Табу - Жасмин Майер

— Где ты была?

Голос Сергея вспарывает грудную клетку как осколок взорвавшейся гранаты. Замираю в кресле и поднимаю взгляд от исписанного листа ежедневника.

У подножия лестницы, ведущей на второй этаж, стоит Сергей. Надеюсь, полумрак скроет мое состояние. Хотя подтеки туши я стерла еще в машине салфетками, но нельзя не понять моего состояния. Я так и не нашла в себе силы ответить на смс-ку Тимура. И теперь мне безумно, безумно страшно.

— Рада, что тебя отпустили. Ты в порядке? — Произношу как можно спокойнее.

Галстук на его шее сорван, рубашка распахнута, а рукава закатаны до локтей. Свет бьет ему в спину, и при виде его фигуры меня моментально прошибает холодный пот. Но я успеваю разглядеть у него лице всего один синяк.

Сергей в плохом настроении, мне остается только гадать, связано это с видео наружного наблюдения или он злится только на то, что я так и не появилась в больнице. Конечно, он ждал меня. Я видела припаркованные микроавтобусы главных телеканалов страны. Наверное, мы должны были «случайно» попасть в объективы камер, когда Сергея бы выписали.

— Где ты была, Ксения?

Все-таки не зря он платит столько специалистам по публичным выступлениям. Даже теперь его голос звучит ровно и обманчиво спокойно. Он привык отражать нападки и оскорбления противников, улыбаться в ответ на мат и победителем выходить из любой перепалки. В отличие от него у меня нет часов риторики за плечами. А еще мои нервы взведены до предела.

Подставляю себя под обстрел его глаз, крепче стискивая ежедневник.

— Работала, — пожимаю плечами. — Ничего особенного, как обычно. Сначала задержалась… Потом пришлось в спешке заехать кое-куда, а там я потеряла счет времени, ты же меня знаешь.

— Я звонил. Но ты трубку не брала.

— Правда? — удивляюсь я. — Наверное, телефон сел.

После смс-ки Тимура я вырубила телефон. С меня достаточно было новостей. В считанные часы моя жизнь полетела в тартарары из-за того, что я поддалась низменным желаниям своего никчемного тела.

Я узнала, что люди находят в сексе, но оказалась не готова к последствиям. Раньше надо было думать. Например, когда просила Тимура двигаться быстрее.

Расстояние между нами сокращается. Очень хочется бежать от Сергея по лестнице до двери своей спальни, чтобы запереться на замок, но я остаюсь на месте.

Сейчас я словно впервые вижу собственного мужа. Возраст его не портит, хотя он на двадцать лет старше меня. Сергей все еще по-мужски красив и у него подтянутое тело и, наверное, кто-то даже возбуждается, глядя на него. Особенно, когда он надвигается вот такой, злой, властный и разъяренный. Но только не я.

Мне известно, что он опустился до того, чтобы ударить собственного сына, а после, если верить Тимуру, еще и спланировал собственное избиение.

Сергей медленно опускается на диван рядом со мной. Вытягивает ноги и подставляет под спину подушку. Вижу, как он морщится. Избиение хоть и было липовым, но ведь ему больно по-настоящему. Разве оно того стоило?

— Что случилось с лужайкой? — спрашивает он.

— Садовник сказал, что нашел под лужайкой гнездо. Это кроты ее так изуродовали. Нужно посадить горькие растения, чтобы отпугнуть их. Он подготовит список, чтобы мы могли выбрать, что хотим там видеть.

— Кроты, значит, — только и отвечает Сергей.

Одно неловкое движение, и он снова морщится. В гостиной тишина, привычная для нашего дома, чьи стены не знали смеха или задушевных разговоров. Только потрескивает пламя в камине, который я приказала зажечь, несмотря на то, что сейчас теплые ночи и уже начало мая. Я все равно мерзну.

— Что с тобой произошло? — тихо спрашиваю. — Мне жаль, что я не приехала…

— Тебе не жаль, — отрезает Сергей. — Не люблю притворство. Так что не стоит изображать сочувствия, Ксения. Что это за список у тебя на коленях?

Не в силах выдержать пристального взгляда, снова опускаю взгляд на последние страницы ежедневника, заполненные мелким убористым почерком. Вместо номеров телефонов в ровный столбик я записываю имена. Безликие ФИО для стороннего наблюдателя, но не для меня.

Для меня за каждым именем — драма. За каждой буквой — боль и глухое отчаяние, которые я смогла победить. Только благодаря мне, эти люди начали новую жизнь.