Крик тишины - Дакота Уиллинк

остального. Хотел взаимодействовать с ней — чтобы она была так близко, чтобы я мог чувствовать запах шампуня, которым она пользовалась этим утром. Отчаянно желал положить свои руки на нее — на ее плечи, бедра, ягодицы — размещая ее тело в разных оборонительных стойках.

Это не просто делает меня эгоистом. Я — больной ублюдок.

Вспоминаю, что именно сделал, что спровоцировало такую реакцию. Одна моя рука держала ее ладонь, другая — на шее. Боялась ли она, что ее руки будут прижаты? Или удушающий захват выбил ее из равновесия? Я не знаю ответа, но моя работа, как ее личного тренера по самообороне, заключается в том, чтобы это выяснить.

Качаю головой, испытывая отвращение к себе, и возвращаюсь в класс. Вопросительный взгляд одной из женщин встречается с моим. Они не озвучивают свои мысли вслух — знают, что лучше не спрашивать. Знают, что чувствует Вэл не понаслышке. Я могу только попытаться представить, что они пережили. Поэтому в течение следующего часа они сосредоточенно повторяют за мной всё, что я показываю, и мы заканчиваем занятие, как и было запланировано.

Как только последняя из женщин выходит из класса, иду в свой кабинет, закрываю за собой дверь и сажусь за стол. Нужно составить расписание на следующую неделю и список принадлежностей, которые нужно заказать. Шевелю мышкой, чтобы вывести компьютер из спящего режима, но не успеваю приступить к работе — экран телефона загорается, привлекая мое внимание. Три пропущенных звонка от сестры. Это может означать только одно — Кристофер наконец проболтался о Вэл.

— Этот придурок едва продержался неделю, — бормочу себе под нос.

Откладываю ненадолго работу и иду к мини-бару в кабинете, чтобы сделать чашку кофе. Кофеин точно понадобится, чтобы выдержать разговор о Вэл с моей сестрой. Добавив немного сливок в крепкий обжаренный кофе, возвращаюсь к столу. Не откладывая неизбежное, набираю номер сестры и жму кнопку вызова. Она отвечает после второго гудка.

— Дерек, я звонила тебе всё утро, — говорит она вместо приветствия.

— У меня с утра занятия. Ты же знаешь.

— Хм, — бурчит она. — Ну, как дела?

— Именно ради этого ты звонила мне трижды? — фыркаю.

— Ну, нет. Я хотела поговорить с тобой о новой девочке, Вэл. Подумала, тебе будет приятно узнать, что она отлично справляется. Быстро схватывает.

Улыбаюсь про себя. Не ради этого она позвонила. Сестра закинула удочку, но я не собираюсь заглатывать наживку.

— Рад это слышать, Белл, — отвечаю, намеренно отстраненным тоном.

— Она выучила меню за одну смену, ни разу не опоздала, — продолжает она. — Ум острее бритвы. Где ты ее нашел?

Откидываюсь на спинку стула, закидываю руку за голову, размышляя, как долго буду ее мучать.

— Она живет в доме, который примыкает к «The Mill».

— Где? В Квинсе? — пытается прощупать почву. Я не могу не ухмыльнуться. На самом деле она хочет выяснить, живет ли Вэл рядом со мной.

— Ага.

— Мило. Давно она там живет?

— Не уверен, — отвечаю безразлично, вынуждая сестру раздраженно выдохнуть.

— Да брось, Дерек! Ты заставишь меня выпрашивать? Выкладывай!

— Что выкладывать? — невинно спрашиваю, едва сдерживая смех.

— Я почти вижу твою мерзкую ухмылку прямо сейчас. Ты же знаешь, о чем я!

На этот раз я не выдерживаю и громко смеюсь. Когда, наконец, успокаиваюсь, Изабелла обиженно говорит:

— Рада, что тебе весело. Раньше ты рассказывал мне всё. Представь себе мое удивление, когда я узнала, что ты говорил с Кристофером о ней больше недели назад, а я до сих пор ни слухом — ни духом.

— Этот крысиный ублюдок и недели не продержал язык за зубами, — дразнюсь.

— Вообще-то, не совсем он. Джулианна работала в зале в тот вечер и случайно обмолвилась, что ты заходил. Когда я спросила Кристофера, зачем… ну, ты же его знаешь. Он просто не смог не рассказать.

Да, я знал Кристофера. Но свою сестру я знал еще лучше. Упрямая, как мул. Если она что-то хочет, ее не удержать. Уверен, ей понадобилось меньше тридцати секунд, чтобы заставить его сдаться. Он всегда был мягким, когда дело касалось ее.

— Честно говоря, Белл, рассказывать особо нечего.

— О, это самая большая чушь, которую я когда-либо слышала.

— Это долгая история.

— А я что, по-твоему, занята?!

— Ладно, ладно, — вздыхаю. — Я расскажу тебе всё, что сказал Крису. А там — суди сама.

Вспоминаю ночь, когда встретил Вэл во дворе отеля, и как мы разговаривали обо всем, но и ни о чем. Разговор был легким и естественным. Поэтому, как и с Кристофером, рассказал историю о том, как я встретил прекрасную сбежавшую невесту. Однако на этот раз вдавался в подробности гораздо больше, потому что у Изабеллы было двадцать семь вопросов на каждое предложение. После сорока пяти минут разговора по телефону моя чашка кофе почти опустела, а сестра была в курсе всех событий. Заканчиваю тем, что произошло сегодня на занятиях по самообороне.

Моя сестра ахает, когда заканчиваю ей всё выкладывать.

— О, бедная девочка! Что бы с ней ни случилось, ей важно знать, что она не одна. Ты же знаешь, мы будем за ней присматривать, пока она работает в ресторане.

— Я это ценю.

Моя сестра необычно долго молчит. Уже собираюсь спросить ее, на связи ли она, когда она наконец начинает говорить:

— У меня такое чувство, что ты искал нужную девушку с тех пор, как я себя помню, — наконец говорит Белл. В голосе сестры безошибочно угадывается тревога.

— Может быть, я наконец-то нашел ее. Я просто думаю, что не совсем вовремя, вот и всё.

— Дерек, насколько ты серьезен по отношению к Вэл?

— Серьезен? — переспрашиваю, поднося кружку ко рту, чтобы допить последние капли кофе. — С чего ты взяла, что мы вообще вместе? Мы просто друзья.

— Ну, мы с тобой знаем, что это не продлится долго. Она может этого и не знать, но я вижу, что ты действительно увлечен ею. Это меня нервирует.

Дважды моргаю, не совсем понимая, что могло так встревожить мою сестру.

— Почему?

— Потому что ты сначала делаешь и только потом думаешь.

Закатываю глаза, когда понимаю, к чему она клонит. Она думает о Кассандре, моей последней девушке. Я трахнул больше женщин, чем могу сосчитать за свою жизнь, но сестра хочет сосредоточиться на той единственной женщине, которая продержалась больше нескольких недель — и всё закончилось катастрофой.

Кассандра была прекрасна. Мы с ней очень хорошо поладили, в начале. Я не был влюблен в нее, но отношения были серьезными. Через два месяца встреч — и одного щенка по имени Мейси — я понял, что