С тобой наедине - Мэри Линн Бакстер

Пол Таннер был в панике, пот струился по вискам и проникал за воротник.

– Истерика тут не поможет.

Таннер резко обернулся и встретился взглядом со своим слугой Мартином.

– Тебе легко говорить, – прошипел он. – Ты-то ничем не рискуешь, – добавил он внезапно осипшим голосом.

Мартин отошел от бара, возле которого стоял, и смерил Таннера холодным взглядом.

– Ну нет, я тоже рискую, – спокойно промолвил он. – И не забывай об этом.

– Не волнуйся, ты свою долю тоже получишь, – злобно процедил Таннер. – Тебе найдется место и в камере.

Мартин стремительно шагнул к нему, ноздри его раздувались от ярости.

– И ты об этом позаботишься, не так ли?

Таннер выдержал его гневный взгляд не дрогнув.

– Позабочусь, будь спокоен.

Они воззрились друг на друга в молчании, и в комнате повисла напряженная тишина. Никто не хотел уступать первым.

– Черт подери, Мартин, – взорвался вдруг Таннер, – зачем нам враждовать? Мы сейчас должны держаться вместе, если хотим выйти сухими из воды.

Мартин заметно успокоился, но глаза его были по-прежнему холодны и суровы.

– Ты думаешь, во всем виновата эта Браунинг?

Губы Таннера исказила злобная усмешка.

– Да, эта сучка постаралась испортить мне жизнь. Ты и представить себе не можешь, как мне хотелось ее придушить.

– Она ничего не нашла?

– Нет. Все хранится здесь. – Таннер приложил палец к виску. – Но за то, что она приняла меня за идиота и пыталась одурачить, ее стоит прикончить.

– Не говоря уже о всех бесчисленных «жучках», которые мы извлекли из телефонов и ламп. – Мартин явно наслаждался, подливая масла в огонь.

Таннер уставился на него, и суровые складки залегли вокруг его рта. Правое веко нервно подергивалось.

– И за это тоже, – хрипло процедил он.

Мартин открыл было рот, но Таннер его перебил:

– Не смей говорить мне, что ты меня предупреждал. Я думал, что эта сучка и вправду фотограф из журнала. – Он принялся расхаживать по комнате. На лбу его выступили бисеринки пота. – Когда я открыл дверь и увидел, что она шарит в моем столе… – Он не договорил и, достав платок, вытер вспотевшее лицо; пальцы его тряслись.

– Скажи только слово – и я ее мигом отошью.

Таннер остановился.

– Дьявол, да ты что, не понимаешь, что если она следит за нами, то за ее спиной и остальные?

Мартин побелел.

– Ну, теперь понял? Это тебе не шуточки! – рявкнул Таннер.

Мартин вскинул на него глаза:

– ФБР?

– Очень может быть.

– Но если она не нашла имен агентов и ничего не выудила из подслушивающих устройств, почему ты решил, что нам что-то угрожает?

Таннер смерил его мрачным взглядом:

– Время, идиот! У нас нет времени. Если мы сейчас ничего не предпримем, ФБР набросится на нас, как стая стервятников.

– А как же Гузенко? Мы можем ему доверять?

Таннер тяжело вздохнул и буркнул:

– Ничего другого не остается. Он явился сюда, чтобы сообщить, что мне заплатят требуемую сумму.

– Ты его подозреваешь?

– Да. Но у меня есть для них кое-что интересное, и они это знают.

Мартин недобро усмехнулся:

– Подумать только, этой сучке Браунинг едва не удалось поймать тебя на месте! Если бы она слышала твой разговор с русским…

– Это точно. Когда я увидел, что она направляется в холл, предварительно обшарив мой офис, а Гузенко был еще у двери, меня чуть удар не хватил. И я захлопнул за ним дверь, чуть не прищемив ему нос.

Мартин невесело усмехнулся.

Таннер подошел к бару, вынул бутылку виски и налил себе двойную порцию. Сделав два огромных глотка, он вновь повернулся к Мартину:

– Знаешь, о чем я сейчас думаю?

– Да, босс. – Мартин злобно ухмыльнулся. – О Браунинг?

– Прямо в точку, дружок. Разузнай о ней все, что сможешь.

– А потом?

– Я скажу тебе, что потом.

Блэр сидела на краю постели, еще не очнувшись от сна, когда зазвонил телефон. Она машинально сняла трубку и пробормотала:

– Алло.

– Сегодня суббота, не так ли?

Блэр чуть не уронила трубку, услышав знакомый низкий голос.

– Да. – Во рту у нее пересохло.

– Ты в порядке?

– Да, – повторила она.

– У тебя есть что рассказать?

– Конечно, – ответила она. – Ничего особенно важного, – торопливо добавила она. Сегодня она заметила в тоне Калеба заметную перемену. Его голос звучал менее напряженно. Тон был теплым. Да, именно теплым.

– Списка имен по-прежнему нет?

– Нет.

– Он не… то есть… – Калеб не договорил и откашлялся. – Этот мерзавец не… – снова начал он.

Блэр поняла, что он пытается сказать, и сердце ее сжалось.

– Нет… он не посмел, – прошептала она.

Ей показалось, что у него вырвался вздох облегчения.

– Слава Богу, – сказал Калеб и сразу сменил тему. – Как насчет того, чтобы прокатиться со мной на скачки?

Блэр ошеломленно молчала.

В трубке послышался смех.

– Не удивляйся. Просто скажи «да».

– Сегодня? Сейчас?

– Сегодня. Сейчас. Сию минуту.

– Но… но я еще в постели.

В трубке повисла тишина.

После непродолжительного молчания Калеб спросил:

– А сколько времени тебе потребуется, чтобы… одеться?

Блэр ответила не сразу.

– Калеб, а ты серьезно? Я хочу сказать… – Волнение не дало ей завершить фразу.

– Вне всякого сомнения, – ответил он. – Сегодня наш день. Хорошо?