С тобой наедине - Мэри Линн Бакстер

Блэр стиснула рулевое колесо, и по щеке ее покатилась слеза. Она открыла сумочку, достала платок и промокнула глаза. Мама не должна видеть ее в таком состоянии.

Справившись со слезами, Блэр не смогла заставить замолчать свой разум. Почему она не может его отпустить? В том, что произошло между ними, не было любви, – твердила она себе уже в который раз. Калеб для нее всего лишь очередное увлечение, не более. У них нет будущего. Как только они выполнят задание, то разойдутся в разные стороны и их роман закончится сам по себе.

Она знала об этом с самого начала. Так почему же при мысли о том, что она потеряет Калеба, ее сердце сжимается от боли?

Они заметили ее.

Томас встал, когда Блэр приблизилась к их столику, и широко улыбнулся.

– Привет, радость моя, – промолвил он, целуя ее и отодвигая для нее стул.

– Привет, – пробормотала Блэр, сжав его руку. Затем повернулась к матери и чмокнула ее в щеку.

– Как дела, мама? – спросила она чуть более официально, чем ей хотелось.

– Теперь, когда ты вернулась из своих разъездов, гораздо лучше.

Блэр уселась за столик, пропустив мимо ушей едкое замечание Сары.

– Как насчет бокала вина перед едой? – спросил Томас, завидев официантку, приближавшуюся к их столику.

– С удовольствием, – с готовностью подхватила Блэр.

Томас сделал заказ и, после того как официантка отошла, повернулся к Блэр и лукаво прищурился:

– Ну, чем занималась?

– Работала, дядя, – с улыбкой ответила Блэр.

Сара хмыкнула.

– Я бы не стала называть работой посещение вечеринок, – отрезала она.

– Сара, перестань, – перебил ее Томас и бросил на нее предупреждающий взгляд. – Оставь ее в покое.

Блэр видела, что матери не терпится отчитать ее, но, странное дело, та смолчала. Вместо этого Сара взглянула на Томаса, и Блэр готова была поклясться, что в их глазах что-то промелькнуло.

После этого ее мать заметно смягчилась. Блэр она больше не злила своими колкостями.

– Разве ты забыла, мама, что я поехала делать фотографии особняка для «Хоум бьютифул»?

Внезапно улыбка тронула губы Сары, и Блэр подумала, что сейчас мать выглядит потрясающе. Она словно помолодела и чувствовала себя раскованнее. Любовь творит чудеса? Значит, у мамы роман с дядей Томасом. Слава Богу!

– Ну, продолжай, – промолвила Сара. – Расскажи нам, как выглядит дом, интерьер.

Блэр не верила своим ушам и боялась спугнуть неожиданно свалившееся на нее счастье.

– Да рассказывать особенно нечего, – начала она, но была прервана официанткой, которая принесла напитки и взяла у них заказ.

После того как они сделали выбор, Томас снова повернулся к Блэр:

– Прежде чем ты продолжишь свой рассказ, я не удержусь и замечу, что очень рад, что ты наконец-то поешь. Тебя прямо ветром сдувает.

– Вот-вот, – подхватила Сара.

Блэр стрельнула глазами в сторону Томаса:

– Спасибо, дядюшка, удружили.

Томас ухмыльнулся:

– Я опять что-то не то сказал?

– Вот именно.

– Ну хорошо, хорошо! – воскликнула Сара. – Сдаюсь. Если ты хочешь походить на мешок с костями, будь по-твоему.

– Но очень симпатичный мешочек, надо заметить, – с улыбкой возразил Томас.

«И дядя тоже изменился», – подумала про себя Блэр, присматриваясь к нему. Он всегда подкупал естественностью и обаянием, но сейчас стал просто неотразимым. Да, что-то между ними произошло, решила Блэр. И она была рада за обоих.

Вполне возможно, что теперь Сара наконец перестанет следить за каждым ее шагом. Или же на это надеяться рановато?

Томас снова заговорил:

– Итак, мы тебя слушаем.

Ленч прошел замечательно. Блэр даже слышала, как мать смеется. Еда была отменная, и Блэр впервые после возвращения от Таннера почувствовала облегчение.

И тут мать спросила:

– Кайл ездил с тобой?

Блэр вздрогнула, как будто ее укололи булавкой. Она уже знала, что последует дальше.

– Нет, мама, Кайл со мной не поехал, – ответила она, сердито сверкнув глазами в сторону Сары. Рано она радовалась!

Наступило неловкое молчание.

И Сара спросила напрямик:

– С кем ты встречаешься?

Блэр вскинула голову и нахмурилась.

– Что значит – с кем я встречаюсь? – передразнила она мать.

Сара продолжала:

– Мои знакомые видели тебя с каким-то странным мужчиной. Он подъехал к твоему офису и забрал тебя куда-то.

Глаза Блэр метали молнии.

– Не вмешивайся, мама! Я тебя предупреждаю.

– Блэр… – начала Сара, но Блэр перебила ее:

– Мама, я устала от твоих нравоучений. И я могу быть такой же упрямой, как и ты. Если я решила, что мне нужен другой мужчина, ничто и никто не заставит меня изменить свое мнение. Так что оставь меня в покое, понятно?

Выпалив свой ультиматум, Блэр резко встала, подхватила сумочку и вышла из ресторана. Сара Стивенс смотрела ей вслед, раскрыв рот от изумления.

На следующее утро Калеб явился на работу, чувствуя себя отвратительно. Он сразу же прошел в свой офис и закрыл за собой дверь. Выпив кофе, принесенный секретаршей, он раскрыл папку, лежавшую перед ним на столе.

Но смысл слов ускользал от него.

Калеб захлопнул папку и уставился на стену. Ему никак не удавалось забыть разговор с Уоррелом. Он понимал, что занять место Уоррела ему не светит никогда, и все равно продолжал об этом думать.

Калеб тряхнул головой. Он знал, что со своей работой справляется отлично, но всегда считал себя оперативником, а не кабинетным работником.

– Это не для тебя, – произнес он вслух.

Побарабанив пальцами по столу, он в который раз подумал о Блэр и о том невыразимом одиночестве, которое ждет его после того, когда их миссия подойдет к концу и они расстанутся. «Да, ты далеко зашел, парень!»

Зазвонил телефон. Он ухватился за трубку как утопающий за соломинку.

Голос Блэр произнес:

– Калеб?

У него захватило дух.

– Как ты? – наконец вымолвил он.

– В порядке, – ответила Блэр. – А ты? – чуть слышно добавила она.

– Нормально.

– Калеб…

– Да?