Потрясающий мужчина - Филиппа Эшли

Днем Кэрри пошла на пляж подышать свежим воздухом и увидела Спайка. Он занимался серфингом и выглядел свежим, как маргаритка. Проклятый Спайк! Кэрри какое-то время наблюдала за ним, думая, что он ее не замечает. Потом он вышел на берег.

— Привет! Как дела? — как ни в чем не бывало спросил Спайк.

— Мне уже лучше.

Кэрри ждала, что он поинтересуется ее самочувствием или извинится. Спайк провел рукой по волосам.

— Хорошо. Прости, вчера ночью я перебрал с куревом и отключился. Вообще ничего не помню, но я знал, что за тобой кто-нибудь присмотрит.

Он бросил ее одну, на пляже, в невменяемом состоянии, и ему на это плевать!

— Меня привели домой Лола и Мэтт, — сказала Кэрри, хотя слово «принесли» было бы намного точнее.

В ее голове мелькнул странный проблеск. Она вспомнила что-то про воздушного змея…

— Ты будешь сегодня плавать? — спросил Спайк. Море было беспокойным. Волны ходили ходуном — так же как и содержимое ее желудка.

— Да нет, спасибо.

— Через пару месяцев ты научишься держаться на доске. Может быть, тебе даже удастся простоять на ней дольше десяти секунд.

Спайк усмехнулся, но усмешка получилась не нахальной, как обычно, а какой-то виноватой.

— Ловлю тебя на слове.

Он нервно дернул плечом и поднял свою доску.

— Пойду, покатаюсь на волнах. Не каждый день бывает такой клевый прибой. Надо ловить момент. Увидимся вечером?

— Может быть. А может быть, завтра.

— Знаешь, я должен тебе сказать: завтра я уезжаю, — небрежно бросил он.

Вот, значит, как — он уезжает! Странно, но вместо сожаления и грусти Кэрри почувствовала свободу — как будто камень с души свалился. Впрочем, возможно, эти ощущения были вызваны похмельем…

— Я долго не работал и больше не могу здесь прохлаждаться. А тебе как раз нужно отдохнуть. Может быть, ты и Мэтта поставишь на доску.

— Это вряд ли. Ты, кажется, говорил, что собираешься все лето заниматься серфингом. Я думала, что ты именно поэтому бросил работу.

Спайк ковырял ногой в песке; и Кэрри поняла, что впервые видит его таким: раньше он производил впечатление парня, абсолютно уверенного в себе.

— Да. Знаю, это полная чушь, но мне уже двадцать восемь лет. Я не могу потратить всю жизнь на серфинг. Мне нужна работа. Мне нужно жилье.

— Ты говорил, что раньше сидел в офисе и терпеть не мог эту работу. Чем ты собираешься заниматься, когда вернешься домой?

Спайк покраснел бы, если бы не был таким загорелым. Он отвернулся к морю, потом искоса взглянул на Кэрри.

— Я был налоговым инспектором.

Кэрри расхохоталась, но Спайк остался серьезным. Он был похож на школьника, которого застали за списыванием.

— Кто-то же должен этим заниматься, — сказал он.

— Но налоговый инспектор? Я не ожидала, что ты… Значит, ты работал в налоговом управлении?

— Ну и что? В конце концов, все мы зависим от общества. Мы собираемся в наших семейных гостиных, гоняемся за деньгами и успехом. А серфингом я могу заниматься по выходным и праздникам. Так ты придешь вечером на пляж? — спросил он с ноткой надежды в голосе. — У нас будет прощальная вечеринка.

Кэрри поняла, что он рассчитывает еще раз переспать с ней — и это после того, что он сделал! Шоры с громким треском упали с ее глаз. Спайк вовсе не свободолюбивый герой. Он — ограниченный эгоист, которого интересует только собственная персона. Такой мужчина ей не нужен. Она заслуживает лучшего.

— Почему бы, и нет? — сказала Кэрри, заранее зная, что не придет на вечеринку.

Спайк подался вперед, запечатлел на ее губах соленый поцелуй и побрел обратно к морю, держа свою доску под мышкой.

Когда Кэрри вернулась к фургону, Мэтт лежал рядом с палаткой и листал какой-то медицинский журнал. Он был в одних шортах, и на голой бронзовой спине красовались диковинные татуировки, которые и впрямь впечатляли. У Кэрри возникло странное желание их потрогать.

— Что, насытилась океаном? — не оборачиваясь, спросил Мэтт.

Кэрри бросила свою сумку в траву.

— На сегодня да. А ты наохотился за русалками?

Он повернулся набок и приподнялся на локте. Темные волоски окружали его соски и дорожкой спускались по животу.

— Сегодня у моих друзей ночное дежурство в больнице. Им пришлось вернуться, чтобы немного отдохнуть.

Кэрри села рядом с Мэттом и обхватила колени руками.

— Мэтт?

— Да, Кэролайн?

— Как ты смотришь на то, чтобы уехать отсюда?

— Что? Сейчас?

— Да. Мне хочется посмотреть другие места. Мы и так провели здесь много времени. — Она помолчала. — Если ты, конечно, не против. Возможно, у тебя есть какие-то свои планы, и я не хочу их нарушать.

Она имела в виду Лолу.

— А как насчет твоих планов на сегодняшний вечер? — осторожно спросил он.

— У меня нет никаких планов на сегодняшний вечер. Я вообще не строю планов — просто наслаждаюсь жизнью.

Мэтт, конечно, не знал, что Спайк пригласил Кэрри на прощальную вечеринку, и что она решила не ходить. Кэрри и сама не понимала, почему приняла такое решение, но точно не из-за того, что Спайк оказался налоговым инспектором. Скорее всего, причина в его махровом эгоизме.

— Если мы уезжаем, то мне надо попрощаться с Лолой, — сказал Мэтт и поднялся.

— Да, конечно. Я не хочу ничего портить…

— Она не будет возражать.

Кэрри подумала, что он ошибается: Лола будет возражать, и очень сильно. Но уже слишком поздно идти на попятную. Возможно, Мэтту тоже нужно уехать. Бедная Лола… Неужели на свете не бывает простых отношений? Неужели нельзя переспать с кем-то и сразу об этом забыть? А если нет, то почему?