Поцелуй - Джил Мансел

— Не удержалась. — Она вытерла губы и сбросила сандалии. Иерихон немедленно схватил одну из них и забрался под стол. — Ну же, повтори, что тебе сказали по телефону.

— На «Эм-Би-Ти» прослушали твои записи, — терпеливо повторила Джина. — Они сочли их интересными. Парень из «Эй энд эр» сегодня вечером придет послушать тебя в «Платформу». Его зовут Джоэль Макгилл, познакомитесь после выступления.

Иззи понравилось, как звучит это имя. Она мысленно повторяла его всю дорогу из Кенсингтона до Сохо. Иззи отчетливо представляла себе этого человека: высокий, смуглый, с цыганскими глазами, ослепительной улыбкой и, разумеется, одинокий. Он будет очарован, покорен ею…

— Джина, — вернулась она из мира грез, — будь душкой, одолжи сто фунтов.

Джина испугалась:

— Ты собираешься дать ему взятку?

— Нет, купить новое платье. Пожалуйста. Мне нужно что-нибудь особенное.

— Но, Иззи, дома у тебя полный шкаф «особенных» платьев. Наверняка среди них есть то, что ты сможешь надеть. — Джина сама целый месяц не позволяла себе обновок и теперь не одобряла подругу. — А Вивьен не может тебе одолжить?

— Я уже ей звонила, — призналась Иззи. — Ее нет дома.

Через две минуты после того, как Иерихон, Иззи и сто фунтов благополучно отбыли, дверь распахнулась. Джина выпрямилась и профессионально улыбнулась гостю.

— Привет. — Мужчина улыбнулся, да так, что она чуть не обернулась посмотреть, нет ли у нее за спиной чего-нибудь интересного. — Вы новенькая? Значит, это и есть офис Дуга?

С наигранным любопытством гость оглядел девственно-чистый кабинет и снова посмотрел на Джину.

— Я пришел к Дугу. Или я ошибся адресом?

Джина ощутила, что краснеет. К сожалению, румянец заиграл пятнами и на шее. Господи, как красив незнакомец…

— Вы не ошиблись. — Она с трудом перевела дух. — Но боюсь, Дуга нет. Я могу вам помочь?

— Наверняка. — Опустившись в кресло напротив, гость провел пальцами по волосам и посмотрел на Джину так пристально, что у нее задрожали ноги.

— Я Джина Лоренс, — сказала она, чтобы прервать тишину, которая, казалось, ничуть не смущала посетителя, — новый ассистент Дуга.

Он кивнул, продолжая улыбаться.

— Это все вы сделали?

Джина кивнула и вдруг поняла, что шея у нее онемела.

— Значит, вы чудесный сотрудник. Поверить не могу, что этот кабинет можно было превратить в шикарное место.

А Джина поверить не могла тому, во что превратилась сама. После ухода Эндрю она разучилась нормально реагировать на мужское внимание. Хотя и возможностей-то было не много, но дружеское слово или оценивающий взгляд оставляли ее абсолютно равнодушной — она обрела иммунитет к противоположному полу. Но сейчас долго дремавшие гормоны внезапно вернулись к жизни.

— Простите, я невежлив. — Гость полез в карман и вытащил огромный конверт. — Вы заняты, а я вас отвлекаю. Меня зовут Ральф Хенсон, и я привез контракт. Прочитал его и подписал где нужно. Все, что нужно сделать Дугу, так это куда-нибудь его засунуть и забыть… Правда, теперь здесь не осталось таких мест.

Джина, с облегчением поняв, что ноги вновь ей повинуются, принесла объемную серую папку.

— Все контракты отныне лежат здесь.

Ральф усмехнулся.

— Чудо. Даже больше, чем чудо.

— Господи, контракте ИТВ! — воскликнула Джина, просматривая документы.

«Нервная, но привлекательная», — оценил Ральф, восхищаясь ее красивыми светлыми волосами, когда она наклонила голову, возвращая папку на место. А главное, его имя явно было ей незнакомо.

— Ну да, — пожал он плечами. — Продюсер предупредил: как только сериал выйдет, моя жизнь изменится раз и навсегда. Даже не знаю, радоваться или паниковать.

— Но это же прекрасно! — Глаза Джины сияли. — Вы должны радоваться.

— Ладно. — Ральф встал и облокотился о стол. — Но лишь в том случае, если вы отпразднуете со мной. Сегодня вечером.

Джина ощутила запах его одеколона. Она решила, что ослышалась.

— Что?

— Ужин в «Бубулине». В восемь часов, — твердо сказал он. Коснувшись руки Джины указательным пальцем, Ральф добавил: — Вы не замужем, я проверил.

— Но… но я вас не знаю, — пробормотала она. Прежде с ней не случалось ничего подобного. Минуту назад она мечтала, и вдруг мечты стали явью. — А вы не знаете меня.

Ральф, который полагал, что знает даже Иззи Ван Эш, просто пожал плечами.

— Иногда это наилучший вариант. Вам нужно лишь согласиться.

— Нет, — в панике ответила Джина.

— Вы меня боитесь?

— Нет!

— Ну так соглашайтесь.

Она на мгновение прикрыла глаза. Что бы сделала Иззи? Пошла бы ужинать с привлекательным мужчиной? Интересно, о чем она будет больше сожалеть впоследствии: о том, что приняла приглашение, или — что отказалась?

— Хорошо, — быстро проговорила Джина, прежде чем ею снова овладел страх. — Согласна.

— Это уже лучше.

Ральф узнал, что Иззи выпросила у Джины некоторую сумму, и видел, как десять минут назад она вышла из дома. И теперь мечтал посмотреть, какое у нее будет лицо, когда он заглянет к ним вечером. Вытащив из кармана потрепанную записную книжку, Ральф взял ручку.

— Давайте адрес. Я заеду за вами ровно в восемь.

Впервые Эндрю даже не заметил, в каком состоянии спальня. Отодвинув в сторону купальный халат и пачку салфеток, он сел на край кровати и уставился в стену. Марси потерла глаза и взяла его за руку.

— Милый, мне так жаль… — Она говорила прерывисто, в промежутках между рыданиями. К ее облегчению, слезы хлыпули вовремя. — Это случилось вчера вечером… Я все утро плохо себя чувствовала, а после ленча начались ужасные боли… Все произошло так быстро… — Ободренная тем, что Эндрю держит ее за руку, Марси снова позволила себе разрыдаться. — Когда пришел доктор, все уже было кончено. Мы потеряли ребенка.

Эндрю обнял ее и прижал к себе, а Марси тихо рыдала, уткнувшись ему в грудь.

— Тебе нужно поехать в больницу, — сказал он, потрясенный новостью. — Господи… ты должна была мне позвонить.

— Доктор осмотрел меня и сказал, что я в порядке, — храбро шепнула Марси. — Я не хотела тебя беспокоить… Ты же на важной конференции, все равно ничего бы не смог поделать, а я хотела побыть одна, чтобы смириться с… с тем, что случилось.

— Ты должна была позвонить. — Эндрю гладил ее по голове и удивлялся своему спокойствию.

При мысли о том, что Марси ему так и не позвонила, Эндрю испытывал и чувство вины и облегчение одновременно. Новость о выкидыше его не расстроила, ведь он не хотел ребенка. И теперь его не будет.