Мама для Тигрёнка - Елена Валерьевна Соловьева

— Простите, что затронула такую личную тему, — произнесла впечатленная признанием Осинкина Катя. — Но вы действительно делаете большое дело. Спасибо вам.

После напряженного утра я решил не ехать в офис, отпросился сам у себя на заслуженный выходной. Решил провести день с Катей и Дамиром. Сходил с ними на прогулку. К нашему возвращению Тамара успела прибраться и приготовила пиццу с грибами. Ее мы с Катей решили съесть перед телевизором после того, как искупаем и уложим Дамира. Мальчишка за день так наигрался, что уснул, едва его темная головка успела коснуться постели.

— Мелодрама или комедия? — Я предложил Кате выбрать фильм на вечер. — Ужастики не предлагаю.

— Да уж, — согласилась она, приложив ладонь к сердцу. — Ужастиков нам точно не нужно. А фильм… Я вообще редко смотрю, так что выбери сам. На свое усмотрение.

Вообще-то мне тоже было глубоко плевать на то, что будет идти на экране. Гораздо больше мне нравилось смотреть на Катю. В пижаме, с распущенными по плечам волосами, она выглядела чересчур притягательно. Мне хотелось прикасаться к ней не только взглядом. Быть ближе. Как можно ближе.

Черт!

Я вел себя как школьник, который впервые оказался наедине с прекрасной одноклассницей. Подсел поближе и обнял за талию. Катя не отстранилась, и это заставило меня продвинуться дальше. Я провел ладонью вдоль ее руки от запястья до плеча. Погладил стройную шею. Когда Катя зажмурилась от удовольствия и запрокинула голову, накрыл ее рот поцелуем. Она отвечала с самоотверженным азартом, позволяя моему языку исследовать сладкие глубины. Маленькие ладошки обхватили мои плечи, прижимая крепче к себе.

— Катюша, — прошептала я, ненадолго прервав поцелуй. Всмотрелся в ее лицо, на котором отображалось блаженство. Голубые глаза подернулись поволокой. — Ты такая красивая. Такая желанная.

Я опасался, что последняя фраза заставит ее испугаться. Но вместо этого Катя переместила ладошки мне на грудь. Робко расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, а затем прижалась к шее губами.

Глава 41

Катерина

Еще никто и никогда не говорил мне таких слов. Не называл прекрасной и не смотрел с таким неприкрытым обожанием. Не прикасался так нежно и чувственно. Мое тело трепетало, отзываясь на ласки Тиграна. Они не пугали, как это было с Максом, не заставляли внутренне сжиматься от напряжения. На Тиграна я реагировала совсем иначе. Его пальцы блуждали по моему телу, задевая самые чувствительные точки, отчего все мое тело дрожало. Предвкушение было настолько сильным, что в какой-то момент я не сдержала стона.

Тигран обхватил мое лицо ладонями и поцеловал в губы.

Его движения, невесомые и как будто ленивые вначале, постепенно становились все более раскрепощенными, жадными и неистовыми. Я отвечала на его поцелуи так же жарко, чувствуя непреодолимое желание быть к нему как можно ближе.

Словно уловив это мое желание, Тигран стал медленно избавлять меня от одежды, не забывая целовать обнажающиеся места. Грудь, живет, бедра.

— Ты пахнешь как цветочная поляна, — прошептал он, — а твоя кожа нежная, как лепестки ромашки. Такая же светлая, гладкая, душистая. Ты такая сочная и сладкая, что мне хочется тебя проглотить.

Он шутливо куснул меня за мочку уха, а я рассмеялась.

— Ты пугаешь меня, Тигр… — произнесла слегка хрипловатым, непривычным голосом.

— Правда? — Вскинув голову, он посмотрел мне в глаза. — Ты боишься меня, Катя? Боишься близости со мной?

Я помотала головой, продолжая при этом улыбаться.

— Нет, не боюсь, — призналась как на духу. — Я не боюсь того, что произойдет. Наоборот, я больше всего боюсь, что волшебство остановится. Что ты пожелаешь мне спокойной ночи и уйдешь, закрыв за собой дверь.

— Нет, Катюша, я так не поступлю, — сказал Тигран. Его ладони скользнули под мою пижаму, коснувшись необычайно чувствительной груди. — Ни за что на свете. — Сильные мужские пальцы принялись играться с моими сосками. — Ты назвала меня Тигром.

— Да, — выдохнула я. — Тебе не понравилось?..

Поморгала, прогоняя мутную пелену перед глазами и силясь различить выражение лица Тиграна. Он смотрел на меня так, словно действительно собирался съесть. Как будто прикасаться ко мне было для него жизненно необходимо. Точно я стала воздухом, которым он дышит.

— Наоборот, — возразил он. — Мне безумно понравилось. Повтори это еще раз, Катя. Назови меня своим тигром.

— Мой Тигр… — повторила я,

Зарычав от страсти, он прижал меня к себе, наградив долгим проникновенным поцелуем.

— Обними меня ногами, — попросил после. — Вот так, умница, Катя.

Он перенес меня в свою спальню и уложил поперек кровати. Любуясь мной, как каким-нибудь произведением искусства, избавил от остатков одежды, а после разделся сам, представ полностью обнаженным. Его мужской красоте мог бы позавидовать любой голливудский красавчик. Природа щедро наградила Тиграна статью и мужественной привлекательностью. Я тоже залюбовалась им, но стыдливо опустила голову и покраснела, натолкнувшись взглядом на доказательство его могучего возбуждения. Одна часть меня внутренне запаниковала, в то время как другая молила о продолжении. Я разрывалась между желанием опрометью броситься вон из спальни и тем, чтобы осмелеть настолько, чтобы прикоснуться к сосредоточию мужественности Тиграна.

— У тебя это впервые, Катя? — спросил он, точно угадав мои сокровенные мысли.

Я кивнула, краснея еще сильнее.

Уловив мою неуверенность, Тигран опустился рядом на постель и привлек меня к себе. Обнял, лаская пальцами спину и шею. Запутался в моих волосах, шепча слова утешения и обещая неземное наслаждение.

— Я буду очень нежным с тобой, — говорил он так, что я не могла не верить. — Аккуратным и внимательным. Ты никогда не пожалеешь об этой ночи, Катя. И о других тоже.

Я уже плохо соображала, моя рациональная сторона, кажется, полностью отключилась под натиском страсти. И все же я не могла не понять, что Тигран рассчитывает на продолжение. Не только на разовую близость, но и намекает на продолжение. Получается, я для него не девушка на одну ночь. Не просто та, с которой можно утолить желание.

Притянув меня к себе, он продолжил поцелуй, одновременно лаская мою спину и бедра. Я была так крепко прижата к его груди, что не могла не почувствовать каждый мускул, каждую клеточку его сильного тела. Ни одна его часть больше не пугала меня. Я обвивала руками его шею, а ногами бедра, податливо отвечая на каждое его движение. Тигран разжег во мне пламя, которое мог утолить только