Покоренная горцем - Пола Куин

Последующие два дня Колин не видел ни леди Джиллиан, ни ее сына. Девон посылал за ней оба вечера, приглашая к ужину, но она не являлась. И вообще не выходила с сыном из их комнат. Ее отсутствие в большей степени отвлекало Колина от занятий, чем если бы она находилась во дворе. В последний раз, когда они виделись, она бросила на него всего один презрительный взгляд, и Колин никак не мог примириться с мыслью, что Джиллиан злится на него. Неужели это из-за того, что он отверг предложение Гейтса сопровождать ее? Да ей следовало бы благодарить его за то, что он держался в стороне.

В течение этих последних двух дней Колин изо всех сил старался выкинуть из головы мысли о благородной леди. Ему следовало забыть о ней. Ведь он был создан для битвы, рожден для того, чтобы побеждать. Увы, он не мог справиться с собой. Сказать по правде, он сам был своим самым опасным противником. И поздним вечером на вторые сутки, когда они с капитаном Гейтсом угощались лучшим виски из погребов графа, Колин сдался и спросил о ней капитана.

— Она притворяется больной, чтобы держаться подальше от Девона. Опасается, что вонзит кинжал ему в сердце, — сообщил капитан.

Они сидели вдвоем на грязном полу за выпивкой, оба весьма удивленные тем, что удалось отыскать приятного собеседника.

— Леди Джиллиан прячет кинжал в складках юбки, заявил Колин с легкой усмешкой на губах. — Я видел, как она ухватилась за него, когда осталась наедине с д'Атром, поспешно добавил он, заметив, что капитан с подозрением взглянул на него. — Она умеет им пользоваться.

— Да, умеет. И сумеет защитить себя, если возникнет необходимость.

— А как дала у Лефевра? — спросил Колин, сделав очередной глоток.

Гейтс пожал плечами:

— Насколько я знаю с ее слов, он почти не разговаривает с ней. Следовательно — удачный выбор. Должен поблагодарить вас за то, что предложили его.

Колин кивнул, чувствуя, что не заслуживает благодарности. Более того: чем дольше он не видел Джиллиан, тем больше сожалел о своем решении. Он обрек ее на общество охранника, который не разговаривал с ней. Не лучше ли был бы тот, кто снова хотел услышать ее смех? Он мог бы помочь ей. Если бы он решил оставить свою долгожданную войну и помочь ей и Эдмунду, Девон не смог бы его остановить.

Колин закрыл глаза и залпом допил порцию виски. Боже милостивый, что с ним происходит? Как он мог даже додумать такое? Оставить свою войну? Нет, никогда. Он прибыл сюда за сведениями и завоевал расположение капитана. Так какого же дьявола он сидит здесь, задавая вопросы о женщине, вместо того чтобы напоить своего нового друга и расспросить его о принце Вильгельме? Ведь он — генерал королевской армии. Настало время действовать соответствующим образом. Гонец возвратится всего через несколько дней, и нужно было добыть новые сведения, чтобы передать их ему.

— Сколько еще времени, по-вашему, нам придется тренироваться? — спросил Колин как бы между прочим.

— Пока… что?

— Пока не прибудет наш новый король.

— Мы этого не знаем. — Гейтс снова пожал плечами. — И не узнаем, я полагаю, пока он не получит приглашение.

Гейтс не сказал ничего, что не было бы уже известно Колину от его кузена Аргайла. Задача состояла в том, чтобы заставить капитана разговориться и сообщить ему то, чего он не знал.

— Сколько еще человек должны подписать приглашения?

— Точно не знаю. Двое или трое, возможно. — Капитан зевнул.

Колин вновь наполнил его кубок.

— Эти люди — католики?

Гейтс поднес кубок ко рту и опять пожал плечами:

— Насколько я знаю, все, кроме одного, протестанты. — Капитан залпом осушил кубок и помотал головой. — Вы, шотландцы, без сомнения, такие же крепкие, как ваши напитки.