Половина пути - Юля Тихая

Брент пожал плечами:

— Традиция.

— Это глупая традиция, — Ольша сдула волосы с лица и задумчиво оттянула в сторону свободно висящий рукав рубашки. И куда его? Внутрь или наружу?

— В мире много глупых традиций. Например, воевать или хранить девственность до свадьбы. И что теперь?

— Это какая-то особенно глупая традиция! А девственность — это вовсе не…

Она насупилась и, споро закончив с занавесками, плюхнулась обратно на сидение. Выдохнула тепло, прогоняя из повозки влажность. Ну вот, совсем другое дело!

Покосилась на Брента с гордостью. Брент охотно притянул её к себе. Тёплый твёрдый бок, шум дождя, тяжёлая рука на плече… она потёрлась носом о воротник его куртки, ожидая поцелуя, но его не было. Брент постучал карандашом по колену и что-то записал в тетрадь.

Потом они останавливались ещё дважды, и оба раза Брент легко болтал то о ящерах, то о тан-жаве, то о традиционном чае, рассказал байку про то, как в Стоверге они съезжали по лестнице на детских санках, и как потом кричал декан. Брент шутил, смотрел ласково и припас для неё мармелад. Но не целовал, хотя не один и не два раза Ольша замирала в ожидании, — и обманывалась.

Это было странно. А ещё холодно и до глупого обидно, хотя Брент, конечно, имел полное право не хотеть целовать её больше. Даже объятия — это уже было много, и ей бы радоваться, но…

На ночь остановились в посёлке. Хозяева уступили им место на печи, и Ольша придвинулась сама, обняла Брента, уткнулась носом ему в шею. А он снова спал на спине, заложив руки за голову.

Глава 19

— Предлагаю игру, — Брент прищурился и оглядел Ольшу сверху вниз, как будто оценивая. — Придумывать способы взломать Стену, кто больше.

Стена была как раз впереди. Они остановились на обед и отдых, ящер плавал, только нос и торчал, а Стена была сразу за полем, огромная, уходящая в облака махина, потусторонняя и невероятная.

— Плохая игра, — фыркнула Ольша, заматываясь в одеяло поглубже. Ночью дождь перестал, но в воздухе ещё висела зябкая влажность. — Стена на то и Непроницаемая, что нет таких способов.

— Но танги же справились.

— Ну, то танги…

Война длилась шесть лет, но первые три года она была не совсем войной, так, чем-то несерьёзным и далёким, напряжённостью на приграничных территориях. Полоска земли между Стеной и предгорьями, занятая разливными полями тан-жаве, была спорной уже не одну сотню лет, и к периодическим боям здесь все давно привыкли. Сами тан-жаве, с одной стороны, держали в каждом доме по ружью, а с другой — подчёркнуто не ссорились ни с одним из своих правительств, так что сталкивались в основном марельские регулярные полки и коварные тангские диверсанты.

В этот раз успех больше улыбался тангам: в провинции Янс, на юго-востоке Марели, где располагался крупнейший заводской кластер страны, одна за другой вспыхивали стачки, и там сперва требовали сокращения рабочего дня и оплачиваемых обедов, а затем прозвучали призывы к созданию собственной республики или переходу под крыло Румы. Потеря большой части промышленности была для Марели гораздо опаснее какого-то там риса, король отвёл часть войск туда, и танги без боя заняли Бади и ввели в оборот свою валюту. В этих границах всё могло бы остановиться, но осенью рухнула Стена, и танги прошлись огнём и разломами едва не до самой столицы.

Ольшу призвали, когда танги заняли Береш и предъявили к переговорам своё видение новых государственных границ, по которому Стена отходила тангам вся целиком. Король Марели ответил на это мобилизацией, и ещё больше двух лет здесь лилась кровь, пока, наконец, враг не отступил глубоко в горы с белым флагом.

Что точно случилось на Стене, Ольша не знала — это, наверное, считалось государственной тайной. Но от Штабной башни, говорят, осталась только пыль, а во взрыве погибло и руководство Стены, и множество простых служащих, и сам королевич Нониль.

— А что, мы хуже тангов? — подначивал Брент. — Ну, давай, это же игра.

Ольша честно вспомнила схему конструкций, идеальную и восхитительную, и предложила без энтузиазма:

— Можно перелететь Стену на драконе и плюнуть кислотой в дымоход.

Брент задумался, как будто всерьёз оценивал этот план.

— А дракон у тебя бронированный?

— С титановым напузником.

— На подлёте не снимут, — Брент с удовлетворением загнул палец, — воздушников на Стене почти нет… Если удачно плюнуть, можно спровоцировать пожар, который теоретически может перекинуться на склад с боеприпасами и, если его не потушат вовремя, привести к взрыву. Не очень надёжно, но принимается!

— Одна проблема, — Ольша хихикнула, — ручных драконов-то не бывает!

— А какая разница?

На этом игра пошла бодрее. Брент предложил подкоп, но Ольша быстро разбила весь план его же собственными выкладками про укреплённый грунт и подземные воды. Её же свежая идея сводилась к тому, чтобы подарить королевичу шкаф из наборного дерева, а внутри шкафа пронести фугасную конструкцию пятого порядка. Правда, над этим посмеялся уже Брент: подарок или не подарок, а все грузы на Стене тщательно досматривались.

Так они баловались, перекидываясь новыми и новыми придумками, а Ольша даже зарисовала кусок схемы на листе и принялась чёркать, соображая, как бы его поломать получше. Но Стену воздвигла двести лет назад группа талантливейших конструкторов, и все эти двести лет её совершенствовали и укрепляли. Стена была создана, чтобы быть Непроницаемой, и лучшие умы королевства годами трудились над этой задачей.

Брент предложил усыпить гарнизон пыльцой волшебной феи и пробурить Стену насквозь. По феям у Ольши не было возражений, — он же не забраковал её дракона! — а вот по бурению возникли сомнения: выплетенные вокруг Стены силы не только укрепляли её саму, но и отталкивали от поверхности посторонние предметы. Бур, даже самый мощный, определённо был посторонним, а разрушить этот кусок защиты сходу было нельзя.

Окончательно почувствовав себя свободной, Ольша совсем размечталась:

— В принципе, если украсть депрентиловый рельс…

Брент поражённо моргнул. Девушка и сама понимала, что это было даже чуть-чуть абсурднее полёта на драконе: рельс лежал в самом основании Стены, укрытый таким слоем укреплённой земли, что каждая его замена превращалась в увлекательное шоу с привлечением трёх десятков специально обученных стихийников.

— Если украсть рельс, то