выдыхаю, чувствуя, как напряжение чуть отпускает грудь. — Её скоро переведут в обычную палату. Состояние стабильное...

Мужчина делает паузу. Его взгляд тяжёлый, и он смотрит на меня так, будто взвешивает каждое слово, которое собирается сказать.

— Но она в стрессовом состоянии, — продолжает он, а я приподнимаю бровь, догадываясь, что это лишь предисловие. — Никого не хочет видеть. Даже... вас, господин Брайн.

Эти слова бьют меня, как удар. Что могло произойти с Эмили, раз она не хочет меня видеть?

Неужели всё вспомнила?!

Едва не хватаюсь за сердце, что внезапно болезненно кольнуло. Но вовремя вспоминаю, что я здесь не один. Доктор сканирует меня взглядом, словно выискивая что-то.

Однако внешне я стараюсь держаться спокойным и хладнокровным, когда внутри бушует настоящая буря.

Значит, Эмили знает.

Пол уходит из-под ног, стоит мне лишь подумать об этом...

Знает, что она не Селена и что я не её муж. Никто. Абсолютно посторонний человек, который несколько недельнасильноудерживает её подле себя. И ладно бы я не знал, но я знаю. Уже несколько дней, не считая догадок, что с первого дня крутились в моей голове.

Эмили вспомнила свою жизнь, свою маму, своё прошлое — и меня в нём нет. Я чужой для неё.

— Встречу лучше перенести на завтра, — добавляет доктор, и голос его мягкий, почти сочувствующий. Он-то и возвращает меня к реальности. — Вашей жене нужно время.

Смотрю на него, и злость смешивается